Маска Нерона - Наталья Александрова

– Не горячись, не горячись! – одернул старший посетитель своего спутника. – Ты же видишь – перед тобой человек больной, слабый, он от одного громкого крика загнуться может, а нам это надо? Тем более что он нам и так все скажет! Правда? – седой склонился над столом привратника и повторил вопрос: – Так куда пошла эта молодая особа?

– Ну, господа, вы же видите – я незрячий, – жалобно проговорил привратник. – Я же не могу узнать, молодая женщина передо мной или старая карга… ну, приходила тут действительно незадолго до вас какая-то особа…

– Только не говори мне, что она уже ушла! – процедил длинноволосый. – Я за вашей дверью следил! Отсюда ни одна живая душа не выходила!

– А я и не говорю, – сдался привратник. – Она прошла в отдел рекламаций, это прямо по коридору… – и он указал на дверь в глубине прихожей.

– В отдел рекламаций, говоришь? – длинноволосый грубо схватил привратника за воротник и сильно встряхнул. – Мы с другом пойдем и проверим, а ты нас, как положено хорошему хозяину, проводишь в этот самый отдел, и, если мы не найдем ее там или если ты, крот незрячий, попытаешься ее как-то предупредить, мы тебе такую рекламацию устроим, что ни одна больница тебя не примет!

Он рывком поднял привратника с места и потащил к двери, как кошка тащит слепого котенка.

Незваные гости вместе со своим невольным провожатым через несколько шагов миновали полутемный коридор, вошли в просторное помещение электромеханической мастерской. Незрячие монтажники занимались своей кропотливой работой. Услышав звук незнакомых шагов, они насторожились, кто-то поднял голову и оторвался от работы, кто-то делал вид, что продолжает трудиться.

– Не волнуйтесь, коллеги, спокойно работайте! – громко проговорил привратник. – Эти господа идут в отдел рекламаций! У них претензии по качеству…

– Ты что болтаешь?! – рявкнул длинноволосый и встряхнул привратника. – Я тебе сказал, чтобы ты помалкивал?

– Да я ничего…

Привратник не успел закончить фразу: один из монтажников приподнялся из-за стола и бросил гаечный ключ в единственную лампочку, освещавшую мастерскую. Лампочка с громким треском разлетелась на мелкие куски.

И до этого здесь было не слишком светло, теперь же помещение погрузилось в кромешную темноту.

– Вы что делаете, сволочи незрячие?! – истошно завопил длинноволосый громила, внезапно оказавшись во мраке.

Впрочем, теперь скорее его самого можно было назвать незрячим.

В темной комнате он ослеп и стал совершенно беспомощным, в то время как для слепых работников артели ровным счетом ничего не изменилось. Вся их жизнь проходила в темноте, и они научились в ней неплохо ориентироваться, тем более в том случае, когда, как сейчас, находились в хорошо знакомом помещении.

Вокруг длинноволосого послышались – по кругу – мягкие, крадущиеся шаги невидимых противников, и вдруг со всех сторон на него обрушился град ударов. Удары были не слишком сильными, но их было так много и они так быстро следовали один за другим, что через минуту длинноволосый начал терять силы.

Как только в комнате стало темно, громила от неожиданности выпустил привратника, которого тащил за собой, и теперь он полностью утратил контроль над событиями.

Он пробовал защищаться, пыхтя и ругаясь последними словами, время от времени сам наносил удары в окружавшую его темноту, но его противники ловко уворачивались, и громила только впустую тратил силы. Ему казалось, что он сражается с само́й темнотой, бесформенной и неуловимой, и в этой битве не имеет никаких шансов на победу.

– Шеф, где вы?! – воззвал он к своему старшему товарищу, но тот не ответил.

Седой мужчина выбрал гораздо более умную тактику: как только в мастерской стало темно, он бесшумно переместился и застыл на месте, стараясь ни единым звуком, ни одним движением не выдать своего местоположения. И этот метод оправдал себя: слепые не нашли его в темноте, и даже когда кто-нибудь из них случайно натыкался на него, то принимал за своего и проходил мимо.

Немного выждав, освоившись в непроглядной темноте и осознав, что происходит, седой обшарил карманы, нашел зажигалку и щелкнул колесиком.

Мастерская на мгновение осветилась маленьким, робко дрожащим огоньком.

Кто-то тут же задул этот огонек, но при его свете оба злоумышленника успели разглядеть окружавших их слепых, расположение столов и дорогу к выходу.

Комната вновь погрузилась в темноту.

Длинноволосый, приободрившись, нанес несколько ударов туда, где он только что заметил человеческие фигуры. Правда, эти выпады не достигли цели, но и ответные удары прекратились. В комнате наступила тишина.

Седой еще раз щелкнул зажигалкой.

На этот раз ее никто не погасил, и при слабом свете ее пламени стало видно, что мастерская опустела. Кроме обоих смуглых громил, в ней не было ни души.

– Разбежались, сволочи! – пропыхтел длинноволосый, приходя в себя после драки.

– Разбежались, – подтвердил его старший напарник. – Причем боюсь, что они ее предупредили и она тоже успела сбежать.

* * *

Неожиданно на столе перед слепым живописцем резко и тревожно зазвонил телефон. Старик вздрогнул, протянул руку и поднес трубку к уху. Выслушав короткое сообщение, он повесил трубку и повернулся к Александре:

– Вам нужно срочно уходить! За вами пришли. Это очень опасные люди, и вы ни в коем случае не должны попасть к ним в руки. Вы – и то, чем вы владеете…

– Откуда вы знаете… – начала было Александра, но старик властно поднял руку, давая ей понять, что сейчас не время и не место для долгих бесполезных разговоров.

Александра шагнула к двери, но старик остановил ее:

– Не сюда!

Он поднялся из-за стола, с удивительной для старого и слепого человека ловкостью прошел в дальний угол комнаты и без видимых усилий отодвинул в сторону массивный, окованный железом сундук. В полу под сундуком оказалось врезанное в доску кольцо. Старик ухватился за него и открыл крышку люка. Из-под пола потянуло холодом и сыростью, как из деревенского погреба.

Старик повернулся к своему молодому ученику и строго произнес:

– Виталик, проводи нашу гостью к Воротам. Будь осторожен, ты знаешь, какая это опасная дорога! И помни: за Ворота тебе входить нельзя, проводи туда девушку и немедленно возвращайся!

– Слушаюсь, учитель! – Юноша поднялся, подошел к люку и, повернувшись к Александре, проговорил: – Следуйте за мной!

– Постой! – остановил его старик. – Возьми, это посылка для Сильвестра! А сахар и семечки – для Ани и Варвары – у тебя наверняка есть! – с этими словами он протянул юноше небольшой сверток из плотной желтоватой бумаги.

– Слушаюсь! – повторил Виталий и начал спускаться по крутой металлической лестнице. Она начиналась сразу под полом мастерской и уходила в таинственную глубину. Александра последовала за ним, хотя ей было страшно. Еще бы – кому понравится спускаться в мрачное подземелье вслед за слепым провожатым!..