Фонарь Диогена - Мария Брикер

Он встал на колени, приподнял девушку за плечи и со всей силой встряхнул: голова ее запрокинулась, рот приоткрылся, обнажив белоснежные зубы. Из уголка ее глаза выкатилась слеза, побежала к виску и исчезла в мокрых светлых волосах.

– Не плачь! – закричал он, опустил ее обратно на пологий влажный камень, схватил за запястье, прислушиваясь к пульсу, – разозлился, отбросил руку и с размаху ударил девушку по щеке, потом еще раз и еще раз. Он бил и никак не мог остановиться: голова ее от ударов моталась из стороны в сторону, как у тряпичной куклы, один глаз закрылся, другой, словно подглядывал за ним, смотрел с упреком – он снова пощупал пульс. – Прости, прости… Все. Все. Все! – зашептал он, тяжело дыша, уложил ее голову ровно, заметил на своей ладони кровь, в панике вытер руку о мох и глубоко вдохнул несколько раз, чтобы избавиться от приторного ощущения дурноты. Отпустило, лишь пальцы рук все еще неприятно немели и не слушались. Он растер ладони, помассировал пальцы, закрыл девушке глаза, смахнул прилипшие прядки волос с лица, аккуратно уложил ее руки вдоль тела, сел рядом и долго смотрел на луну, пока она не утонула в темной зелени сосен на противоположном скалистом берегу озера.

Оставлять девушку одну ему не хотелось, но встало солнце, разлилось по озеру кровавыми кляксами, окрасило пурпуром валуны и скалы, поманило его к себе. Он склонился над девушкой, поцеловал в холодные губы, поднялся, спустился к кромке воды и пошел солнцу навстречу, чтобы ослепнуть и навсегда погрузиться в темноту.

Вика очнулась от звериного крика, потрясла головой и огляделась. Она лежала на полу бани. Рядом хрипло стонал Бесов, глаза его были закрыты. Сева снова закричал. Она подползла к нему и потрясла за плечо.

– Бесов! Бесов! Ты что орешь? Ты что, помираешь? Не умирай, слышишь! Где я еще такого мужа, как ты, найду? Нигде, ты один такой во Вселенной! – Он приоткрыл глаза. – Тебе очень больно? – спросила она, задыхаясь от слез и не зная, что предпринять.

– Не-а, – улыбнулся он.

– А чего орал тогда?

– Кошмар приснился. Я тебе потом как-нибудь расскажу.

– У тебя кровь, – сообщила Виктория.

– Ерунда, – улыбнулся Сева. – Меня прикладом автомата по хребтине приложили, я грохнулся на пол, на осколки стекла, и поцарапался малость. Потом меня перевернули и связали. Я лежал, лежал – и уснул. Может, развяжешь? Все затекло, сил нет. По печени, видно, тоже приложили, и по почкам, но этого я уже не помню. Просто испытываю некоторый дискомфорт, – намекнул Сева.

– Тебе еще по морде прикладом приложили, и, похоже, не один раз, – доложила Вика, внимательно оглядывая повреждения на его физиономии. – Ты сейчас в самом деле на мавра похож, вся морда синяя.

– Ты тоже совсем не красавица.

– Ага, мне нос, кажется, сломали, – вздохнула девушка. – Болит, собака, и на ощупь как у Сирано. Куда я теперь с таким шнобелем? А что за кошмар тебе приснился? Очень страшный?

– Уже нет. Из жизни кошмар. Девушка у меня была. Пошли мы с ней купаться ночью на озеро. Я на берегу остался, а она нырнула, и как-то неудачно нырнула. Темно было. Я пока сообразил, что она все почему-то не выныривает, пока обнаружил ее в воде… Долго искал, никак найти не мог. Потом на берег ее вытащил, но уже было поздно. А нос твой починим, не волнуйся. Развяжи меня только поскорее.

– Кошмар! Она утонула? – спросила Вика.

– Она ударилась головой о камень, когда ныряла. Только я это не сразу понял. Пытался ее откачать, искусственное дыхание делал, по щекам бил, тряс ее, а пульса все нет. Как придурок себя вел. Она уже давно умерла, а я ее все тряс и тряс. В невменяемом состоянии находился. Потом только кровь увидел и сообразил, что случилось.

– Это с тех пор ты кровь не переносишь?

– Да спокойно я к крови отношусь. Просто вы с Кариной на меня так смотрели… как на идиота. Вот я и ляпнул.

– Какой ты глупый, маврик, – улыбнулась Вика. – А потом что было?

– Ничего не было. Я уехал из города в Карелию, лес валил. Винил себя в ее смерти, не мог с этим жить. А потом случайно с Веронезе познакомился, и он меня к себе взял. Я в Италию уехал, а потом он послал меня в Москву. Однажды я спустился в метро и увидел на перроне девушку. Она была так прекрасна – глаз не оторвать, и вдруг… Если ты меня сейчас же не развяжешь, то я повторю подвиг Карины, – взмолился Бесов.

– А она что – какой-то подвиг совершила? Во дает! – заинтересовалась Виктория. – Погоди, что ты сказал?

– Больше терпеть не могу! – взвыл Сева.

– Да я не о том, – отмахнулась Вика. – Ты говорил о девушке в метро. И чего?

– Ничего. К несчастью, я эту девушку спас от смерти и теперь за нее в ответе на всю жизнь. Правда, она оказалась дурой!