Ранние дела Пуаро - Агата Кристи

Вечером мы вернулись на Принс-Альберт-роуд и побеседовали сТоддом и Симпсоном.

Хозяин оказался апатичным худосочным мужчиной лет сорока.

— Да-да, — сказал он рассеянно. — Элиза хорошая кухарка. Ибережливая, что чрезвычайно важно.

— Но почему она оставила вас так внезапно? У вас естькакие-то соображения на этот счет?

Тодд неопределенно пожал плечами:

— Слуги, знаете ли… Жена принимает все слишком близко ксердцу. А ведь это, в сущности, пустяк. Я ей говорю: «Возьми другую кухарку,дорогая, и дело с концом. Чего зря убиваться?»

Так же мало толку было и от Симпсона, невзрачного молодогочеловека в очках.

— Ну да, я, кажется, видел ее, иногда, — сказал он. —Пожилая женщина, не так ли? Чаще мне приходится сталкиваться с другой, Анни.Весьма любезная и милая девушка.

— Они были в хороших отношениях?

Симпсон ответил, что не знает наверняка, но думает, что да.

— Так мы и не узнали ничего интересного, mon ami[128], —заметил Пуаро, когда мы вышли на улицу. Перед уходом нам еще пришлосьвыслушивать бурные излияния миссис Тодд, которая повторила все то, что говорилараньше, только гораздо пространнее.

— Вы разочарованы? — спросил я. — Рассчитывали услышатьчто-нибудь важное?

— Возможно, но особенно не надеялся.

На следующее утро Пуаро получил письмо. Прочитав его, онпобагровел от возмущения и протянул письмо мне.

Миссис Тодд сожалеет, что вынуждена отказаться от услугмосье Пуаро. Посоветовавшись с мужем, она пришла к выводу, что нелепо вмешиватьдетектива в сугубо семейное дело. В качестве гонорара прилагается чек на однугинею[129].

— Так! — сердито воскликнул Пуаро. — И они думают такимобразом избавиться от Эркюля Пуаро! В виде одолжения — большого одолжения — ясоглашаюсь расследовать это ерундовое дело, а они «отказываются от моих услуг»!Несомненно, это рука мистера Тодда. Но я говорю: нет, тысячу раз нет! Я потрачусобственные гинеи, если понадобится, тысячу гиней, но докопаюсь до истины!

— Положим, — сказал я. — Но как?

Пуаро немного успокоился.

— Прежде всего мы поместим объявление в газетах. Погодите.Да, пожалуй, вот так: если Элиза Данн обратится по указанному адресу, онаполучит важное известие. Дайте это объявление во все газеты, которые вы знаете,Гастингс. А я пока наведу кое-какие справки. Идите же, это надо сделать какможно скорее.

Мы встретились только вечером, и Пуаро снисходительнопосвятил меня в то, чего ему удалось выяснить.

— Я навел справки в фирме, где служит Тодд. В среду он сработы не отлучался, к тому же у него безупречная репутация — Тодд отпадает.Теперь Симпсон: в четверг он болел, но в среду был в банке. С Дэвисом у негобыли приятельские отношения, как и у остальных служащих. Здесь тоже ничегоподозрительного. Остается надеяться на объявление.

По указанию Пуаро объявление публиковалось ежедневно втечение недели. Рвение, с которым он взялся за дело, могло показаться странным,но я понимал, что для моего друга это было вопросом чести. Поэтому онрешительно отказался от нескольких интересных дел и каждое утро жадно набрасывалсяна корреспонденцию. Пуаро внимательно ее просматривал и со вздохом откладывал всторону.

Наконец наше терпение было вознаграждено. На пятый деньпосле визита миссис Тодд наша хозяйка сообщила, что к нам пришла особа по имениЭлиза Данн.

— Наконец! — воскликнул Пуаро. — Скорей ведите ее сюда!Немедленно!

После этих слов хозяйка поспешно удалилась, и вскоре переднами предстала мисс Данн. Она в точности соответствовала описанию — высокая,дородная и в высшей степени представительная.

