Месть в ажурных чулках - Дарья Калинина

— Скажите, а сосед ваш свой паспорт не терял? — спросила Кира у бабки.

Не терял, — заверила ее странная бабка, по-прежнему не проявляя никакого любопытства, что же все-таки нужно подругам от ее соседа и по какой такой причине они интересуются его паспортом. — Петька, когда в запой только входит, мне паспорт и другие Документы всегда на сохранение отдает. Тут они у меня лежат.

И бабка продемонстрировала подругам паспорт, который был выдан Петру Горемыко в шестнадцатилетнем возрасте двадцать лет назад и с тех пор ни разу им не терялся.

— Надо же, — ахнула Кира, — оказывается, он совсем еще молодой.

Трудно было поверить, что обросшему субъекту, храпящему в соседней комнате на полу, было всего лишь тридцать шесть лет. Сейчас под слоем грязи с нечесаными космами он казался почти дедом.

— А вы почто Петькиным паспортом интересуетесь? — наконец спросила бабка у подруг, убрав документы обратно в ящик. — Проверка какая?

— Понимаете, — задумалась Кира, — по паспорту вашего соседа была совершена одна покупка. В кредит. А кредит за нее не выплачивается уже несколько месяцев.

— Это что же он взял? — задумавшись, спросила у нее баба Дуся. — Холодильник? И верно, приперли из магазина, да такой тяжеленный, что Петьке сейчас его и из дома не вынести. Так и стоит.

— Нет, — покачала головой Кира. — Посудомоечную машину.

— Чего? — вытаращила глаза бабка. — Не брал он такое!

— Вот и продавщица, которая оформляла кредит, тоже говорит, что как-то странно получилось, — подхватила Кира. — Она кредит уже оформила, покупатель уходить собрался, а тут его кто-то окликнул.

— Ну, — кивнула головой бабка, внимательно слушая Киру.

— Окликнули его, но только не Петром, а Виталием! — закончила свой рассказ Кира.

— Ах, дрянной мужик! — воскликнула неожиданно бабка и даже хлопнула ладошкой по столу. — Просто дрянь!

— Кто? Петя?

— Да что Петька! — махнула рукой бабка. — Он трудяга. А этот его Виталик — тот чисто змей подколодный! Подлый мужик, даром только одним обладает — бабам нравиться и куры всем строить.

— Что строить? — не поняла Леся.

— Обманывать простаков доверчивых, вроде Петьки, — пояснила ей бабка Дуся и покачала головой: — Ой, и неприятный тип. Я уж и то радовалась, что он к Петьке давно не заглядывал. А он, значит, вон чего учудил. Паспорт у Петьки взял да на него себе железяку посудомоечную взял. А Петьке, выходит, теперь деньги за нее выплачивать! Дорогая она хоть, эта посудомоечная машина?

— С процентами тысяч восемнадцать потянет, — ответила Кира.

— Ого, — покачала головой бабка и продолжила: — Вот я и говорю, дрянной он парень, этот Виталька! Прямо хоть на порог его не пускай.

— А вы сами знаете, как его найти? — спросила у нее Кира. — Девушка, которая ему кредит оформляла, его в лицо запомнила.

— Если запомнила, значит, точно Виталька! — кивнула головой бабка. — На него девки отчего-то всегда ведутся. Хотя ничего в нем, на мой взгляд, особого нет.

— Так вы знаете, где он живет? — допытывалась у нее Кира. — Если знаете, так можно съездить и проверить. Если это он, то пусть машину возвращает или на свое имя кредит переоформляет.

Конечно, в ее рассказе было полно несоответствий. Как это девушка, оформлявшая кредит, не сверила фотографию в паспорте с, так сказать, стоящим перед ней оригиналом? Должна была обязательно сверить и заметить, что паспорт чужой. Но у бабы Дуси, оказывается, имелось свое мнение на этот счет.

— Небось девке, которая ему бумаги на эту машину оформляла, глаза-то запудрил! — бормотала она. — Девка только на него и смотрела, а в паспорт и не глянула. Ну и дела! И когда же это он паспорт умудрился у Петьки экспроприировать? Несколько месяцев назад, говорите, это случилось? Не видела я его тут. Должно быть, на улице встретились.

— Так есть у вас адрес этого проходимца? — в третий раз спросила Кира у бабки. — А то ведь от вашего соседа сейчас толку мало. А пока он протрезвеет, да в разум войдет, да себя в приличный вид приведет, против него и дело завести могут.

— Да за что же? — серьезно встревожилась бабка впервые за время разговора. — Он и не виноват вовсе.

Похоже, ее запойный сосед Петька и в самом деле был неплохим человеком. Во всяком случае бабка была явно к нему привязана. И сейчас быстрей лани метнулась к тому же ящику, откуда недавно ею же был извлечен на свет божий Петькин паспорт.

— Тут у Петьки в записях должен быть адрес этого Витальки, — бормотала бабка. — Впрочем, он не местный. Откуда приехал, я не знаю. А сейчас он у жены живет.

— У жены?! — хором воскликнули подруги.

Лариска, давая им указание найти ее дорогого Виталика, как-то ни единым словом не обмолвилась о существовании у ее возлюбленного еще и законной жены. Это, с одной стороны, усложняло, а с другой, может быть, и упрощало дело. Вряд ли этот Виталька захочет скандала с женой. И стоит ему пригрозить разоблачением, как он тут же выложит подругам, когда, зачем и кому давал ключ от Ларискиной квартиры.

Наконец баба Дуся нашла нужную отметку. И продиктовала подругам еще один адрес, где можно искать Виталия.

— А жену его зовут Глафира, так у Петьки записано, — на прощанье добавила она подругам. — Только не вздумайте ее Глашкой назвать, она этого страсть не любит. Зовите Фирой. Ее все так зовут. Так ей нравится.

К Фире-Глафире подруги добирались гораздо дольше, чем до Петьки Горемыки. Начался вечерний час пик, и машины, выстроившись на дорогах длинными шеренгами — бампер в бампер, словно замерли на месте.

— Я бы за это время уже успела смотаться в ближайшую парикмахерскую, сделать стрижку с укладкой и вернуться, — ворчала Леся.

Кира с опаской взглянула на подругу. Определенно, обычное рвение по уходу за собой, любимой, сейчас приобретало у Леси маниакальность.

— Тебе что, этот Артур настолько по сердцу пришелся? — высказала предположение Кира. — Хочешь ему понравиться?

— Скажешь тоже! — фыркнула Леся, придирчиво при этом разглядывая свои ногти.

— Так! — воскликнула Кира. — Почему же ты до сих пор молчала? Мы же подруги!

— А разве ты говоришь мне, что тебе нравится Сафаил? — парировала Леся, пытаясь одновременно рассмотреть в зеркальце над головой водительского сиденья несуществующий прыщик и поправить прядку волос так, чтобы на лбу появился соблазнительный завиток, который там отродясь не существовал.

Волосы у Леси от природы не вились, а она не хотела ждать милостей от природы. И это было еще одним поводом для регулярного посещения ею салонов красоты.

— Действительно, не говорила, — призналась ей Кира. — Но лишь потому, что борюсь со своим чувством изо всех сил. Сама посуди, не нужен мне мужик, который, чуть что не по нему, начинает шмякать своих жен из винтовки.