Глаза убийцы - Джон Сэндфорд

— Организуй постоянное наблюдение за Беккером, — предложил лейтенант.

— Хорошо. — Шеф был готов ухватиться за соломинку. — Но зачем?

— Чтобы определиться с ним. Необходимо следить за всеми, с кем он общается, и знать, где он бывает. Если он виновен, то нанял для убийства человека с необычной внешностью. Нам нужно, чтобы кто-то толковый из нашей команды был готов передать Беккера другим полицейским и заняться его возможным сообщником. Кроме того, стоит получить разрешение на прослушивание его телефонов дома и на работе. Мы либо докажем его невиновность, либо посадим его за решетку.

— А ты сам что думаешь? Беккер — это тот, за кем мы охотимся? — с искренним любопытством спросил Даниэль.

— Не знаю. — Дэвенпорт пожал плечами. — Он единственный подходящий фигурант, но все указывает на кого-то другого.

— Хорошо, я распоряжусь о слежке, — сказал шеф. — И сообщу кое-кому, что мы начали вести наблюдение за подозреваемым. Это поможет самым горячим головам в совете немного успокоиться. Было бы неплохо прочитать в прессе что-то позитивное — для разнообразия.

— Несколько дней назад я разговаривал с осведомителем, и он сообщил мне, что один наш общий знакомый в Сент-Поле наткнулся на кучу телевизоров — пару сотен, целый товарный вагон. Потом я побеседовал с другим парнем, и он сказал, что Терри Меллер… ты его помнишь? Есть такой теневой деятель… Так вот, мой человек утверждает, что Терри работает на взятом в аренду складе. Он думает, что телевизоры, а также много чего еще находятся именно там. Мы можем получить ордер и отправить туда группу захвата, пригласить телевидение и газетчиков…

— Я предложу ребятам из отряда быстрого реагирования снабдить репортеров бронежилетами — у нас есть запас. — На лице Даниэля появилась улыбка. Материалы о работе спецгруппы всегда получали «зеленую улицу». — У них может получиться отличный сюжет.

— Мы не сумеем замять историю с Беккером, но пресса будет удовлетворена, — сказал Лукас. — Ну а репортаж…

— Займись ордером, — с энтузиазмом велел шеф, ткнув в подчиненного пальцем. — А я отправлю ребят из ОБРа и отдела информации на склад. Сообщи им адрес.

— Кстати, у меня появился новый друг на ТВ-3, — сказал Лукас. — И она передо мной в долгу.

— Это ты рассказал ей, что мы нашли тело Джорджа? — спросил Даниэль, искоса глядя на Лукаса.

Тот усмехнулся и пожал плечами.

— Возможно, произошла утечка. Но раз уж нам не удается закрыть историю с убийством Беккер, я хочу рассказать моей новой подруге с ТВ-3, что не согласен с теми, кто считает, будто Джордж был любовником Стефани. Сделаем вид, что между мной и департаментом существуют противоречия. Хороший полицейский — плохой полицейский. Пусть департамент один раз сыграет роль плохого. У нас появится пространство для маневра, в игру вступят другие телеканалы и газетчики…

Они обсудили вероятность того, что Дружок все еще жив, но Даниэль отнесся к этой версии скептически.

— Ты действительно веришь в это?

Лукас нахмурился.

— Да. Я понимаю, что остается без ответа серьезный вопрос — почему Джордж убит, а его тело пытались спрятать, если он не был любовником Стефани? Пока у меня нет ни одной мысли. Он вполне мог быть ее партнером. Они были знакомы, подходили друг другу по возрасту… даже не знаю… Кстати, Ширсону удалось что-нибудь узнать про психиатра, которого мы ищем? Другого приятеля Стефани?

— Он думает, что кое-что нарыл.

— Ну, он не самый острый нож в наборе…

— Перестань, он хороший парень, — примирительно сказал Даниэль. — Тебе не нравится Ширсон, потому что у него костюмы лучше, чем у тебя.

— Да, но в сочетании с рубашками для гольфа.

— Послушай, — сказал Даниэль, — мы знаем, что Беккер не убивал Джорджа или свою жену, во всяком случае сам.

— Да. И я был уверен, что он использовал меня для получения алиби, чтобы его не обвинили в убийстве профессора, но сейчас… Проклятье, вся эта история выводит меня из равновесия. Дружок играет ключевую роль. Если он еще жив, я хочу найти его. Возможно, мне следует к нему обратиться. Или намекнуть, что я скоро до него доберусь и лучше ему самому выйти на связь, в противном случае мы найдем способ отправить его в Стиллуотер по обвинению в соучастии в умышленном убийстве.

— Ну, я не знаю, — сказал начальник полиции и потер тыльной стороной ладони щеку, на которой успела вырасти щетина. — Мне кажется, лучше этого не делать.

— Кажется?

— Да, именно так. Но ты уже взрослый и отвечаешь за свои действия.

Лукас кивнул. Шеф должен думать о политике. Если его подчиненный сделает публичное заявление, а потом окажется, что он ошибся, Даниэль сможет сказать, что отношение полиции не было однозначным.

— Ладно, намекни мэру, что мы следим за подозреваемым и пытаемся выманить Дружка.

— Он совсем не дурак, наш мэр, — заметил Даниэль.

— Да, я знаю, но сейчас у него одно желание — скормить кого-нибудь акулам, а это уже что-то.

— Договорились. Я попрошу Андерсона подобрать группу для слежки за Беккером, и мы начнем с сегодняшнего вечера.

Лукас зашел в информационный отдел, сообщил адрес склада Терри Меллера, где хранились телевизоры, а затем из своего кабинета позвонил Карли Бэнкрофт, после чего попросил работающего на департамент полиции художника сделать рисунок. Через полчаса Дэвенпорт встретился с журналисткой в закусочной «Дейри куин» на Скайвей.

— У меня есть для тебя еще кое-что, — сказал он, обгрызая края вафельного стаканчика, залитого шоколадом. — Частично я преследую собственную выгоду — ты будешь мне еще больше должна, — но и ты не останешься внакладе. Назови это пустой болтовней, но я хочу, чтобы это попало в эфир.

— Выкладывай, — сказала она.

— Все уверены, что Филипп Джордж был любовником миссис Беккер и убийца расправился с ним, чтобы спасти свою шкуру.

— Да, это общепринятая точка зрения, — кивнула журналистка.

— Я так не думаю. Более того, я уверен, что это ошибка, — заявил Лукас. — И я полагаю, что Дружок еще жив.

Карли лизнула свое ванильное мороженое.

— Отличная история, если я смогу упомянуть твое имя. Что-нибудь еще?

— Ты должна намекнуть, что я скоро отыщу этого парня — ведется опрос свидетелей, у меня есть фоторобот, и я всем его показываю. Я продемонстрирую его людям, у которых ты потом сможешь взять интервью, они будут знать, что должны с тобой сотрудничать. Они опишут этого парня, но ты моего рисунка не увидишь.

— Все это замечательно. Но как я должна буду с тобой расплатиться?

— Я хочу, чтобы в репортаже ты сообщила, что получила информацию из независимого источника. Можешь использовать мое имя, но ты не должна меня цитировать и говорить, что новые сведения дал я. Упомяни, что я отказался от комментариев.