— Я пришла по объявлению, — сказала она. — Очевидно, здеськакое-то недоразумение. Меня уже известили насчет наследства.

Пуаро церемонно пододвинул ей кресло.

— Дело в том, — объяснил он, пристально вглядываясь в нашугостью, — что ваша бывшая хозяйка, миссис Тодц, очень обеспокоена. Она незнает, что с вами произошло.

Элиза Данн казалась крайне удивленной:

— Значит, она не получила моего письма?

— Ей ровным счетом ничего не известно. — Пуаро помолчал. —Может, вы расскажете все по порядку?

Элизу Данн не пришлось долго упрашивать.

— В среду вечером, когда я возвращалась домой, меняостановил на улице какой-то джентльмен. Высокий такой, бородатый, в огромнойшляпе. «Мисс Элиза Данн?» — спросил он. «Да, это я». — «Моя фамилия Кротчет, —сказал он. — Я приехал из Австралии специально для того, чтобы вас разыскать. Янавел справки, и мне сказали, что я могу встретить вас здесь. Вы не помнитеслучайно девичью фамилию вашей бабушки по матери?» — «Джейн Эммот». —«Совершенно верно, — сказал он. — Так вот, мисс Данн, возможно, вы об этом и неслыхали, но у вашей бабушки была близкая подруга Элиза Лич. В свое время онауехала в Австралию, где вышла замуж за очень богатого фермера. Ее дети умерлисовсем маленькими, и после смерти мужа она унаследовала все его состояние.Несколько месяцев назад Элиза Лич скончалась, и согласно ее завещанию выполучаете небольшой особняк в Камберленде и определенную сумму годового дохода».Я была ошарашена, — продолжала мисс Данн. — Сперва я просто не поверила, и он,видно, это заметил, потому что улыбнулся и сказал: «Вы правы, мисс Данн,осторожность никогда не повредит. Вот мои документы». Он протянул мне письмомельбурнской адвокатской конторы «Херст и Кротчет» и свою визитную карточку. «Взавещании оговорено несколько условий, — продолжал он, — Видите ли, нашаклиентка была несколько эксцентричной особой. Во-первых, вы должны вступить вовладение домом не позднее завтрашнего дня. Второе условие — сущий пустяк: вы недолжны работать домашней прислугой». У меня сердце упало. «Увы, мистер Кротчет!— сказала я. — Я ведь кухарка. Неужели вам этого не сообщили?» — «Боже мой, ябыл в полной уверенности, что вы компаньонка или гувернантка. Как этонекстати!» — «И плакали мои денежки?» — спросила я с тревогой. Он задумался.«Всегда можно найти способ обойти подобные препятствия, мисс Данн, — сказал оннаконец. — И нам, юристам, они известны. Но вам надо сегодня же оставить вашеместо». — «Но ведь месяц еще не кончился!» — «Дорогая мисс Данн, вы можете уйтив любую минуту, правда потеряв при этом ваше месячное жалованье. Но сейчасглавное — выиграть время. Вам необходимо немедленно выехать поездом, с вокзалаКингз-Кросс[130]. Я ссужу вам фунтов десять на дорогу, а на вокзале вы напишетезаписку вашей хозяйке. Я сам ее отнесу и все объясню». Само собой, ясогласилась и через час уже сидела в поезде. В дороге мне было как-то не посебе, и даже подумалось: уж не мошенничество ли все это — в газетах о такомчасто пишут. Но когда я пришла по указанному адресу, там меня ждали. Эти людизнали очень мало, они получили письмо из Лондона, в котором им предписывалосьпередать мне дом и сто пятьдесят фунтов за первые полгода. Очень милый домикплюс три сотни годового дохода! Мистер Кротчет переслал мне мои вещи, нохозяйка не написала ни строчки. И почему-то оставила у себя мой сундук, а вещиупаковала в бумажные свертки. Я было подумала, что она это сделала из зависти кмоему счастью. Но если вы говорите, она не получала моего письма, то простомогла и обидеться.