Убийство напрокат - Наталья Александрова

— Я тоже умру от остановки дыхания? — спросилаНадежда, почувствовав, что голос снова стал ей повиноваться.

Олег Петрович озабоченно взглянул на нее и пробормоталвполголоса:

— Надо же, действие метаксина прекращается, надопоторопиться…

Затем он повысил голос и сказал с заметным раздражением, наэтот раз обращаясь к Надежде:

— Сама виновата! Незачем было лезть не в свое дело!Надо же, все так хорошо складывалось, так удачно, и вдруг вмешивается какая-товзбесившаяся домохозяйка и пытается поломать такой замечательный план…

— До меня вмешался Илья Константинович, — прервалаего Надежда, — и вы, не задумываясь, отправили на тот свет старого друга…Просто готовый заголовок доя статьи — «убийца в белом халате»!

— Илья был сердечник! — раздраженно выкрикнулмужчина. — Он и так мог умереть в любой момент'. И вообще, откуда вы проэто знаете?

— Иногда сердечники доживают до восьмидесяти лет! Но сним, по крайней мере, ясен мотив — вы убили его, потому что он раскрыл тайнувашего фальшивого алиби, догадался о трюке с настенными часами, и с Ириноймотив тот же — она, как и я, влезла не в свое дело и раскопала слишком много….

— Вот именно! — заорал Кудасов. — Наглаядевчонка решила обмануть меня! Она, видите ли, решила поживиться за мой счет!Пришла в клинику будто бы лечиться, а сама разнюхивала, раскапывала, думала,что я ни о чем не догадаюсь! Узнать, что она журналистка, не составило никакоготруда, и я просто обязан был нанести удар первым!

— Но из-за чего вы убили того молодого парня в своейклинике, Артема? — вскричала Надежда. — Или это была всего лишьврачебная ошибка, вы применили не тот препарат, а потом нагромоздили столькопреступлений, лишь бы ошибка не всплыла?

— Однако как же много ты знаешь?! — удивленносказал Кудасов.

— Нет, — тут же возразила себе самой Надежда, не удостоивего ответом, — медсестра Яковлева сказала, что вы пришли к нему в палатутой ночью, значит, и убийство Артема было преднамеренным и заранее задуманным!

Олег Петрович покраснел от злости и выронил подготовленныйшприц.

— Успела проболтаться, старая дура! — заорал он, всердцах наступив на шприц. — Ну ничего, тайна умрет с тобой! Как и с ней,кстати, тоже!

Надежда хотела было злорадно сообщить ему, что медсестра,возможно, осталась жива, потому что она, Надежда, что называется, вовремяподсуетилась и вызвала «скорую помощь», но решила не хвастаться раньше времени,а то как бы не сглазить несчастную медсестру.

Кудасов достал из коробки другой шприц, сломал кончик ампулыи проговорил гораздо спокойнее:

— — Кто ты такая?

Он по-прежнему называл ее на «ты», что в его устах выгляделоужасно грубо. Надежда поморщилась, но решила не обращать на это внимание.

— Я — бывшая жена Ильи, Маргарита, — тотчасотозвалась она, решив, что этому человеку может наврать спокойно, без угрызенийсовести.

— Да? — удивился Кудасов. — И какого чертатебе нужно было копаться в этой истории?

— Мне нужно было выяснить, что случилось с Ильей, тутвсплыла смерть девушки, то есть Илья мне рассказал, что девушку убили… —совершенно честно ответила Надежда.

— Да? — снова удивился Кудасов. — А мне онговорил, что не виделся со своей бывшей лет десять… Все врут, — вздохнулон и добавил:

— Неужели ты наворотила столько дел только из-завульгарного женского любопытства?

— Любопытство — это великая сила, — отозваласьНадежда, которая говорила с убийцей, пытаясь заговорить свой страх, —любопытство движет человеческую историю… От любопытства открыли Америку иАвстралию, изобрели порох и самолет…

— Ладно тебе, — усмехнулся Олег Петрович, закончивприготовления и шагнув к Надежде со шприцем в руке, — но так и быть, передсмертью я удовлетворю твое любопытство. Я убил этого парня, потому что он быллюбовником моей жены.

— Любовником Вероники Яковлевны?! — — изумленновоскликнула Надежда. — Неужели?!

Так вы убили его из ревности? Ну надо же, какие шекспировскиестрасти! Не ожидала от вас!

— При чем тут ревность, — поморщился ОлегПетрович, — неужели я стал бы ревновать эту старую галошу? Деньги, деньгивсему причиной! У нее и прежде были любовники, и я закрывал на это глаза. Но наэтот раз все было слишком серьезно. Она так втрескалась в этого молокососа, чтоначала поговаривать о разводе. А без ее денег…

Олег Петрович оттянул рукав Надежды, по врачебной привычкепротер локтевой сгиб смоченной спиртом ватой и закончил, поднося к руке своейжертвы шприц:

— Без ее денег моя клиника не смогла бы существовать, ия не закончил бы многих важных исследований.

Надежда дернулась. Она попыталась отстраниться отнеотвратимо приближающегося шприца и одновременно попыталась лишитьврача-убийцу его отвратительной самоуверенности.

— Врете! — выкрикнула она. — У вас простонаступил самый настоящий мужской климакс! Вы поняли, что стареете, что большене интересуете даже собственную жену, и убили Артема только за то, что онмолод, и вся жизнь принадлежит ему!

Тело уже начало слушаться ее, Надежда напряглась, взмахнуларукой и выбила шприц из руки убийцы. Олег Петрович побагровел, на лбу у неговздулись жилы, и его красивое, ухоженное лицо сделалось уродливым иотталкивающим.

— Врешь! — завопил он, брызгая слюной. — Этоты врешь, мерзавка!

Он схватил Надежду за горло и сдавил сильные пальцы:

— Врешь! Я — хозяин жизни! Все принадлежит мне! Я вовсене стар, у меня впереди многие годы, наполненные успехами и победами, любовьюженщин и завистливым восхищением коллег! Ты сдохнешь, сдохнешь, и никто ненайдет твой труп, а я вернусь в свою клинику, к своей работе! Я буду богат,знаменит и счастлив! Я переживу эту старую галошу, свою жену, и унаследую всеее чертовы деньги, и моя клиника будет лучшей в стране!

Его стальные пальцы сжимались на горле новой жертвы. Вглазах Надежды темнело, воздух проникал в легкие жалкой тоненькой струйкой, илегкие разрывались от боли. Сознание начало мутиться, и даже жажда жизни сталаослабевать. Надежда обвисла в руках убийцы и почти смирилась с неизбежным…

Вдруг где-то далеко, за пределами ее сознания, раздалсягромкий, резкий звук.

Руки Олега Петровича разжались, их хватка ослабела, иНадежда жадно вдохнула. Вместе с сырым, холодным, бесконечно вкусным воздухом вее легкие ворвалась жизнь.

Сознание начало проясняться, и она поняла сразу три вещи:во-первых, тот звук, который только что раздался в гараже, был выстрелом;во-вторых, убийца действительно разжал руки и выпустил ее горло, больше того,он отступил на шаг и стоял теперь перед ней, покачиваясь, как пьяный; ив-третьих — в гараже появился еще один человек.