Тринадцать ведьм - Инна Бачинская

— Мне нужно уехать, я страшно боюсь! — кокетничала Светка, закатывая глаза.

— Ничего не нужно бояться, Светочка, — басил Гарик. — Я сумею тебя защитить.

Они шли по заснеженной улице, держась за руки. Гарик рассказывал всякие смешные случаи из своей практики и сплетни из жизни знаменитых спортсменов. Светка радостно хохотала. Убийства и страхи отодвинулись за горизонт, жизнь продолжалась. Гарик шагал рядом, такой большой и надежный, рокотал, держал ее за руку, и рука у него была горячая. Перчаток он не носил. Светке было с ним тепло и надежно. И мама у него приятная; Регина Антоновна, уже приходила на сеанс… они теперь как подружки! Почти каждый вечер они все пьют чай с пирогом, который печет Регина Антоновна. И кто знает, кто знает… Он на нее запал, это видно невооруженным глазом, но ничего себе не позволяет, что Светке нравится, но немного настораживает: удивительная несовременность!

Он сказал, что сумеет ее защитить, и Светка подумала: а что будет, когда он уйдет? Он проводит ее домой, попрощается и уйдет, она запрет за ним дверь и останется одна. И вот тут-то и амба! «Знаковый» убийца, как она его окрестила, выйдет из тени и… Лучше не думать! Вот если бы Гарик пожил у нее немного, пару недель всего, пока его не поймают… Она представила, как утром готовит ему кофе… Нет! Он не пьет кофе! Чай… мятный! Она поморщилась — ну и гадость!

Ладно, пусть мятный. Она в коротеньком атласном халатике, голубом в синие и желтые цветы, он… Светка розовеет, вспомнив мощный голый торс Гарика.

— Мама испекла пирог, — сказал Гарик, сворачивая во двор. — Твой любимый, с яблоками. Говорит, специально для Светочки.

— А я ей взяла новую маску, просто супер! Ой, Гарик! — вдруг вскрикнула Светка. — По-моему, дерутся! Смотри! Вон там! Около подъезда, — прошептала Светка, хватая Гарика за рукав. — Не иди туда! Я боюсь!

— Постой тут, я быстро!

Он решительно поспешил вперед; Светка побежала следом. В свете тусклой лампочки она, к своему изумлению, узнала Андрея Шепеля и Олега Монахова, экстрасенса. Шепель, рыча, молотил пудовыми кулачищами Монаха, тот прикрывался руками. Светка видела, как Монах рухнул на колени, почти сложившись пополам…

Светка завизжала; страшная догадка мелькнула у нее в голове.

— Гарик, держи его! Он убил жену! — завопила она, вырываясь вперед. — Ах ты, сволочь! — Она налетела сзади на Шепеля, подпрыгнула и повисла на нем. — Убью падлу! Гарик, вызывай ментов! Держи, а то сбежит! Гарик! Спасите!! Убивают! Гарик!

Гарик наконец опомнился и бросился на Шепеля. Схватил его за ворот, развернул к себе и вмазал здоровенным кулаком в лицо. Шепель охнул и бросился на нового врага. Из разбитого носа у него текла кровь. Он утерся рукавом, размазав ее по лицу.

— Ура! — завопила Светка. — Так его, бандюка! Еще! Я звоню Мельнику!

Дрожащими руками она вытащила из сумочки мобильный телефон…

…Светка с ужасом и жалостью смотрела на громадного Монаха, сидевшего на крыльце. Голова его свесилась на грудь, глаза были закрыты. Длинные волосы, борода, вязаный колпачок на макушке и распахнутая видавшая виды дубленка делали его похожим на уснувшего провинциального Деда Мороза…

— Убил! — взвыла она.

Во двор на полном ходу влетел полицейский джип с мигалками. Светка бросилась под колеса, крича на ходу…

— Господи! — простонала Светка. — Гарик, он жив?