Живее всех живых - Марина Серова

– Сам видишь.

– Час от часу не легче! – в своей манере пробурчал Алексей, подхватил удобнее своего брата, и мы осторожно пошли к домику лесника.

В зарослях кустов появилась едва заметная тропка. На ней была примятая пожухлая серая трава, да и кусты не так подступали. Я знала, что звери могут вытаптывать такие где-нибудь возле водопоя. Тропинка спустилась в небольшую низину с влажной почвой. Я шла чуть впереди, а Алексей, держа под руку Виталия, плелся сзади.

Я отчетливо увидела след человеческой ноги в сапоге.

– Глядите. – Я указала на землю неподалеку от следа.

Мы присмотрелись – точно, перед нами был отпечатанный след зверя – когтистая широкая лапа хищника глубоко вдавалась здесь в грязь. Чуть дальше следы хищника вплотную подошли к человеческим. Эта картина так и говорила о том, что хищник и человек вполне мирно пошли рядом.

Ребята, кажется, не особо обратили внимание на эти следы. А я поняла, что мы совсем рядом с источником опасности, поэтому вся напряглась и обратилась в слух.

«Получается, наш волк-убийца и его хозяин где-то рядом, – подумала я про себя, – следы совсем свежие».

– Женя, чуть прямо… вбок, вниз, левее… – давал мне указания Виталий. У меня чуть голова не закружилась от этих финтов. Казалось, этот кустистый лабиринт никогда не кончится. Да уж, парень действительно знает тут почти все хитрые тропы.

Заросли расступились, и нашему взору предстала поляна небольших размеров. Должно быть, летом тут очень красиво. Сейчас же среди голых кустов и пожухлой травы под нависшим хмурым небом весь пейзаж выглядел серым и непривлекательным. Я бы даже сказала, пугающим.

На поляне, чуть ближе к хвойному лесу, стоял старый покосившийся замшелый домик. Бревна избушки уже почернели от старости, казалось, толкни ногой – строение развалится. Мутное маленькое окошко смотрело в нашу сторону.

Где-то нечто подобное я уже видела, отметила я про себя. В памяти тут же всплыло одно из моих последних дел, где я со своим подопечным отыскала похожий домик в лесу, в котором был запрятан клад. А потом у нас была стычка с бандитами… Что ж, посмотрим, какие сюрпризы нам принесет этот домик.

Мы подошли к деревянному строению. Виталий, надо отметить, уже не так сильно хромал и уже мог справляться своими силами.

Когда мы оказались у двери, Виталий нас одернул.

– Тс-с! – Он приложил палец к губам. – Мне показалось или в домике кто-то есть?

Мы замерли и прислушались. До этого момента я не слышала никаких подозрительных звуков. Однако сейчас, прислушавшись, я четко различила, что в этом лесном домике кто-то есть. Шум ветра, исходящий от крон деревьев, не давал явно различить, что за звук шел из недр этого древнего строения.

Я дала всем команду оставаться на местах и тихо подошла к единственному окошку. Мне даже показалось, что я расслышала тихое рычание. Потом все стихло. Я прильнула к окошку, пытаясь хоть что-то разглядеть.

Через несколько секунд мой зоркий взгляд выхватил внутреннее убранство домика. Прям как в краеведческом музее нашего Тарасова, модель крестьянской избы девятнадцатого века. Обстановка – лавка, стол, небольшая печка. А чуть в стороне находился загончик, огороженный от комнаты деревянной решеткой. Я не сразу заметила, что в углу загончика притаился зверь.

Это был настоящий волк.

Зверь, видимо почуяв, что возле дома посторонние, стал ходить из стороны в сторону, но при этом не издавая никаких звуков. Внешне волк выглядел вполне дружелюбно и не подавал никаких признаков агрессии.

– Там волк, – произнесла я и отошла от окна.

– Волк? – переспросил Алексей.

– Как волк? – в тон ему спросил Виталий.

– Когда ты здесь был последний раз? – спросила я у Виталия.

– Ну-у… наверное, в начале осени.

– Вот как, – задумчиво ответила я, и мне многое стало понятным.

– Женя, я туда не пойду! – испуганно ответил Алексей.

– Оставайся здесь, – велела я и обратилась к Виталию: – Ты с ружьем, поэтому идешь со мной. Идти ты уже, я смотрю, можешь. Я захожу первой, а ты на подстраховке.

Виталий кивнул и пошел следом за мной. Я аккуратно открыла дубовую скрипучую старую дверь и прислонилась к косяку на всякий случай. Вдруг человек притаился около двери и в окошко я не смогла его разглядеть.

Я проникла в дверной проем, держа ружье перед собой. Мои нервы были на пределе, но мне нужно было действие со стороны врага. И он не заставил себя долго ждать. В следующую секунду я уже разворачивалась, чтобы не получить выстрел в спину, но не успела.

Выстрела не последовало, однако я получила такой сильный удар в спину, что не удержалась на ногах и плашмя полетела вперед. Лицом я притормозила прямо напротив деревянного ограждения, сквозь которое на меня уставилась рычащая волчья морда.

Мой противник раскрыл себя. В принципе, этого я и добивалась, вот только немного оплошала.

Спина отдавалась сильной болью, но я старалась не обращать на это внимания, пытаясь перевернуться на бок и выставить перед собой ружье. Виталий очень проворно (и куда подевалась вывихнутая лодыжка) подбежал к вольеру и открыл деревянную дверцу.

– Акела, возьми ее! – крикнул он.

Волк с рыком кинулся на меня. Выстрелить я бы все равно не успела, но я уже была на спине и выставила перед собой ружье. Острые клыки вонзились в гладкое металлическое основание. Я тут же подалась вперед и одной ногой что было силы саданула зверя в бок. Потом тут же попыталась откинуть его от себя. Надо отметить, что волк не отличался особой агрессией и не особо сопротивлялся. Он тут же отскочил от меня и, словно преданный пес, подбежал к своему хозяину.

Мы с Виталием вскинули ружья одновременно. И выстрелили практически одновременно. Оглушительно бахнули два выстрела. Только я за долю секунды, благодаря своей боевой сноровке, успела податься в сторону, и выпущенный патрон пролетел в сантиметре от моего плеча. От этого мой прицел сбился, и я попала волку в заднюю лапу. В ушах зазвенело, едко запахло пороховым дымом. Волк, взвизгнув, отлетел чуть в сторону и, несмотря на ранение,