Семь смертей - Мила Серебрякова

– И все? Мало. За квартиру платить надо, еды совсем нет, и Серегину я должен. Слушай, так ты дочь Серегина или нет?

Катарина протиснулась в крохотную прихожку, а Петр Иванович, потеряв к ней всякий интерес, прошаркал в ванную.

Сумочку Полины и покоящуюся в ней флешку Катарина нашла сразу. Зажимая ее в руках, она вышла из квартиры Петра Ивановича и, проигнорировав лифт, начала спускаться вниз по ступенькам.

Дома, закрывшись в спальне, она приготовилась узнать нечто невероятное. Почему-то на ум пришло именно это слово. Невероятное!

Включив компьютер, Катарина поближе придвинулась к монитору. На экране возникли многочисленные папки с документами, в которых перечислялись номера банковских счетов, какие-то фамилии, адреса и названия фирм.

Больше всех Катарину заинтересовала папка «Досье». Она кликнула по ней мышью, и через доли секунды вышеупомянутая папка открылась. Она вмещала в себя еще около пятидесяти папок, названия которых показались Катарине странными. Каждая электронная папка именовалась женским именем: «Анна», Валентина», «Екатерина», «Светлана», «Татьяна»...

Кликнув наугад на «Екатерине», Ката лицезрела несколько цветных фотографий красивой девушки, сделанных в разных ракурсах: анфас, профиль, сидя, стоя, в полный рост. Также прилагалась анкета с данными. Пробежав по ней глазами, Катарина закрыла папку и начала вглядываться в другие названия.

Имя «Ася»она увидела в самом конце. По спине пробежал холодок. Саданув указательным пальцем по ни в чем не повинной мыши, Катарина подпрыгнула на стуле. С монитора на нее смотрела та самая Ася – жена Бориса Плешникова.

В анкете девушки первым пунктом шла графа «ФИО», а затем Ката прочитала следующее...

Дата рождения:

Число: 15; месяц: Октябрь; год: 1987

Пол: Женский

Национальность: Русская

Семейное положение: Не замужем

Дети: Нет

Образование: Незаконченное высшее

Знание иностранного языка: Английский

Группа крови: B (111) Rh +

Рост: 177

Вес: 59

Объем груди: 94

Объем талии: 62

Объем бедер: 91

Дата обращения в агентство: 18 ноября

Дата отбытия в Египет: 2 февраля

№ рейса: 44928

Время пребывания в Египте: 5 месяцев

Куратор: Петров О.

Дата возвращения в Москву: 4 июля

№ рейса: 37427

Количество: 30

Куратор в Москве: Плешников Б.

Сумма: 150 000 долларов

Срок: 24 месяца

В графе «Место жительства» значился Асин адрес.

Внезапно взгляд метнулся на строчку «Куратор в Москве». Катке едва не поплохело. Плешников! Борис Плешников! Все смешалось воедино. Откуда у Полины флешка с анкетными данными Аси? Почему в ней сказано, что Плешников – куратор девушки? Что еще за куратор, с какой стати? Борис с Асей жили как муж и жена, так о каком кураторе речь? И что это за срок в двадцать четыре месяца и довольно внушительная сумма в американской валюте? Непонятно. Хоть тресни, а все равно ничегошеньки не понятно.

Агентство, в которое, если верить анкетам, обращалась Ася и другие девушки, располагалось практически в самом центре столицы, и для начала Катарина решила отправиться именно туда, а не в прокуратуру.

Но, к глубокому ее сожалению, уже утром следующего дня выяснилось, что по данному адресу находится салон красоты.

– А мне дали этот адрес, – сказала Ката девушке на ресепшн.

– Верно, до недавнего времени здесь было какое-то агентство, но у них закончился срок аренды помещения, а продлевать его они не стали. Наш салон открылся месяц назад, куда переместилось агентство, я не в курсе.

* * *

– Могу я увидеть Ольгу Крутилину? – спросила Ката у открывшего дверь толстяка.

Добродушно улыбнувшись, мужчина отрицательно замотал головой:

– Крутилина здесь больше не живет. Мы купили у нее квартиру год назад.

– А где Ольга?

– Ее адресом я не располагаю, извините.

На другом конце Москвы Катарина потерпела очередное фиаско. Седовласый дедок, проживающий в коммунальной квартире, на вопрос, дома ли его соседка Варвара Тихомирова, презрительно хмыкнул.

– Варька больше года сюда носа не кажет. Завихрилась куда-то, комнатка ее пустует.

– Тихомирова жила одна?

– Одна-одинешенька. Родственников у нее не было, Варька в детском доме воспитывалась, потом комнату в коммуналке получила, соседствовать мы с ней стали.

– А чем она занималась?

– Искала богатого мужа, – последовал ответ.

– В смысле?

– В прямом смысле, внуча. Работать Варька не хотела, копейки ей, видите ли, не нравилось зарабатывать, вот и искала кого побогаче, чтоб замуж поскорее выскочить. Да только мужики ей попадались сплошь голодранцы. Ага, не везло в этом плане Варьке. Оно и понятно, таких дурех, как она, пруд пруди, принцев на всех не напасешься. Правда, был у нее один, иностранец. Приезжал несколько раз в нашу халупу на дорогой машине. Сам из себя весь такой видный, а по-русски ни бум-бум. Варька с ним по-ихнему балакала.

– Американец?

– Да не-е, не думаю. Он смуглый, лицо узкое, а говор, как у попугая.

– Как это?

– Уж больно быстро разговаривал. Тараторил, как жена моя покойная – тысяча слов в минуту. Он, когда к Варьке приезжал, все повторял. – Пенсионер нахмурил морщинистый лоб. – Сейчас и не вспомню точно... Погодь, внуча... То ли «бонита», то ли «бунита», а еще через слово говорил «си».

– Си?

– Да-да. Сам неоднократно слышал. Варька ему че-то скажет, а он в ответ: «Си-Си». Но долго мужик не продержался. Месячишко в нашу дыру покатался и отвалился, как высохшая бородавка. Варька белугой три дня проревела, а потом и пропала. Куда делась девка, поди теперь узнай. Мож, действительно замуж удалось выскочить? Комнатку мне жаль Варькину, ведь пустует, а могла бы пользу приносить. Согласись, какой-никакой, а все доход.

Попрощавшись с дедулей, Катарина отправилась домой.

Наносить дальнейшие визиты девушкам, чьи адреса были указаны в анкетах, не имело смысла. И так ясно, что все красотки куда-то испарились.

* * *

– Как ты? – спросила Ката, заранее зная ответ на свой вопрос.

Тимофей смотрел поверх ее головы.