Смерть надевает маску - Эшли Уивер

Я посмотрела на Майло, но он не ответил мне тем же.

— Инспектор Джонс, приятно видеть вас снова, — сказал он в качестве приветствия. Очень вежливо с его стороны, учитывая, что при их последней встрече инспектор Джонс подозревал его в убийстве.

— Спасибо, что пришли, мистер Эймс. Как ваши дела?

Майло сел рядом со мной, но все еще обращал внимание только на инспектора.

— У меня все замечательно, спасибо. Полагаю, вам подходит столичный воздух?

— Уже привык после жизни у моря, — ответил инспектор Джонс. — Впрочем, я очень доволен. Мы уже успели здесь обустроиться.

— «Мы»? Вы женаты? — спросила я, внезапно осознав, как мало знаю о его жизни. Глупо было так думать, конечно, но мне казалось, что кроме работы в полиции жизни у него никакой нет…

— Да. Миссис Джонс без ума от Лондона.

— А дети?

— Две дочери.

Джонс отвечал охотно, хотя и весьма отрывисто. Наверное, это просто не в его характере — давать какую-то дополнительную информацию, когда ее не спрашивают.

Подошла официантка, и мы сделали заказ.

— Я слышал, что завтра лорд Данмор устраивает еще один бал, — сказал инспектор Джонс, как только она ушла.

— Да, — подтвердила я настороженно. Теперь, когда я рассчитывала на этот бал, мне не хотелось услышать от инспектора, что полиция решила на время запретить устраивать вечера в особняке Данморов. Это бы все испортило. — А есть причины, по которым этого не следовало бы делать?

— Кроме того, что это просто неуместно? — отозвался Джонс сухо.

— Да, пожалуй, — признала я. — Это в очень дурном вкусе, но вы же понимаете, что на лорда Данмора общественное мнение впечатления не производит. — Произнося это, я не осмелилась смотреть на Майло.

— Нет, ни малейшего, — согласился инспектор.

— Если он решил устроить еще один бал, то лично я ничего дурного в этом не вижу. — Я запротестовала уж слишком активно, но ничего не могла с собой поделать.

Джонс смотрел на меня гораздо дольше обычного, и мне стало не по себе. Рядом с ним мне всегда казалось, что эти спокойные глаза могут просверлить мою голову и прочитать все мысли, которые мне хотелось бы держать в тайне. Конечно, для полицейского производить такое впечатление очень полезно, но когда я становилась «жертвой», то всегда чувствовала себя не в своей тарелке.

— Вы будете присутствовать?

— О, это будет одно из самых главных событий сезона, — отозвалась я уклончиво.

— А вы, мистер Эймс? — спросил он, взглянув на Майло.

Его, как и всегда, допрос инспектора Джонса из колеи не выбил.

— Думаю, Эймори потянет меня с собой, — ответил он безлико. — Не жалую балы, но нужно делать, как жена говорит.

— Это распространенный мотив, — любезно согласился инспектор Джонс, прежде чем снова посмотрел на меня: — Полагаю, у вас есть какой-то план по поимке убийцы?

Я быстро взглянула на Майло и заметила, как его губы дрогнули в издевательской усмешке. А затем повернулась к инспектору и произнесла максимально невинно:

— Почему вы так решили? Инспектор Джонс, не понимаю, к чему этот вопрос.

Но его так просто не одурачишь. Видимо, несмотря на мой умеренный успех в отношении мистера Гиббса, сцена по мне не плачет.

— Почему бы вам не раскрыть все карты? Согласитесь, если мы соберем наши силы вместе, получится куда эффективнее.

Я все равно собиралась ему рассказать — с одобрения и под присмотром полиции будет лучше с любой стороны. Раздражало, правда, что он так легко прочитал то, что у меня на уме.

— Так и быть, — уступила я. — С полицейским под рукой будет полегче.

— Очень рад, что вы так считаете. — Это определенно был сарказм, но я не стала обращать внимания.

— Я подумала, что лучший способ поймать вора — это искусить его еще одной драгоценностью, — сообщила я.

— Думаете, это будет просто? — Джонс не насмехался, и уже за это я была благодарна.

— Не знаю, — созналась я. — Но мы должны попробовать! Лорд Данмор согласился предоставить вещь, ради которой вор должен пойти на риск. Я говорю про Бриллиант Данморов.

Брови инспектора взлетели вверх.

— Я не слышал об этом камне, но звучит впечатляюще.

— Как я понимаю, в семье Данморов он переходит из поколения в поколение.

Подошла официантка с чайными принадлежностями: чайником с черной заваркой, от которого шел пар, многоярусным блюдом с маленькими сандвичами, пышками, печеньем и песочным бисквитом. Я была не особенно голодна, но взяла бисквит и принялась несмело его покусывать.

— А как именно вор поймет, что его возможно выкрасть? — поинтересовался инспектор Джонс после того, как чай разлили по чашкам. Я была довольна, что он не воспротивился сразу же моему плану и готов его рассмотреть.

— Я… Я его надену. — И снова я не смогла посмотреть на Майло, и вместо этого уставилась на чашку с блюдцем.

— Действительно? — спросил инспектор Джонс.

— А в какой-то момент я оставлю его якобы без присмотра в комнате наверху. Может, в комнате, где джентльмены играли в карты. Она знакома всем подозреваемым: за предыдущий вечер каждый из них побывал там по меньшей мере один раз. Нам остается только подождать в комнате напротив, пока вор себя не раскроет.

— Миссис Эймс, план симпатичный, но вы совсем не думаете о сопутствующей опасности. Вот вы собираетесь надеть Бриллиант. Но если вор однажды совершил убийство, что остановит его на этот раз?

До этой минуты я не задумывалась о том, что лично мне грозит опасность. Я собиралась оставить камень в комнате и просто дать вору время, чтобы попробовать его украсть. Но мне не приходило в голову, что он может попытаться стащить его прямо с моей шеи! Конечно, очень глупо с моей стороны… Но тем не менее я собиралась придерживаться плана.

— Игра стоит свеч, — заявила я твердо.

Инспектор Джонс перевел взгляд на Майло.

— Вы с этим согласны, мистер Эймс?

Майло зажег сигарету и махнул рукой.

— Инспектор, мы оба прекрасно знаем: раз уж ей пришла в голову эта идея, отговорить ее не удастся.

На лице инспектора появилась едва заметная улыбка:

— Да, я начинаю это понимать.

— Правда, может возникнуть одна проблема, — сказала я.

— Только одна? — уточнил инспектор Джонс глумливо.

— Что, если не все подозреваемые явятся на бал? Смерть может оказаться вполне убедительной причиной для того, чтобы невиновные остались дома. А виновные могут счесть, что берут на себя слишком большой риск.

— Предоставьте это мне, миссис Эймс. Думаю, мне можно довериться в том, чтобы устранить эту маленькую помеху. А в противоположной комнате я оставлю полицейского — он будет за всем приглядывать. — С этими словами Джонс поднялся на ноги и положил на стол несколько купюр. — Спасибо, что уделили мне время. Оставлю вас наедине — наслаждайтесь чаепитием.