Тайна наследницы - Борис Бабкин

— Не знаю, — помолчав, вздохнул отец. — Есть одна деталь, что ли, которая заставляет верить. В общем, это скоро станет известно точно. Только бы не вернулась Тумина. Архив в США, и Тумина не успокоится, пока не найдет его. У нее там имеются ангелы-хранители, но кому-то она мешает. Очень надеюсь, что этот кто-то сумеет достичь результата, который устроит и нас.

— Валентин Викторович, — заглянула в кабинет молодая женщина в мини, — к вам полковник Артемьев.

— Вот нелегкая принесла, — проворчал Песковатский-отец. — Подожди в соседней комнате, — кивнул он Филиппу.

— Я могу пригласить господина Артемьева? — спросила она.

— С каких пор российских офицеров мой секретарь называет господами? — Песковатский звучно хлопнул ее по тугим ягодицам.

— Но вам, Валентин Викторович, нравится, когда я обращаюсь к вам «господин генерал», — лукаво улыбнулась она.

Через пару секунд в комнату стремительно вошел плотный, с усиками полковник милиции. Не дожидаясь приглашения, сел и достал сигареты.

— Выпьешь? — спросил Песковатский.

— С удовольствием, — кивнул полковник.

Хозяин налил две рюмки. Полковник, не чокаясь, опрокинул коньяк в рот. Закурил.

— Что с тобой, Аркадий? — отпив глоток, внимательно посмотрел на него Песковатский.

— Да много чего, и все неприятное.

Полковник хотел взять бутылку, но Песковатский задержал его руку.

— Говорить о плохом лучше трезвым. Итак, что случилось?

— Дед знает о твоей группе, — сообщил Артемьев. — Он наводил справки о тебе у Князя.

— Князя? — удивленно переспросил Песковатский. — А откуда это известно тебе?

— У меня там есть свой человек. Он и стуканул. Сегодня в Хабаровск улетит Малышев Андрей. Собственно, у него несколько имен, но известен он как Малыш. Предан Князю и боготворит Аляску, хотя, разумеется, лично его не знал. Верит, что дочь Аляски, то есть наследница, есть и поможет старателям-одиночкам собраться для работы и не рисковать, моя золото без разрешения и попадая периодически под бандитов, как это было с другом известного вам Марецкого. Он и еще двое, так называемое артельское звено, мыли золото, на них напали. Двое погибли, а друг Марецкого вспомнил Чечню, где был старшим лейтенантом, взорвал себя и нескольких бандюг. Есть неточная информация о том, что Марецкий знает того, кто остался живым. Поэтому вполне возможно продолжение истории. И еще. Помните захват заложников в Питере?

— Конечно, — кивнул Валентин Викторович. — Но при каких тут Марецкий?

— Он награжден орденом за мужество, — продолжал Артемьев. Заметив недоумение на лице Песковатского, кивнул: — Объясню. Он поехал в Питер на похороны друга. На Лисьем Носу был он и еще трое, один из них Сиротин. Они вступили в бой с террористами, благодаря им число жертв было намного меньше. Тогда погиб Исмаилов. Обо всем этом до сих пор молчали, но сейчас подписан указ о награждении Марецкого орденом, остальных — медалями за отвагу. Вот так, господин генерал в отставке.

— Заткнись, — буркнул Песковатский.

— Я хочу предупредить, что возможны неприятности у вашего сына.

«Я убью этого гада», — катая, желваки шепнул, стоя за дверью, Филипп.

— Не знаю, что с ней, — раздраженно говорила Надежда. — Может, выросла и желает жить со своим беспризорником Сиротиным. Я пыталась с ней разговаривать, чем это кончилось, ты знаешь. Почему ты не прогнал ее, не отправил домой?

— Только потому, — сухо ответил Андрей, — что очень за нее беспокоюсь. Я ее никогда такой не видел. Она все время плачет, но я очень надеюсь, что она успокоится и я все выясню.

— А что ты хочешь выяснить? — недовольно спросила сестра. — Тебе мало моих объяснений?

— Ты что-то скрываешь. Например, свое посещение Туминой в отеле.

— Тебе это Вика сказала? — разозлилась Надежда.

— Значит, и Вика была у нее, — пробормотал Антонов. — Теперь я начинаю кое-что понимать.

— И что же ты начал понимать?! — взорвалась сестра.

— Я все пойму, когда поговорю с Викой, — огрызнулся полковник и вышел из комнаты.

— Значит так, братик, — сквозь зубы процедила Надежда и взяла сотовый.

— Перестань, Виктория, — весело смеялась Ольга. — Ты наследница этого авантюриста Аляски?

— Я бы тоже смеялась, — вздохнула Вика, — если бы так мне не сказала мама. Теперь я думаю, что именно поэтому погиб в Америке папа. Ну тот, которого считали моим папой.

— Но это невозможно, — растерянно пробормотала Ольга. — Надька не была знакома с Аляской. Хотя… — она нахмурилась. — Нет, — тут же снова качнула головой, — этого не может быть!

— Чего не может быть? — быстро спросила Вика.

— Потом, — нахмурилась Оля и, взяв сигарету, закурила.

— Вы курите, когда очень нервничаете, — заметила Вика. — О чем вы не хотите мне говорить?

— Придет Андрей и, возможно, скажет.

Ольга глубоко затянулась.

Антонов, остановив машину, подошел к ларьку.

— Пачку ЛМ, — протянул он деньги.

Продавщица, молодая женщина, взяв деньги, отсчитала сдачу и положила на тарелку. Андрей качнулся, попытался развернуться, но начал падать.

— Помогите! — испуганно закричала продавщица. — Мужчине плохо! — К ларьку подбежали двое патрульных. Присев, один крикнул.

— Он ранен! Кровь на спине! Вызывай «скорую»!

— Слушаю, — взяла сотовый Ольга. — Кто говорит?

— Ваш муж, полковник Антонов, тяжело ранен, — услышала она. — Его доставили в больницу на Пятницкой.

— Еду! — крикнула Оля.

— Что такое, тетя Оля? — метнулась к ней Вика.

— Андрей ранен!

— Я с вами!

— Позвольте получить должок, — осклабился Тарзан. — Я пиво брал… Не договорив, он ткнулся головой в стену соседнего киоска и рухнул. На затылке было пулевое отверстие.

— Да он сигареты покупал, — плача, говорила продавец ларька. — Вдруг вздрогнул и начал падать. Я и закричала.

— А что видели? — спросил мужчина в штатском.

— Как полковник падал, — всхлипнула она. — А потом подбежали двое в форме и…

— А перед тем? — остановил ее оперативник. — Машина какая-нибудь, мотоцикл или просто прохожий?

— Парень шел, — вспомнила женщина. — Здоровый такой. Он остановился, руки в карманах были. Куртка такая… плащевка.

— Рост парня?

— Да я ж говорю, здоровый такой. И знаете, хлопки были. Ну как будто шампанское открывали.

— Сколько было хлопков? — спросил оперативник.