Синий мопс счастья - Дарья Донцова

Кира захлопала глазами.

– Что???

– Ой, мамочка, – затрещалаАлла, – это жуткий, невероятный секрет!

– Глупость какая-то, – затряслаголовой Кира, – Борис Сергеевич академик, что может связывать его салкоголичкой?

– Ну, когда он с Ленкой спал, –сообщила Алла, – то еще никем не был, а она не пила. Римкина мать, Ленка,у него секретаршей работала. Летом, когда жена Касаткина на дачу отвалила, уних роман случился. Три месяца любовь-морковь длилась, а потом Касаткин еевыгнал, вот и вся история. Ленка стала в другом месте работать, она и раньшевыпить могла, ну а когда Римку родила, пошло-поехало. Римма так хорошо учится,потому что ей папины мозги достались.

Кира вцепилась в край стола.

– Откуда же Римма узнала правду?

– Так от мамы. Ленка по телику Касаткинаувидела, она тогда еще телевизор не пропила, ну и рассказала Римке. Дескать,гляди, вон твой папочка, умный, богатый. Жаль, никаких документов не имеется,чтобы в нос ему ткнуть и заставить содержать дочь. «Заявлюсь к нему, –причитала Ленка, – скажу про тебя, так он меня в милицию сдаст. И кто мнеповерит? Скажут, решила богатого мужика общипать, еще срок навесят».

У Киры закружилась голова, вот уж верно: «Вжизни все повторяется дважды, но в виде драмы только однажды, а во второй раз –насмешки вроде бы, в виде пародии, только пародии». Мало того, что Алларассказала почти ее собственную историю, так еще Ленка увидела Бориса по TV,как и Кира.

– Римка поэтому к нам в институтзаявилась, – не замечая состояния матери, откровенничала Алла, –хотела с отцом познакомиться. Она, конечно, ни за что не станет рассказыватьему про родство, да и не поверит он. Просто хочет Бориске понравиться, а я ейпомогла.

– Каким же образом? – обморочнымголосом спросила Кира.

Аллочка захихикала.

– С мной на курсе учится Виталька, сынректора. У нас с Виталькой полный амур!

Кира в ужасе вскочила.

– Что?! У тебя роман с ВиталиемКасаткиным?!!

– Мама, – возмутилась Алла, –мне такое и в голову не придет! Виталька жутко противный, но он меня пару раз вкино звал.

Аллочка, решив не ссориться с сыном ректора,приняла приглашение. Но, слава богу, Виталик проявлял интерес к ней недолго,всего неделю, и переметнулся на другой объект. Но хорошие отношения с Аллочкойсохранил, всегда целовал ее при встречах в институте и один раз даже предложил:

– Слышь, Аллусик, если сессию завалишь,помогу, побалакаю с папахеном.

– Я тебя умоляю, – заломила рукиКира, – никаких отношений с Касаткиным!

– Мама, – отмахнулась Алла, –мы просто дружим, как мужчина он мне противен. Зато благодаря этой дружбе ясумела Римке помочь!

– Как?

– У Касаткиных собаки, а выгуливать ихнекому, вот я и познакомила Римму с Виталькой, – прищуриласьАллочка, – сказала, что она заработок ищет. Все устроилось простозамечательно. Виталька притащил Римму домой, та стала работать у Касаткиных.Она понравилась Наташе, жена пошепталась с мужем, и Борис Сергеевич обещалпомочь Римме с поступлением. Она ребенок из малообеспеченной семьи, поэтомуимеет право на льготы. В академии имеется несколько бесплатных мест, вотКасаткин и решил взять на одно из них способную девочку.

…Кира вытащила носовой платок, повертела его вруках, положила опять в сумку и горестно сказала:

– Видите, что вышло. Нет, каков подлец!Ведь я третий раз за всю жизнь его побеспокоила! В первый, когда Алле надо былов вуз поступать, второй… да это неинтересно, и сейчас, когда…

Из глаз Киры вновь хлынули слезы. Я хотелабыло утешить ее, но тут в конце коридора появился высокий мужчина в синейодежде хирурга. Он медленно приблизился к нам.

– Она жива? – заорала Кира. –Говорите скорей.

– Состояние тяжелое, – сообщилврач, – делаем все возможное, ногу постарались спасти, ампутации покаизбежали. Теперь главное, чтобы в ступне восстановилось кровообращение.

Кира прижала к лицу кулаки.

– Господи. Мне можно с ней поговорить?

– Нет.

– Почему?

– Девочка пока не отошла от наркоза, онавас не услышит и ответить не сможет, потому что подключена к аппаратуискусственной вентиляции легких.

– Боже!

– А какой прогноз? – робко спросилая.

– Я не господь бог, будем за неебороться.

– Я останусь здесь!! – заявила Кира.

– Лучше уезжайте домой, – велелврач.

– Но надо ухаживать за Аллочкой?

– В палате интенсивной терапиивеликолепные специалисты, внутрь вас не пустят.

Кира схватила меня за руку и зашептала:

– Дай денег, в долг, дома у меня есть,сразу верну.

Я полезла за кошельком.

– Прекратите, – зло рявкнулврач, – я не беру взяток! Получаю зарплату.

– Но…

– Лучше потом купите дочери соков ифруктов, – не дал ей сказать доктор, – когда ее в общую палатупереведем.

– Значит, она выздоровеет, –обрадовалась Кира, – да?

Внезапно врач устало улыбнулся, и мне сталопонятно: он не злой, просто, как все медики, суеверен, поэтому и уходит от прямогоответа на вопросы Киры. И еще он редкая птица в стае эскулапов, которые в нашевремя, не поморщась, берут купюры.

– Думайте только о хорошем, – сказалврач, – не допускайте плохих мыслей. Надежда всегда есть. Никогда несдавайтесь.

– Как вас зовут? – еле слышноспросила Кира.

– Александр Юльевич Ваза, – ответилон, – уезжайте домой, завтра придете, вот пропуск.

Устав, словно спаниель после охоты, ядобралась домой и обнаружила на кухне новенькую СВЧ-печку. На столе лежалазаписка: «Я ушла на дежурство, Юра поехал со мной. Собаки гуляли, ужин вхолодильнике. С детьми все в порядке. Катя».