Миллионщица - Фридрих Незнанский

Денис Грязнов-младший, родной и любимый племянник Вячеслава Ивановича, выбросил в приоткрытое окно машины пустой пакетик из-под чипсов и посмотрел на мирно дремавшего на соседнем сиденье Филю Агеева. Денис добродушно усмехнулся и толкнул одного из своих лучших сотрудников в бок – не слишком сильно.

– Вставайте, граф, вас ждут великие дела!.. – негромко процитировал он в ухо Филе одного из своих любимых поэтов, и Агеев моментально открыл глаза: привычка мгновенно засыпать и так же мгновенно просыпаться как раз и была приобретена им еще в Афгане, где они с Денисом служили вместе в те далекие, недоброй памяти времена.

– Знаем мы эти наши «великие дела», – фыркнул Агеев. – Статья сто пятьдесят восьмая, часть третья…

– Неправда твоя! – насмешливо возразил Денис. – Проникнуть незаконным образом в жилище мы, конечно, собираемся, а вот насчет кражи – вряд ли можно считать кражей поиск соответствующих ворсинок на имеющейся там мебели. Кстати, надеюсь, свой замечательный пылесосик положить в свой же замечательный чемоданчик ты не забыл?

– Обижаешь, начальник… – Филя сладко потянулся, посмотрел на свои часы со светящимся циферблатом, потом глянул в окно машины.

Вокруг стояла глубокая тишина, изредка нарушаемая лишь отдаленным шелестом шин по асфальту с неблизкого шоссе.

– Могли бы и пораньше двинуть на дело, – проворчал Агеев. – Райончик-то спальный, небось, давным-давно опустел… Суеверный ты человек, Денис Андреевич!

– В нашем деле все суеверные – так, на всякий случай. Ладно, пошли!

Район, в котором располагался нужный им дом, и в самом деле был, как выразился Филя, спальным, и действительно уже к полуночи большинство окон вокруг погасли, и даже последние собачники успели выгулять своих хвостатых питомцев. Денис, однако, неукоснительно придерживался своих собственных правил, от которых никогда не отступал, исходя из непреложного факта: самый крепкий сон одолевает любого человека между двумя и тремя часами утра, в так называемый «час быка». Его-то он и считал наиболее подходящим для таких случаев, как сегодняшний.

Кодовый замок на нужном им подъезде давным-давно был вырван с корнем, но в самом подъезде, как ни странно, оказалось довольно чисто и даже лампочки на площадках исправно горели – правда, одна из них явно собиралась свести счеты с жизнью: глубокую тишину, царившую в доме, нарушало ее назойливое зудение.

На третьем этаже, который и был им нужен, напротив любовного гнездышка располагалась дверь, к облегчению Дениса с Агеевым, лишенная «глазка». А для того чтобы открыть оба замка квартиры Красных, Филе понадобилось не больше пяти минут. И оба они бесшумно проскользнули в душную темноту маленькой прихожей.

– Действуем, как договаривались, – шепнул Денис, – думаю, кухня нам не нужна, ее осмотрим в последний момент. Начинай отсюда, фонарик, думаю, можно включать смело. Я пошел в комнату, к окну, ежели что – свистну…

Агеев молча включил фонарик – он был уже в тонких, не мешающих движению перчатках, удивительно прочных и удобных, привезенных Денисом в огромном количестве из Испании.

Как и предполагалось, в прихожей находился встроенный шкаф, который они собирались осмотреть в первую очередь.

Денис между тем проскользнул в комнату и первым делом пребольно стукнулся коленом об угол громадной кровати, занимавшей ее большую часть и, не выдержав, чертыхнулся.

– Эй… Ты чего? – тихо, но обеспокоенно поинтересовался из прихожей Агеев, обшаривавший в этот момент нутро шкафа фонариком.