Любимые забавы папы Карло - Дарья Донцова

– Сюда, – сообщил Олег и впихнулменя в тесно набитое людьми помещение. Кондиционера тут не было и в помине, подпотолком висел сизый дым, пластиковые столики не покрыты скатертями, по залушмыгали две официантки в мятых блузках. Картину довершали несколько лицкавказской национальности, громко и бесцеремонно изъяснявшихся на своем родномнаречии, абсолютно наплевав на то, что остальным посетителям нет никакойрадости слышать гортанные вопли, начисто перекрывающие любые звуки.

– Здесь очень уютно, – сказалОлег, – садись. Так! Баранина на ребрах, суп-харчо, шашлык из свинины, чтобудешь?

– Я же не ем мясо. И вообще, я хотелакофе со сладким.

– У нас растворимый, – живо влезла внаш разговор подавальщица, – а из выпечки только булки с маком.

– Значит, ей кофе и плюшку, – быстрозаявил Олег, – а мне…

Я сцепила пальцы в замок. Спокойно, Вилка. Вконце концов, ты же хотела вытащить из мужа некие сведения, капуччинополакомишься потом, в одиночестве.

– И чего стряслось? – спросилКуприн, запуская ложку в жирный суп.

– Да вот, с книгой беда.

– Какой?

– Ну, которую сейчас пишу. Никак несдвинусь с мертвой точки.

– Знаешь, – заботливо сказалОлег, – ты уж извини, но кто ж тебе, кроме меня, правду скажет? Ты – неСмолякова.

– Конечно, мой псевдоним Арина Виолова.

– Не в этом смысле. Тебе никогда не статьтакой популярной.

– Почему? – тихо спросила я.

Олег быстро доел первое и схватил тарелку сшашлыком.

– По многим причинам. Нет таланта,работоспособности, ума, в конце концов. Знаешь, мне думается, что ты взялась неза свое дело! Вот хотя бы твой последний роман! Чистый бред! Ну с какой статиэтот Леонов убил жену?

– Из любви, она ему изменила.

– Фу, глупости, – отмахнулсяКуприн, – знаешь, как следовало построить фабулу, сейчас объясню!

– Скажи, – быстро перебила его я, –если в каком-нибудь ресторане или кафе драка происходит, что делаетадминистрация?

Олег откусил огромный кусок свинины инасторожился.

– А тебе зачем?

– Ну в моей книге героиня устраиваетскандал в кафе. Вот я и не знаю, она попадет в тюрьму?

– Причем в одиночную камеру инавсегда, – заржал Олег, – ведь я сказал только что: лучше забудь прописательство, ты в элементарных вещах путаешься!

– Именно поэтому, чтобы не выглядетьдурой, я пришла спросить у тебя совета.

Олег захихикал:

– В тюрьму не попадет. Скорей всего,администрация сей забегаловки сама разрулит скандал. А по какой причине онабуянила?

– Ну… поймала мужа с другой.

– Урон сильный?

– Что?

– Много посуды поколотила? Занавескиподожгла, мебель поломала, морду другим клиентам набила, мужу шею сломала?

– Думаю, нет, так, словами оскорбила.

– Ну, с этим местная охрана разберется.

– Полагаешь?

– Точно. Милицию в рестораны звать нелюбят.

– Это забегаловка.

– Тем более, туда точно патруль пригласятлишь в случае форс-мажора. Небось парочка сотрудников без регистрации работает.

– Ага, спасибо. А если все жеправоохранительные органы подключают, то какие?

– Местное отделение милиции, –сообщил Куприн. – Хороший шашлычок! Давай, съешь порцию.

– Я не люблю мясо.

– Вот уж глупость.

– Может быть, но мне не нравится вкусговядины.

– Это свинина.

– Один черт.

– Вовсе нет, – возмутилсяОлег, – свинья и корова совершенно разные животные. Понимаешь теперь,почему ты никогда не попадешь в десятку лучших детективщиц? Сказать, чтосвинина и говядина – это одно и то же! И еще, следователь и оперативник разныеспециалисты, а ты частенько их путаешь.

– И какая между ними разница?

– Большая, – вздохнул Олег, –ох, зря ты ввязалась в криминальную литературу. Смолякова…

Внезапно вся кровь бросилась мне в голову, явстала и пошла к двери.

– Эй, Вилка, ты куда? – удивилсяКуприн.

– Работать, – бросила я, необорачиваясь, – строчить никому не нужные книжонки.

Оказавшись на улице, я стала жадно вдыхатьбензиновый смог, именуемый в Москве свежим воздухом.

– Ты белены объелась? – спросилвыбежавший за мной муж. – Ушла, не расплатилась.

– Деньги в кафе платит мужчина, –прошептала я.

– Я кошелек на работе забыл.

– Кстати, я получаю за свои книги больше,чем ты за службу, – не удержалась я.

– Увы, – скривился Олег, – унас пока не умеют правильно оценивать труд. За лабуду могут и миллион дать. Умв нашей стране не ценится. Ладно, давай твое портмоне.

– Нет, – ответила я, – извини,конечно, но если ты такой умный, то отчего такой бедный? И кто позволил тебеунижать меня? Может, дело в элементарной зависти? Я сумела добиться пустьмаленькой, но известности и стабильного заработка. «Марко» не обманываетавторов. Да, я сдаю книги не так часто, как обожаемая тобой Смолякова, норазреши напомнить: пару недель назад я принесла домой сумму, превышающую твойгодовой заработок. Так-то. Мои плохие, дурацкие книги постоянно допечатывают,потому что люди их расхватывают!

Олег начал наливаться краской.

– Идиотов в этой стране много. Ты хочешьразвода? А-а-а! Понятно! Муж тебе не нужен! Сказал один раз правду! Изнаменитой писательнице не понравилось… Да я…

– Ты можешь поступать так, как считаешьнужным, – сказала я и ощутила внутри себя удивительное чувство свободы,словно внезапно лопнула веревка, связывавшая руки и ноги писательницы АриныВиоловой, – меня около тебя удерживали не материальные соображения. Еслиты до сих пор не понял этого, то мне тебя жаль. И еще одно…

– Что? – вдруг растерянно спросилОлег.