Жаркая ночь - Шеннон Маккена

Зан вошел вслед за ней. Когда Эбби включила свет, они сразу увидели кошку: злобно шипя, Шеба сидела наверху холодильника.

– Все в порядке, киска, – успокоила ее Эбби. – Давай спускайся.

Зан протянул руку и, ухватив Шебу за загривок, передал ее Эбби.

– Побудь здесь, – приказал он, – а я пойду и все хорошенько осмотрю.

Зан вернулся меньше чем через минуту.

– Все чисто, – констатировал он. – Слава Богу, квартиру не разнесли на куски.

Прижимая к себе кошку, Эбби в сопровождении Зана прошлась по комнатам. Точно так же она осматривала дом Элани, а потом дом на Отис-стрит.

Она долго и придирчиво разглядывала содержимое комода, потом, посадив кошку на кровать, удивленно огляделась.

– Как странно: они не взяли ни телевизор, ни стерео, ни украшения, а вот обиходные вещи пропали.

– Например? – заинтересовался он.

– Например, щетка для волос, та, круглая – я ей часто пользуюсь, когда сушу волосы феном. Еще они утащили губную помаду с туалетного столика и серебряную ручку – она лежала рядом с бумагой для записей. Ничего особенно дорогого не пропало.

– Может, ты сама куда-нибудь засунула эти вещи? – предположил Зан.

Эбби была в затруднении.

– Может быть. – Она распахнула дверцы гардероба и вскрикнула: – Мои платья! Вот сволочи! Они уволокли мои самые лучшие платья!

Зан через ее плечо заглянул в шкаф и убедился, что тот действительно почти пуст.

– Да, – протянул он. – Загадка.

– Они забрали мои сумки! – Эбби была в ярости. – Мои шарфы! Извращенцы! Как они собираются использовать мои платья?

– Поверь, эти ребятки не кажутся мне трансвеститами.

– Но мне совсем не смешно!

– А я и не смеюсь. – Покопавшись на полке, Зан вытянул небольшую спортивную сумку. – Собери все необходимое, и поехали отсюда.

Взяв кошку на руки, Эбби вошла в ванную комнату и щелкнула выключателем, затем последовала долгая пауза.

– Они забрали мою зубную щетку, – раздался из-за двери ее голос, дрожащий и какой-то безжизненный.

– Что?

– Зубную щетку, – повторила Эбби. – Зачем? Зачем кому-то потребовалась… – Голос ее упал окончательно. – Похоже, кто-то хочет навести на меня проклятие. И самое ужасное, я не могу сказать полицейским, что плохие парни украли у меня губную помаду, моего «Диора», мои дорожные сумки и мою зубную щетку, потому что они тут же пришлют ребят в белых халатах, чтобы меня забрали. Я и так уже какой-то анекдот для полицейского участка…

– Ладно, – хмыкнул Зан. – Я, так уж и быть, позволю тебе пользоваться моей зубной щеткой. – Он снова попытался подтолкнуть Эбби к выходу, но это оказалось совсем не просто. Им пришлось собрать кошачьи игрушки, сухую еду, просто еду, кошачий контейнер. Даже после того, как они наконец подошли к двери, со всем этим кошачьим приданым в руках, Эбби все еще не решалась покинуть дом.

– Зан, подожди секунду. – Она стала быстро сортировать пакеты из кафе «Жирасоль».

– Наш ужин! Салат размазали по площадке, бутылку просессо разбили, а вот каберне уцелело и все остальное выглядит неплохо.

– Понял. Надеюсь, теперь все? – Засунув Эбби в машину, Зан отдал ей кошку. – Давай-ка поскорее переберемся в безопасное место.

Эбби стала успокаивать мяукающую Шебу.

– И где оно, это безопасное место? – спросила она, пока Зан устраивался на водительском сиденье.

– Там, где я живу. У меня электронные замки высокой надежности и, кроме того, охранная система, какую устанавливают в музеях. Плюс к тому там двое моих братьев.

– Твои братья так же хорошо дерутся?

– О, много, много лучше. – Зан довольно ухмыльнулся. – Джейми – вундеркинд в кунг-фу, он выиграл все мыслимые местные чемпионаты, а еще у меня есть младшая сестра Фиона, так у нее черный пояс в трех разных видах. Просто дьявольская машина уничтожения, да и только!

– Ничего себе! – позавидовала Эбби.

На это Зан ничего не сказал, и остаток пути они проехали в молчании.

Когда машина остановилась около его дома, Зан повернулся к Эбби:

– Только не шуми, пока мы не поднимемся ко мне, ладно?

Она занервничала:

– Это еще почему?

– Дед, – коротко пояснил Зан. – На нижнем этаже. Он никогда не спит. Потрясающий старикан и до ужаса хочет познакомиться с тобой, но тогда нам придется пить с ним пиво и выполнять сопутствующие церемонии. Боюсь, сегодня я этого не выдержу. Поэтому давай проскользнем тихонько, как мышки.

Открывая дверь в свои апартаменты, Зан вошел первым. Опустив на пол контейнер для кошки, спортивную сумку и пакеты с едой, он выпрямился и огляделся:

– Ну вот, это и есть моя халупа.

Эбби тоже огляделась. Пушистая мордочка кошки выглядывала у нее из-под подбородка.

Сквозь ряд арочных окон в огромную комнату струился лунный свет: он заливал все пространство, заставляя странно, призрачно мерцать белоснежную шкурку Шебы. Окна с одной стороны выходили на океанский простор, с другой виднелась длинная вереница городских огней, следующих за изгибом песчаной косы, и пляж.

– Господи, Зан, – пробормотала Эбби, – это просто потрясающее место! А теперь пора включить свет.

– Нет. – Он обнял ее за плечи.

– Но мне нужно посмотреть, вдруг они…

– Нет. – Ее губы поглотил его жадный поцелуй. Сейчас для него существовал только инстинкт, и он не мог больше ждать.

Эбби ахнула, и Зан застыл, дрожа всем телом от усилия взять себя в руки.

– В чем дело? – спросил он, задыхаясь.

– Просто… просто я испугалась.

Его руки скользнули вверх по ее бедрам и легли на ягодицы. Потом пальцами он оттянул клочок теплой ткани, которая скрывала лобок.

– Если есть какие-то пожелания, быстро говори сейчас, потому что мое сердце стучит все громче с каждой секундой, а в ушах шум, как от океанского прибоя.

Эбби сомкнула руки у него на шее.

– Пожелания те же, что и у тебя. Все, что хочешь, – сказала она.

Его пальцы сжали ей бедра.

– Ты в самом деле имеешь в виду это?

Эбби кивнула.

– Делай что хочешь, – твердо сказала она. – Я хочу тебя. Я доверяю тебе. Я люблю все, что ты делаешь со мной. Это прекрасно.

– Ловлю тебя на слове!

Сунув руку в карман куртки, Зан поискал презерватив, но неожиданно его рука ухватила бархатную коробочку, в которой лежало ожерелье.