Пора по бабам - Маргарита Южина

– А чего – не хотела? Она и выходила. Только… он потом как-то нечаянно… утоп, – недобро фыркнула Гусева и, поморщившись, продолжала: – Она просто не за того вышла. Вот за вашего Даню – это то, что надо. Он бы, конечно, тоже потом скоропостижно… отравился грибами, но после него остались бы счета, деньги, раскрученный бизнес. Мы бы сделали мне операцию по перемене пола и уехали за границу, где никто не посмел бы даже пальцем на меня показать. Нам бы хватило. И тогда бы наступило настоящее счастье… Настоящее!

– Для кого? – поинтересовалась Ирина. Ее все больше волновали вопросы душевного плана.

Однако Клавдия грубо ее прервала – надо было увидеть картину всего преступления.

– Ирина, покури, что ли. Не мешай работать, – нахмурилась она и обернулась к Гусевой. – Значит, относительно моего сына у вас были вот такие планы. Поэтому вы на него…

– Не вы! – поправила Гусева. – Наташа должна была узнать о нашем плане позже. Она просто хотела за Даню замуж, а я не противился. Мне это было на руку. Только он мог сделать меня настоящим мужиком.

– А зачем тогда весь этот маскарад с «убийством»? Я про Лилю. Проще было бы ее убить, да и все.

– Чокнулась совсем, да?! – взвилась Ирина. – Ты чего ему предлагаешь? Свекровь еще называется!

Ни Клавдия, ни Анжела Гусева даже ухом не повели.

– Так почему не убили?

– А ты думаешь, это так просто? Ты думаешь, я совсем отморозок и не боюсь всякой там тюрьмы? На хрена лишний раз рисковать, когда можно было решить дело полюбовно?.. Хотя это я так считал, что можно полюбовно…

– Да уж, Надю-то ты все-таки…

– А потому что она дура была!!! – сорвалась на крик Анжела. – Потому что у нее язык, что помело! Я ведь как… я ведь с ней познакомился просто так. Даже не я с ней, а она ко мне прилепилась на остановке. И все бормотала, что любит, что жить без меня никак не может!.. Когда я придумал этот план с женой Распузона, с Лилей вашей, она даже не стала ничего расспрашивать, просто согласилась, и все! Я же говорю: бабы – дуры! План удался. Еще бы! Я же в этом клубе учился на крупье, пока не дорылись до моего паспорта. Я и работал там немного, практику проходил…

– А чего сразу-то документы не проверяли, что ли? – не поверила Клавдия.

– Не, ну я ж не совсем дурак! Когда надо было работать, я в бабу наряжался. А потом приработался, стало противно в юбках задницей вертеть, надел брюки… Короче, непонимание у нас вышло. Зато для моего плана эти «Мечты» были просто находкой. Кстати, медиками, которые приехали по вызову самой же Нади, был я и брат мой младший. Он за деньги что угодно вытворит. То есть сначала Федька, брат мой, вашу кралю приглашал на танги-вальсы, а Надька в это время подсовывала коробочку с ядом в сумку вашей безголовой Лили. Потом Надька сыграла убитую… Кстати, у девки, кажется, был талант! В это время Федька выскакивает на улицу, садится в машину, где уже жду его я, мы облачаемся в халатики – и привет! Первая медицинская помощь! Кстати, я прямо в белом халате Надьку и снимал.

Ирина поерзала на стуле и осторожно вклинилась в разговор:

– Вранье все это, Надю смотрели и слушали – она даже не дышала. И сердце, между прочим, у нее не билось.

– А ты видела?! – накинулась на нее Анжела. – Надька все правильно придумала! Она сначала на себя изо рта пену пустила – мороженое, что ли, плюнула. А ты сама пробовала сердце слушать, когда вся кофта в пене? Там же не дураки, разодетые все в пух и прах! У них там костюмчики от «Гуччи», галстучки от «Ферэ»! – кто тебе станет таким шиком в чью-то пену валиться? Все, как идиоты, врачей ждали!

– Ир, я там была, там так орет музыка, что у тебя сейчас послушать, так и то ни фига не услышишь, – подтвердила Клавдия. – Ну и за что же ты такую талантливую и умную Надю жизни лишила? Она же ради тебя на все пошла.

Анжела поморщилась, а потом кивнула Ирине:

– Слышь, хорошая, вспомни нежные чувства, дай закурить.

– Клав, а можно я ей прямо так в морду и плюну, а? – взвилась Ирина.

– Тебя же попросили нежные чувства вспомнить! – укоризненно покачала головой Клавдия. – Дай человеку сигарету, пусть травится. Да подержи сигаретку-то, не станем же мы руки развязывать.

Пока Ирина с презрением тыкала сигарету в раскрытый рот бывшего любимого, Клавдия услышала шум. Его она ожидала чуть раньше, а вот теперь он был некстати. Выскочив из салона, она замахала руками. На фоне совершенно черного леса высветились фары двух машин.

– Там сто-о-ойте!! На подъезжа-айте! – кричала Клавдия и махала перебинтованной рукой.

Фары мазнули по скачущей женщине, и машины стали приближаться к ней еще быстрее.

– Нет, ну ни фига не понимают. Сейчас вся моя работа – псу под хвост, – хлопала себя по бокам Клавдия.

– Мама!! – бежала из первой машины Аня.

Лицо у нее было чуть опухшее, она спотыкалась, падала, а добежав до матери, рухнула к ней на широченную грудь.

– Господи, ты жива! А мы ведь упустили… несколько раз мимо этого места проезжали, ты чего сделала-то? Где наш маячок?

– Аня, это не я. Все потом. А сейчас – отведи своих дружков куда подальше и подожди. У меня допрос.

– Мама!

– Не мамай! – строго прикрикнула на нее Клавдия. – Я столько перетерпела, имею право!

Анна только вздохнула, спорить не стала, но предупредила честно:

– Мы мешать, конечно, не станем. Если это недолго. Но так и знай – вы окружены.

Вернувшись в салон, Клавдия услышала, как мерзкая Гусева уже елейным голоском предлагает Ирине отмотать немножко пластыря, а то ужас до чего затекли руки. И Ирина – наивное дитя непорочной деревни – уже лазила где-то в «бардачке», выискивая маникюрные ножницы.

– Свобода временно отменяется! – рявкнула Клавдия и плюхнулась на сиденье. – Продолжаем.

Гусева скривилась:

– Так я вроде все рассказал?

– Ага, все! Не симулируй! – прикрикнула на нее Клавдия. – Давай, говори – зачем девчонку прикончила?

– Да… Она сама так захотела, – нахально улыбалась Анжела. – Сначала лезла ко мне со своей любовью, а потом… короче, узнала она, что я еще физически бабий организм имею, и сама меня придушить хотела. Со злости, наверное. А я сильнее оказался, я ж мужик!! Ну и… Ха! Зато потом и вовсе здорово вышло! Я фотографию мертвой Надьки вашей Лиле послал! Ну и приписочку эсэмэской сбросил, дескать, докажи, что не ты грохнула! В газете уже заметочка есть! А газета – ваще класс! Туда только надо фотки отправить и статью в двух словах, обрисовать что да как, а уж они на это жареное так кидаются! Ну и дальше дело ясное, ваша краля куда-то сиганула. Только я упустил ее, дурака свалял.

Клавдия внутренне перекрестилась. Просто счастье, что Лиле удалось не попасться ей на глаза – Гусева же все время отиралась возле Ирины. И какая молодец девчонка, что матери не проболталась, где находится. Ирина бы прямо с этим Максом недоделанным за ней и приехали. Убила бы ее Гусева.