Чехов 7. Императорская охота - Гоблин MeXXanik

— Станислав Александрович сказал, что вы нашли Мининых? — спокойно уточнил Константин, хотя лицо его смертельно побледнело. Видимо питомец некромантки все же смог его удивить.

— Да, они на болотах, — ответил я. — В заброшенной деревне. Надеюсь, у вас есть криомастер. Потому что тропы по топям хоть и можно найти, но путь по ним займет много времени.

Константин кивнул:

— Не беспокойтесь, Павел Филиппович. Есть у нас мастера заморозки. Только нам нужно направление.

Бабушка щелкнула пальцами и впереди замаячила одинокая фигура девушки в белом изодранном по подолу платье.

— Ориентируйтесь на нее, — посоветовала Софья Яковлевна.

Константин обернулся к кустодиям и произнес:

— Проложите тропу за этой… девицей.

Несколько бойцов кивнули, вышли вперед. Призвали ледяных элементалей, и руки парней заискрились, покрываясь изморозью. А через секунду, ковер ряски скрылся под толстым слоем льда.

— Спасибо за помощь, — продолжил Вальдоров, обращаясь к нам. — Дальше мы сами.

— Ага, как же, — небрежно бросила бабушка и первой шагнула на тропу. — Не отставайте, мальчики.

Призрак молча развернулась и направилась вглубь болота. Мы последовали за ней.

— Я хотел бы вас попросить об одном одолжении, Павел Филиппович, — негромко заговорил Вальдоров, поравнявшись со мной. — Когда прибудем на место, в бой вступим я и мои бойцы. Мы видели, на что способны эти ребята. Да и мастер Морозов уже объяснил мне некоторые… особенности Мининых…

— И пользы в бою от меня будет мало, — мрачно заключил я.

Вальдоров кивнул:

— Спасибо за понимание. Потому что я за вас отвечаю. И если с вами или Софьей Яковлевной что-нибудь произойдет, мне лучше будет бежать из страны.

— Думаю, что Александр Васильевич найдет вас даже и за океаном, — произнёс я.

— Ну, проживу чуть дольше, — ответил кустодий, пытаясь улыбнуться, но вышло у него скверно.

— Что было у резиденции? — спросил я, чтобы сменить тему разговора.

— Минины проникли на территорию и попытались добраться до Императора, — ответил Вальдоров. — Но встретили сопротивление и погибли. Они достаточно сильные и живучие, скажу я вам. Никогда не встречал подобных им. Жуткие твари, будто и не люди вовсе.

— Это я уже заметил, — пробормотал я и повторил, будто пытаясь себя успокоить. — Это я уже заметил.

* * *

Путь до деревни оказался неблизким. Трое криомастеров сменяли друг друга, чтобы создавать тропу. Порой та поскрипывала под ногами, но выдерживала наш вес и не ломалась. Хотя где-то за спиной порой слышался треск и бульканье. Это дорога раскалывалась и качалась на поверхности болота белесыми кусками льда. Наконец, из густого тумана проступило очертание чего-то массивного. Я отчего-то решил, что это человек, но на деле перед нами возник идол, вырезанный из здоровенного куска дерева. Я сумел рассмотреть грубое лицо, которое взирало на мир с откровенной злобой. Рот идола кривился в яростном оскале, и даже время не смогло сточить длинные клыки, которые выступали из-под нижней губы урода.

— Искупитель, обереги нас, — прошептал кто-то из парней и осенил себя священным знаком.

Я поймал себя на мысли, что тоже хотел бы это сделать. Но присутствие бабушки меня останавливало. Она ведь потом будет подсмеиваться надо мной за это до конца моей жизни. И даже после. Особенно после.

Под ногами перестало колыхаться болото. Мы вышли на твердую почву и криомастеры наконец смогли отдохнуть, предварительно укрепив все вокруг льдом. Они приложились к фляжкам с питьем. Константин хмуро всматривался в туман, сквозь который виднелись остовы покосившихся домов с провалившимися внутрь крышами. Их огораживали странные заборы, скрученные из веток. Они чем-то напоминали мне гнезда. Вальдоров сделал знак остальным. Группа замерла, не издавая ни звука…

— Спасибо, — одними губами произнес я, обращаясь к призраку.

— Помни о своем обещании, — прошелестела она в ответ. И быстро исчезла, растворившись в тумане.

— Василий, — едва слышно прошептал Константин, и один из бойцов призвал тотемы. За его спиной появились песочные часы. Они слегка мерцали крохотными частицами, которые вопреки природе поднимались из нижней части в верхнюю. Через секунду, парень сделал странный жест ладонями. Словно сжал между ними что-то размером с детский мяч. А затем развел руки в стороны и покачнулся. Обернулся к нам и просипел:

— Ближнего я убрал. Остальные четверо в доме в центре. На них моих сил не хватило.

Только теперь я заметил, что у парня подрагивают пальцы. А из носа кустодия сочилась кровь. Кустодий-хронос утерся рукавом, вынул из кармана фляжку с отваром, открутил крышку и принялся жадно пить. Кустодии же выдвинулись к деревне. Впрочем, это было лишним. Потому что бойцы Мининых уже стягивались к краю деревеньки. И в руках у них были знакомые нам топоры.

Руслан Нилович уверенным шагом вышел вперед, сжимая в ладони оружие, лезвие которого было объято вихрями ветра. Мужчина хищно усмехнулся, демонстрируя крепкий оскал.

— А вот и гости, — прохрипел он, осматривая нас. — Хитрый ход, с хроносом. И бесполезный. У меня ментальная связь с семьей. Я уже знаю, что все мои дети погибли у резиденции. И что вы убили часового. Вот и решили сэкономить нам всем время и выйти вам навстречу.

Один из кустодиев метнул в Минина ледяное копьё, но тот лишь лениво отмахнулся, разбив снаряд на хрусткие осколки.

— Слабо, — прохрипел он. — Впрочем, как и все вы. Мы-первые дети Великого Папы. Наш мир был первым, а вы-только жалкая пародия, слизанная с нашего мира. Наши мироходцы научили вас всему. Без нас, вы бы до сих пор били друг друга камнями и дубинами.

Голос Минина становился громче. В нем начали звучать злые, взлаивающие нотки.

— Вы прах, пыль, тлен. Недостойные существования существа! Убивать! Калечить! Жечь! — проревел он. Взмахнул топором, указывая в нашу сторону, и Минины бросились в атаку.

Противников встретили миньоны, которые впрочем не стали преградой. Пришлые посекли их на куски, прорвавшись к бойцам. А через секунду, первый кустодий упал, заливая лед красным. Топор просто с визгом рассек броню и врезался в плоть.

В ладони Вальдорова появился длинный клинок, и лезвие встретило удар топора. Отвёл клинок в сторону, и метнул в лицо противника горсть мелких камней. Берсерк взревел, оттолкнул Константина. Кустодий попятился, с трудом сохранив равновесие на льду, и я поспешно призвал тотемы. Вызвал из межмирья горгулью, которая