Живая пуля - Владимир Колычев

— Желтов считает, что он — единственный законный наследник твоего отца.

— С какой это стати? — Егор дрожащей рукой достал второй стакан.

— А это ты у него спроси… Извини, устроить ему с тобой встречу не могу, но ведь он и сам к тебе прийти может, верно?

— Ну, да.

— Наедет на тебя, заставит подписать отказ от наследства, угадай, в чью пользу?

— Так, погоди, он же в розыске!

— В розыске. Когда он твоего отца убивал, он тоже в розыске находился. И когда его людей под себя ставил, его тоже днем с огнем искали. И ничего, он у нас теперь главный в городе по криминалу. И вместо твоего отца рулит. А значит, он и должен владеть бизнесом твоего папаши. Все логично.

— Я не понял, ты что, с ним согласен?

— Нет, конечно. Но что я могу с ним сделать? Им такие монстры занимаются, и все без толку. Неуловимый Джо, черт бы его побрал.

— Но ведь это не значит, что его вообще не поймают.

— Ну, пока ловят, может, и поймают. А вот если ловить перестанут… А в чем его можно обвинить? В организации преступного сообщества? А где факты? Он убил твоего отца? А где свидетели? Он убил людей твоего отца? И здесь никаких прямых доказательств. Похищение следователя? Так ведь не он похищал, а его люди… Боюсь, что со своими покровителями он с крючка слезет.

— И кто у него покровитель?

— А с кем твой отец работал?

— С кем?

— А ты не знаешь? — Ракитин пристально смотрел на Егора.

— Он много с кем работал…

— С Брагиным, например.

— Ну, был такой. Денис Арнольдович, кажется.

— Почему был? Он и сейчас цветет и пахнет… Знаешь, кто он такой?

— Вице-мэр Потоцка, так сказать, представитель власти.

— И чем твой отец с ним занимался?

— Ну, не любовью же… Там у них какие-то свои вопросы имелись. По строительству, например. Отец какую-то строительную фирму контролировал, ему подряды нужны были, а Брагин ему помогал.

— И все?

— Ну, и отец ему помогал.

— В чем?

— Приходилось, во всяком и разном… А зачем тебе? — спохватился Егор.

Он догадывался, что дела, которые вели отец и Брагин, пахли дурно и не стоило сейчас говорить об этом.

— Мне? Да нет, это тебе нужно… Раньше Брагин с твоим отцом дела делал, а сейчас, возможно, на Желтова переключился. Кто-то же должен силовые вопросы решать…

— И что, если так?

— Если так все и есть, то Брагин тебе помочь может. Поговорит с Желтовым, и тот оставит тебя в покое.

— Ты думаешь?

— Я думаю, что Брагин пошлет тебя вежливо, но далеко и в невынимаемые дали. А если я с ним поговорю, то меня он может послушать. Я как-никак представитель закона. Я ведь не только уговаривать могу, но и угрожать. Только зачем это мне нужно?

— Ты мог бы мне помочь? — засуетился Егор.

Действительно, ситуация такая, что на Ракитина одна надежда. А на кого еще можно положиться? Красивый у него дом, богатый, только стоит в опасном месте, говоря образно, под плотиной. Эту плотину даже разрушать не надо, достаточно будет сделать аварийный сброс воды. Для этого Желтому нужно только за рычаг дернуть. И он дернет, если его не остановят. Тогда все.

— Я тебе помогал. И отцу твоему помогал, и тебе, а сам видишь, на какой машине езжу, — усмехнулся Миша. — У тебя у самого какая машина?

— Если хочешь, я тебе «Ку-пятый» «Ауди» отдам.

Была в «конюшне» у отца такая машина, на ней повар за продуктами ездил.

— А почему не «седьмой»? «Ку-седьмой» — это как малиновые штаны, это семь раз «ку». А «Ку-пятый» — это желтые штаны, всего пять раз…

— Нет «седьмого»… «Гелендваген» есть…

— Да нет, «Гелик» для простого опера — слишком круто. Желтые штаны возьму… Короче, тебе надо с Брагиным созвониться, стрелку ему забить. Куда он скажет, туда и поедешь. Ну, и я с тобой… Запомни, я начальник твоей личной охраны. Я отвечаю за твою безопасность, поэтому имею полное право держать базар. Так у вас, кажется, говорят?

— У нас не говорят.

— Уже не говорят, — усмехнулся Миша. — Сейчас такие говоруны под Жорой Желтым ходят, а не под тобой. И если Жора на тебя наедет… Или ты думаешь, что я на пустом месте тебя пугаю?

— Да нет, не думаю, — пожал плечами Егор.

— И не думай… Информация точная, хотя к делу ее не подошьешь… Тебя на паперть, а Олесю на панель…

— Не понял, — дернулся Егор. — При чем здесь Олеся?

— Жора так решил… Хотя, может, он захочет оставить ее в своем доме.

— В своем доме?

— Ну, пока это твой дом, а завтра он к Жоре может отойти. Вместе с Олесей. Она девушка красивая, поверь, он найдет ей применение. Только я не думаю, что это будет достойное применение… Поверь, Егор, все предельно серьезно, — согнав с губ усмешку, сказал Миша. И, отодвинув от себя наполненный стакан, выложил перед собой на стойку табельный пистолет. — И серьезно, и опасно. Именно поэтому я заночую у тебя. Если ты против, то я сматываю удочки…

— Да нет, я не против. Я только «за».

— Тогда пойду к твоим охранникам. Вместе будем думать, как дом охранять. А то проснешься среди ночи, а твоя голова в тумбочке…

Ракитин больше не острил, казарменные шуточки не отпускал. Он серьезно взялся за охрану дома и лишь после того, как разобрался с ней, отпустил Егора к Олесе.

К ней в спальню он поднялся с бутылкой виски в руке. Но выпить с девушкой он хотел вовсе не для того, чтобы подбить на сексуальный подвиг. Не до того ему было сейчас. Перед ними стоял вопрос жизни и смерти, и они должны были решить, как им быть дальше. Хотя от их решения мало что зависело, и Егор это понимал…