Таинственный противник - Агата Кристи

В роскошном номере «Клариджа» Краменин, развалившись надиване, диктовал секретарю фразы, изобилующие шипящими звуками, коими так богатрусский язык.

Внезапно телефон рядом с секретарем замурлыкал, он снялтрубку и, спросив, кто это, обернулся к своему патрону.

– Вас.

– Кто?

– Назвался мистером Джулиусом П. Херсхейммером.

– Херсхейммер… – задумчиво повторил Краменин. – Знакомаяфамилия.

– Его отец был одним из стальных королей Америки, – объяснилсекретарь, обязанностью которого было знать все. – У этого молодого человека задушой, наверное, не один десяток миллионов.

Краменин прищурился.

– Пойди поговори с ним, Иван. Узнай, что ему нужно.

Секретарь послушно вышел, бесшумно притворив за собой дверь.Он скоро вернулся.

– Отказывается что-либо объяснить. Говорит, что делоабсолютно личное, и что ему необходимо вас видеть.

– Не один десяток миллионов, – пробормотал Краменин. – Ведитеего сюда, мой дорогой Иван.

Секретарь снова вышел и привел Джулиуса.

– Мосье Краменин? – резко спросил посетитель.

Русский наклонил голову, внимательно вглядываясь в негосвоими светлыми змеиными глазами.

– Рад с вами познакомиться, – сказал американец. – У меня квам очень важное дело, которое я хотел бы обговорить с вами наедине. – И онвыразительно посмотрел на секретаря.

– Мой секретарь, мосье Грибер. От него у меня нет секретов.

– Возможно. Но у меня есть, – заметил Джулиус сухо, – апотому буду весьма обязан, если вы прикажете ему убраться.

– Иван, – мягко сказал русский, – уважь гостя, побудь всоседней комнате.

– Никаких соседних комнат! – перебил Джулиус. – Знаю яномера в таких отелях! Я должен быть уверен, что нас никто не услышит. Пошлитеего в лавочку купить фунтик орехов.

Манеры американца не слишком понравились Краменину, но онсгорал от любопытства.

– А ваше дело займет много времени?

– Если оно вас заинтересует – возможно, и всю ночь.

– Ну, хорошо. Иван, ты мне больше сегодня не понадобишься.Сходи в театр, немножко развлечешься.

– Благодарю вас, ваше превосходительство.

Секретарь с поклоном удалился.

Джулиус, стоя у двери, провожал его взглядом. И наконец судовлетворенным вздохом закрыл дверь.

– Ну, а теперь, мистер Херсхейммер, вы удовлетворены? Можетеизлагать свое дело.

– Это я сейчас, – начал Джулиус, растягивая слова. – Рукивверх, или я стреляю, – докончил он совсем другим тоном.

Секунду Краменин тупо смотрел на дуло пистолета, потом почтис комической торопливостью вскинул руки над головой. За эту секунду Джулиусуспел оценить его: Краменин был жалким трусом, так что больших хлопот с ним непредвиделось.

– Это насилие! – истерически взвизгнул русский. – Насилие!Вы хотите меня убить?

– Нет, если вы не будете так вопить. И не подбирайтесь кзвонку. Так-то оно лучше.

– Что вам надо? Не торопитесь! Не забывайте, я очень нуженмоей стране. Моя жизнь мне не принадлежит. Возможно, меня очернили…

– В таком случае, – сказал Джулиус, – тот, кто васпродырявит и, стало быть, впустит в вас немножко света, окажет человечествухорошую услугу. Но не беспокойтесь, убивать вас я пока не собираюсь. Конечно,если вы будете себя разумно вести.

Русский съежился под его угрожающим взглядом и облизнулпересохшие губы.

– Чего вы хотите? Денег?

– Нет. Мне нужна Джейн Финн.

– Джейн Финн?.. Я… В первый раз о ней слышу.

– Врете! Вы прекрасно знаете, о ком я говорю.

– Говорю вам, я никогда о ней не слышал.

– Вот и я говорю, – подхватил Джулиус, – что Малышу Вилли нетерпится рявкнуть как следует.

Русский мигом сник.

– Вы не посмеете…

– Еще как посмею, старина!

Его тон, видимо, убедил Краменина, и он нехотя выдавил:

– Ну, предположим, я знаю, о ком вВы говорите. Дальше что?

– Дальше вы мне прямо сейчас скажете, где ее можно найти.

Краменин мотнул головой.

– Не могу.

– Это почему же?

– Вы просите невозможного.

– Боитесь, а? Кого бы это? Мистера Брауна? А, задергались!Значит, он все-таки существует? До сих пор я в этом сомневался. Это же надо!Так трястись при одном упоминании о нем!