Холодные глаза - Ислам Иманалиевич Ханипаев

– Теперь это звучит как правда, – сказала она, уже не скрывая удивления. И, видимо, чтобы убедиться окончательно, переспросила: – Ты в самом деле там?

– Да.

– О вас же говорит весь Дагестан! Вчера на НТВ показали репортаж. Говорил начальник МВД, глава района… Что-то про подозреваемых. Ты сказал, что рядом с тобой живет главный подозреваемый?

– Жил вчера. Сегодня уже нет.

– Его увезли? – спросила она, и я опять задумался о нелегкой судьбе Али.

Скажи я, что его забрали, и он стал бы просто подозреваемым Али. Его жизнь, его трагическая биография со всеми ужасными событиями остались бы в тайне, но я решил, что он достоин большего, поэтому сказал:

– Он умер несколько часов назад. Не рассказывай об этом никому, пока не объявят официально.

– Умер? В смысле? Как?

– Ну… – Я устало потер лоб. – Это не самая лучшая история… Его убил жених или муж, я не до конца разобрался, в общем, у них уже был никях с одной из убитых девушек. Он похитил его из номера, увез в горы, пытал его, а потом непреднамеренно, но сбросил в ущелье. Это произошло случайно, но этот мужик так или иначе собирался его застрелить.

– Это… звучит как…

– Как долбаные сказки, – перебил ее я. – Но я был там, я видел, как он упал, а этого арестовали. Это тоже весомый мужик, узнаешь все из новостей. Я просто хочу сказать, что сегодня был тяжелый день. Я бы использовал матерное слово, но при девушке не буду.

– Ну на фиг… – сказала она.

– Так можно, – ответил я и грустно улыбнулся.

Раньше не знал, что так можно, но рано или поздно все овладевают этим умением. «При условии, что видел достаточно в этом мире», – как сказал бы верховный мастер грустной улыбки Заур Следовательский.

– И… и что ты там делаешь?

– Лежу на кровати, смотрю в потолок. Жду завтрашнего дня.

– А что будет завтра? Вообще, что будет с расследованием? Получается, убийцы больше нет?

– Ну… – начал я и взял театральную паузу. Сейчас начинался мой звездный час, меня переполняла гордость за мои персональные успехи в этом деле. – Рано утром мы поедем на маленькую спецоперацию, чтобы арестовать нового подозреваемого, который, скорее всего, является убийцей. Это тоже огромный секрет.

– Они его нашли?

– Я.

– Что ты?

– Я нашел его сегодня. То есть нельзя быть на сто процентов уверенным, но я сегодня проверял нескольких подозрительных людей и нашел человека, который собирает ножи, имеет фотографии одной из жертв, в общем, вылитый маньяк из детективных сериалов. Я был у него дома, в его секретной комнате (тут я приукрасил), нашел почти случайно. Кажется, я рассказал слишком много. Материал для книги уже есть, – усмехнулся я.

– Твоя история все больше и больше напоминает выдумки. Как будто я попала в какое-то шоу пранкеров.

– Если бы мне это рассказали, я бы не поверил. Так что я тебя понимаю. Более того, ты можешь не верить. В конце концов, завтра я могу знатно облажаться, если ничего не подтвердится. Но я сомневаюсь, что все это случайность.

– Хорошо. Тогда будем ждать новостей, – сказала она с долей недоверия.

– Ага.

– Теперь даже не знаю, как вернуться к нашим баранам. Я насчет семейных дел, как-то нелепо будет обсуждать наши «дела» после твоей истории. – Она засмеялась слегка нервно, и я подхватил ее смех.

– Да, точно. Ну, когда все это выйдет наружу, у тебя будет мощная отмазка. Скажешь, что не хочешь выходить за мужика, который шляется по горам в поисках убийц. Я думаю, родители тебя поймут.

– Скорее всего, так и скажу, – сказала она.

Ее хохот через динамики разлетался по всему номеру. Наш разговор плавно перешел на другие темы, мы обсудили пару любимых фильмов и книг, она рассказала кое-что о своей учебе на юриста, я о своей, и это был просто приятный разговор, который хотя бы ненадолго отвлек меня. Я не сказал ей, что, судя по фотографии, она очень красивая, а судя по нашему короткому знакомству, она в целом очень приятный человек, ну и в конце концов не сказал о том, что не прочь дать шанс нашим отношениям. У нее и в мыслях не было выходить замуж, и я мог это понять, потому что пока и себя не мог представить ответственным семьянином. На том мы и расстались.

Я принялся за ужин, который состоял из легендарных ботишал и очень маслянистого и сурово перченого плова с шашлычным бараньим мясом, запил его чаем, не очень любезно предоставленным администратором гостевого дома, и крепко уснул. Завтрашний день обещал быть как минимум необычным, а возможно, и очень особенным. Для меня.

В очередной раз меня разбудил стук в дверь, я сразу схватил телефон и увидел на часах 6:15. На улице уже рассвело, и первая мысль, которая пришла мне в голову, была «слегка поздновато», но потом я решил, что полицейские лучше знают свое дело. Моим же делом сегодня было просто наблюдать и, если попросят, консультировать. Как-никак я знал о логове убийцы больше остальных.

Я подошел к двери, посмотрел в глазок, за дверью стоял ничем не примечательный полицейский.

– Салам алейкум, Заур ждет вас внизу.

– Ваалейкум ассалам, хорошо.

Готовый к совершенно новому экспириенсу, я привел себя в порядок и вышел из номера. Спускаясь по лестнице, я представлял себе абсолютно разные сценарии захвата злодеев вплоть до перестрелки. Хотелось бы обойтись без крови, но я не удивился бы, если бы моя история в этом селе приобрела еще более мрачный оттенок. После посещения дома Хабиба я не думал, что еще раз увижу что-либо ужасное, но падающий в ущелье Али доказал обратное. На этот раз я был готов к крови. Мне хотелось, чтобы это все поскорее закончилось, но отрицать, что испытываю драйв, я не мог. Возможно, именно в тот момент я ощутил ту сторону своей души, о которой так часто говорят психологи и философы. У каждого есть темная сторона, и, возможно, у меня она требовала хлеба и зрелищ, желательно пугающих и