Красота спасет мымр - Елена Логунова

– Есть один подходящий человечек, – сообщил Моржик через минуту. – Я ему сейчас звякну, и мы к тебе немедленно подъедем. Жди.

– Только не стучите в дверь, не топайте и молчите как рыбы! – поторопилась сказать я. – И в подъезд постарайтесь войти незаметно!

– Квартиру прослушивают? – умудренный спецагентским опытом, Моржик сразу понял, к чему эти инструкции.

– Прослушивают и, возможно, просматривают, – кивнула я. – Но окна я сейчас занавешу.

– Не запирай дверь на ключ, – добавил Моржик. – Все, держись, мы скоро будем!

– Спасибо! – с чувством искренней признательности сказала я гудящей телефонной трубке.

У меня отличные друзья, всем бы таких!

В приподнятом настроении я вернулась в квартиру, и заскучавшие в мое отсутствие монстры завелись с пол-оборота. Минут десять я слушала эту бредовую версию программы «Радионяня», периодически издавая испуганные охи-вздохи и нервно взрыдывая. Потом мне это надоело, и я, поскулив для приличия, включила свет. Призраки заткнулись.

– Привидения ушли! – в специальном расчете на то, что меня прослушивают, громогласно объявила я. – Сейчас я закрою все щели, чтобы они больше не проникли в дом!

Это программное заявление звучало как бред сумасшедшего, но оно хоть как-то объясняло такое неожиданное и неуместное в поздний вечерний час занятие, как занавешивание окон белыми простынями. Вооружившись молотком и маленькими гвоздиками, я безжалостно приколотила пару простынок к раме окна гостиной и еще по одному изделию постельно-бельевой группы приспособила на окна кухни и маленькой комнаты. Простынки экономно выбирала старенькие, какие не жалко.

Честно говоря, декорированные белыми полотнищами помещения выглядели еще более подходящей сценой для спектакля с участием инфернальных созданий! Это стало особенно заметно, когда я вновь погасила лампочку. В дырочки и прорехи ветхих простынок сочился призрачный лунный свет, сквозняк из форточек развевал белые покровы, по полу скользили смутные тени – мои голосистые призраки, конечно, не могли упустить случай выступить в таких замечательных декорациях!

– И – раз, два, три! – тихонько скомандовала я артистам театра теней, торопя начало очередного концерта.

– К-кр-р-р! – скрипнула дверь, но вместо ожидаемого дробного топота голых пяток послышались тихие шаги нескольких пар ног.

Я поднялась с пола, на котором сидела, на цыпочках пробежала через комнату и выглянула в прихожую.

– Тс-с-с! – почти беззвучно прошептал Моржик, выразительным жестом прикладывая палец к губам.

Я послушно закивала и посторонилась, пропуская в комнату ночных гостей. Под предводительством Моржика ко мне прибыл небольшой отряд, в составе которого были Ирка, Петенька Белов и не знакомый мне парень с чемоданом. Все, кроме этого последнего, были настроены очень воинственно. Петя стиснул челюсти, как сказочный Щелкунчик, пытающийся разгрызть волшебный орех Кракатук, и еще пара орехов – кокосовых! – свободно могла прятаться в крепко сжатых кулаках моей подруги. Острым взглядом Моржика можно было вспарывать консервные банки! В целом же выражение лица у Иркиного супруга было такое, какое можно видеть у свирепых янычар на батальном полотне «Взятие Измаила».

Гости гуськом прошествовали в гостиную и по примеру Моржика присели на корточки в самом темном углу. Я поспешила к ним присоединиться. Смотрелось это, мягко говоря, странно. В темноте, под колеблемыми ветерком белыми простынями, мы выглядели как тихая группа сидячих мумий в продуваемой сквозняком многокомнатной гробнице.

Бестелесные духи из радиоэфира шумели, как камыш из русской народной песни. Послушав немного, Ирка обернулась ко мне и, блестя глазами, показала большой палец. Очевидно, присоединяясь к этой оценке, Петя стиснул руки и поднял их над головой таким жестом, которым судья спортивного соревнования сопровождает сомнительную фразу «Победила дружба!». Делом руки были заняты только у Моржика и того парня, который остался для меня инкогнито. Раскрыв принесенный с собой чемодан, эти двое сноровисто собирали какое-то устройство.

В готовом виде оно имело отдаленное сходство со шваброй – с той разницей, что перекладина его имела не характерный для швабры крутой изгиб, а еще к ручке устройства была приспособлена какая-то коробочка. Она моргала малюсенькой лампочкой и, наверное, издавала какие-то звуки, потому что Инкогнито надел наушники.

Со своей шваброй наперевес он обошел комнату, красным детским мелком рисуя разновеликие кружочки на стенах и на полу. Моржик, следующий по пятам за Инкогнито с другим прибором, то согласно кивал и заштриховывал красные кружки зеленым мелом, то отрицательно качал головой и небрежно затирал эти кружки рукой или ногой, смотря по тому, где они были намалеваны. Потом мужики еще разок обошли помещения с прибором номер три.

Я, Ирка и Петя следили за действиями Моржика и его знакомого разинув рты. Разговаривать мы опасались, общались жестами. Наконец Моржик спрятал те приборчики, с которыми он прогуливался по квартире, в чемодан Инкогнито. Туда же спрятали швабровидное устройство, предварительно его разобрав. Я поняла, что исследование закончено.

Мотнув головой в сторону прихожей, Моржик дал понять присутствующим, что пора уходить. Отряд дисциплинированно покинул квартиру, и я увязалась за ним на лестницу.

– Ну, что скажете? – нетерпеливо выдохнула я, когда мы впятером сгрудились в тесном закутке под лестницей.

– Четыре радиоприемника замурованы в стенах комнаты, – деловито сообщил Инкогнито. – Лежат на одной вертикали с электрическими розетками.

– Ах он, гад! – свирепо прошептала я, сопоставив эту информацию со сведениями, полученными от штукатурши Тани. – Электрик, просветитель темных масс!

– Еще два приемничка в вентиляционных шахтах, – продолжил Инкогнито. – Микрофон, я полагаю, спрятан в стакане люстры. Как думаешь? – он вопросительно посмотрел на Моржика.

– Отличное место для «жучка», – кивнул тот. – А передачу ведут из многоэтажки на углу, больше неоткуда.

– Точно, – согласился Инкогнито. – В радиусе ста метров других высотных зданий нет.

– А почему обязательно из высотки? – я не удержалась от вопроса.

– Я же определил радиус действия сигнала и направление, откуда он идет, – Моржик постучал пальцем по закрытому чемодану с аппаратурой. – По всему выходит, что твои радиолюбители сидят в одной из квартир на шестом или седьмом этаже.

– Я бы сказал, с шестого по девятый, – авторитетно поправил Инкогнито.

– Это вам швабра сказала? – уважительно спросила я.

– Кто? – Инкогнито здорово удивился и враз утратил всю свою важность. Стало видно, что он еще молодой парень, только старается казаться солидным и серьезным типом.

– Ну, тот прибор на длинной ручке?

– А-а! Нет, это обыкновенный металлоискатель, – засмеялся Инкогнито. – С его помощью я нашел приемники.