Тайна наследницы - Борис Бабкин

Бейер попытался пинком выбить пистолет. Мулат нажал на спуск. Пуля вошла чуть выше левого колена. Взвыв, бледный упал. Мулат выстрелил в другое колено и вытащил из кармана телефон.

— Интересно, кому я понадобился, — услышав звонок, пробормотал Рони.

— Наверху, — сказал Мулат, — один из наемников Пираньи. Ему нужна смерть русской. Причину не знаю, но Аляска спас мою маму и я не хочу выполнять…

— Ты можешь подождать меня? — перебил его Рони. «Жду» — услышал он и кивнул Флэйду: — Я наверх. Там киллер.

— Я подстрахую…

— Нет, я пойду один. Этот человек знает номер моего телефона, и голос мне показался знакомым. Уведи Ирен.

Мулат подошел к джипу и ткнул стволом в перемотанную поверх брючины левую ногу Бледного. Тот, застонав, открыл глаза.

— Сейчас придет человек, и мой тебе совет, по-хорошему расскажи ему все. Иначе я…

Вздрогнув, он упал лицом вперед. Под лопаткой торчало оперение стрелы. Вторая стрела вошла в шею прикованного к рулю Бледного.

Рони быстро поднялся по выбитым в скале ступеням, увидел стоящий джип. Остановился и присел. Затем лег, стараясь на фоне темнеющего неба увидеть того, кто мог находиться на скале. Появился человек с луком. Подойдя к машине, положил лук и вытащил нож.

— Замер! — крикнул Рони. — И не шевелись, а то пристрелю.

Лучник, прыгнув, закатился под машину. Рони вскочил. Из-под машины блеснула вспышка выстрела. Рони упал, ткнулся лицом в землю. Лучник осторожно вылез из-под джипа и, держа оружие в вытянутой руке, пошел к Рони. Он не видел, что сзади появился человек и, пригибаясь, бесшумно двинулся за ним.

Подойдя к Рони, лучник наклонился и неожиданно получил сильнейший удар в голень. Рони вскочил на ноги и увидел бегущего к нему человека. Вскинув руку, выстрелил. Человек, на секунду опередив выстрел, упал и зло заорал:

— С ума сошел! — это был Флэйд. — Я думал, он тебя ранил! А ты, кретин чертов, чуть не всадил мне пулю!

Он подбежал к Рони, связывавшему ремнем руки рослого индейца.

— Это он звонил?

— Тот, что у машины, — кивнул на джип Рони.

Ирина никак не хотела уходить с пляжа.

— Рони и Флэйд просили, чтобы ты зашла в домик, — требовательно повторила Кет.

— Хорошо, — наконец согласилась Тумина. — Пойду помогу Маргарет. Не провожай. — И направилась к себе.

Неожиданно откуда-то сбоку появился плотный мужчина. Ирина отшатнулась, рука с ножом прошла перед ее животом. Мужчина, резко развернувшись, хотел нанести режущий удар, но по пояс голый парень, прыгнув, бутылкой ударил его по голове и пинком сбил на землю. Подбежала Кет.

— Все в порядке, — улыбнулся парень, надевая наручники нападавшему. — Я Боб. Рони просил присмотреть за вами, но я увлекся пивом.

— Дай мне пистолет, Кет, — протянула руку Ира. — Я буду у себя. Прежде чем войти, назовите свое имя. Кто бы ни был.

— А он труп, — склонился к налетчику подошедший полицейский.

— Странно, — удивился Боб. — Вроде череп цел. А ногой я его просто уложил. Тут что-то торчит.

— Не трогай! — крикнула Кет. — Отравленная стрела из трубки. Попали в него, а метили в тебя, — посмотрела она на побледневшую Тумину.

— Какая-то женщина тут была, — сказал полицейский. — Длинноволосая и в длинном платье. Но не видать ее, — пожал он плечами.

Вашингтон

— Получается, что кто-то довольно ловко использует наши с О’Бейли интересы. Сейчас вовсю идет охота на Тумину… Хотел бы я иметь такую сотрудницу. И вот что интересно. Почему ее охраняют наши частные детективы? Что их может связывать? Они всегда работают за деньги, и вдруг бескорыстная помощь. Я в это не верю. Ты говорила с Маргарет? — спросил он Стефани.

— Маргарет не желает разговаривать. Она влюблена в Рони, и он, как мне показалось, тоже неравнодушен к ней. А Тресси пропала. Никто не знает, где она.

— Я бы с удовольствием получил известие о том, что обнаружен ее труп, — признался Бергман. — Уверен, она не оставит все это просто так, будет мстить. И не удивлюсь, если ее желание использует тот, кто пытается убрать журналистку У Тресси есть деньги и люди. Собственно, люди есть потому, что имеются деньги. Кстати, мои, — недовольно добавил он. — Надо разыскать Тресси, она вполне может воспользоваться ситуацией и попытаться убрать нас.

— Не понимаю, почему ты меня вызвала и чего хочешь, — раздраженно сказала Карлита.

— Я хочу знать правду о рождении дочери Аляски, — заявила Тресси. — И воспользоваться этим. Сейчас поиском правды занимается русская журналистка…

— Но при чем тут я? — изобразила удивление Карлита.

— Правду может знать О’Бейли, а ты на него работаешь. Я готова заплатить за информацию любую сумму.

— Правда о рождении наследницы убита вместе с Фальконгом. Мы тут ни при чем, хотя все уверены, что к этому причастен О’Бейли. Вовсе нет. Кто убил Фальконга, неизвестно. А охранника убили мы. Он тоже что-то знал, и мы не хотели, чтобы это узнал Бергман. Кстати, спасибо за информацию о журналистке. Ее пытаются убрать, и тот, кто это хочет, знает многое. Вот на кого бы выйти.

— Но я была уверена, что профессор О’Бейли обладает какой-то информацией, — призналась Тресси.

— Нет. Профессор был в ярости, узнав о смерти доктора. Ведь стоило надавить на Фальконга, все бы выяснилось. Роды принимал он. Теперь, похоже, правду уже не узнает никто.

— Тогда из-за чего пытаются убить русскую? — не поняла Тресси. — И кто?

— Помнишь публикацию русской о могиле дочери Аляски и ее матери? Она устраивала всех. Бергман даже поверил в это. Но потом неожиданно все началось снова. Чертовы бумаги! Если архив Куровича попадет кому-то в руки, в России полетят многие головы.

— Но почему охотятся за журналисткой?

— Она может случайно что-то узнать, хотя сама этого не понимает, — пояснила Карлита. — Но я думаю, что ее смерть поставит точку на поиске наследницы.

— Но ведь ты сама говоришь — бумаги, — напомнила Тресси. — В России где-то.

— Там нет имени наследницы, — сказала Карлита.

— Мне нужен человек, который охотится за журналисткой, — неожиданно заявила Тресси. — Я была уверена, что это ты, по поручению профессора О’Бейли. Но выходит, ошиблась.

— Найдите мне этого человека, — настойчиво повторила Тресси. — Я заплачу пятьсот тысяч.

— Ты думаешь, я соглашусь подписать себе смертный приговор? — засмеялась Карлита. — Да и как ты себе это представляешь? Дать объявление в газету?

— Я кое-что, кажется, придумала, — таинственно улыбнулась Тресси.

— И что же это?

— Надо устроить встречу журналистки и Бергмана. И он, и она желали этой встречи. Надо это устроить, тогда Бергман станет мишенью.