Странный сосед - Лиза Гарднер

– Вы могли бы оставить Ри с дедушкой.

Сержант произнесла это нейтральным тоном, но глаза ее вспыхнули. «Уже знает», – подумал Джейсон. Конечно, знает. Ясно же, что полицейские доносят до сержанта Ди-Ди Уоррен все детали его жизни.

– Нет уж, спасибо.

– Почему?

– Мне не нравятся льняные костюмы.

Но отступать так легко Ди-Ди не собиралась. Она уселась напротив и сложила руки на коленях, всем своим видом изображая небрежное любопытство. Из кухни доносился звук открываемых и закрываемых шкафчиков, выдвигаемых и задвигаемых ящиков. Компьютер, скорее всего, уже забрали. Из прикроватной тумбочки взяли айпод. Может, и радиочасы тоже. В наше время микросхемы с данными есть везде, и любой чип может содержать информацию. Год назад газеты писали о деле исполнительного директора одной фирмы, хранившего тонны инкриминирующих документов в игровой приставке сына.

Джейсон хорошо понимал, что ордер точно определяет все детали обыска. Но он не собирался облегчать симпатичной блондинке ее задачу.

– Вы сказали, что Сэнди не поддерживает связи с отцом, – заметила Ди-Ди.

– Так и есть.

– Почему?

– Об этом лучше Сэнди спросить.

– В данный момент она, похоже, недоступна, так что вы уж меня просветите.

Джейсон ненадолго задумался.

– Наверное, если вы спросите старика, он скажет, что его дочь была слишком молода, упряма и безрассудна, когда встретила меня.

– Да?

– А вы, будучи опытным детективом, наверняка зададитесь вопросом, отчего она стала такой безрассудной.

– Он ее бил?

– Не уверен.

– Оскорблял?

– Полагаю, более вероятно, что это мамаша выколачивала из нее душу, а отец пальцем не шевельнул, чтобы защитить дочь. Потом мамаша умерла, так что возненавидеть ее еще больше Сэнди не успела. С другой стороны, старик…

– И она его не простила?

Джейсон пожал плечами.

– Об этом, опять-таки, лучше спросить ее.

– Почему вы запираете окна?

Он посмотрел на нее.

– Потому что в мире полно чудовищ, и мы не хотим, чтобы они добрались до нашей дочери.

– По-моему, это уж чересчур.

– Если вы параноик, это еще не значит, что они уже не нацелились на вас.

Ди-Ди сдержанно улыбнулась, и вокруг глаз у нее проявились морщинки, выдавшие возраст и вместе с тем как-то вдруг смягчившие лицо, сделавшие ее не столь неприступной. А ведь она знает свое дело, понял Джейсон. Воспользовалась его усталостью, разговорила. Еще немного, и он выложил бы умной и красивой Ди-Ди Уоррен все свои проблемы… Нет, пусть уж сама разбирается во всей этой заварухе.

– Когда Сэнди в последний раз разговаривала со своим отцом? – спросила сержант.

– В тот день, когда уехала со мной из города.

– И ни разу даже не звонила? С тех самых пор, как перебралась в Бостон?

– Нет.

– Не рассказала ему о свадьбе? О рождении вашей дочери?

– Нет.

Ди-Ди прищурилась.

– Тогда почему он здесь сейчас?

– Говорит, что узнал об исчезновении Сэнди из новостей – и сразу в аэропорт.

– Понятно. Дочь пропала, и он наносит визит?

– Спросите его сами.

Ди-Ди покачала головой.

– А ведь вы мне лжете. Знаете, как я узнала?

Он не ответил.

– Вы смотрите влево и вниз. Когда люди пытаются вспомнить что-то, они смотрят влево и вверх. А когда стараются не проговориться, смотрят влево и вниз. Нас учат этому в школе детективов.

– И за сколько же недель вы ее закончили?

Губы дрогнули в полуулыбке.

– По словам полицейского Хоукса, у Максвелла Блэка есть свое мнение относительно вашей дочери. Похоже, он считает, что вы не настоящий ее отец.

Джейсон промолчал. Его распирало желание крикнуть, что, конечно же, Ри – его дочь. Есть и будет. Но сержант не спросила напрямую, а первое правило при допросе звучит так: никогда не отвечай на вопрос, если не обязан это делать.

– Когда родилась Ри? – продолжала Ди-Ди.

– В день, указанный в ее свидетельстве о рождении. Не сомневаюсь, что в него уже заглянули.

И снова улыбка.

– Двадцатого июня две тысячи четвертого года, если не ошибаюсь.

И снова молчание.

– А когда вы познакомились с Сэнди?

– Весной две тысячи третьего, – он посмотрел ей в глаза и не опустил взгляд вниз.

Ди-Ди скептически выгнула бровь.

– Сэнди было не больше семнадцати.

– Я и не говорил, что у старика нет причин меня ненавидеть.

– Так почему Максвелл считает, что отец Ри – не вы?

– Спросите у него.

– Сделайте одолжение. Вы же знаете его лучше, чем я.

– Не могу сказать, что вообще его знаю. Мы с Сэнди обошлись без знакомства с родителями.

– То есть до сегодняшнего дня вы с ее отцом не встречались?

– Однажды. Мимоходом.

Она пристально на него посмотрела.

– А ваша семья?

– У меня ее нет.

– Так вы – продукт непорочного зачатия?

– Чудеса случаются каждый день.

Ди-Ди закатила глаза.

– Ладно, вернемся к отцу Сэнди. Дедушке Блэку. Вы отняли у него дочь. Увезли ее в богом забытый штат, к треклятым янки, и даже не уведомили о рождении внучки.

Джейсон пожал плечами.

– Думаю, у судьи Блэка была основательная причина злиться на вас обоих. Может, поэтому он и приехал сейчас. Дочь пропала, зять – главный подозреваемый… То, что для одних – трагедия, для других – удобная возможность.

– Я не подпущу его к Ри.

– Получили судебный запрет?

– Я не подпущу его к Ри.

– А если он потребует провести тест на установление отцовства?

– Не сможет. Вы же читали свидетельство о рождении.

– Вы указаны как отец, следовательно, оснований для требования у него нет. Дело Говарда К. Стерна.

Молчание.

Ди-Ди Уоррен улыбнулась.

– Если я правильно помню, тот спор выиграл другой.

– Спросите, кто поставил блокираторы на окна.

– Что?

– Спросите меня, кто поставил блокираторы на окна. Вы же все ходите вокруг да около. Думаете, если получите ответ, то узнаете что-то обо мне.