Железная Дева - Лана Синявская

Позади возвышения на стене висел огромный портрет прекрасной женщины в средневековом костюме. Женщина выглядела как живая, казалось, она вот-вот сойдет с портрета. Единственное, что портило впечатление – это уродливая железная фигура в человеческий рост, стоящая возле ванны и напоминающая матрешку. Фигура располагалась на небольшой подставке с нелепо торчащим сбоку железным краном. На кран был надет прозрачный гибкий шланг. Другой его конец был опущен в саму ванну.

Я остановилась в недоумении. Она что, перед тем как убить, решила меня искупать? Чтобы оттянуть развязку, я спросила, указывая на портрет:

– Кто эта женщина?

Мне показалось, что вопрос доставил женщине удовольствие.

– Не правда ли, она великолепна? – Спросила она с гордостью.

– Красивая. – Подтвердила я, чтобы не злить ее лишний раз.

– Она не просто красивая. Она прекрасна. Настоящее совершенство. Ты спрашиваешь кто она? Это твоя тезка, Елизавета Баторий. Знаменитая представительница блистательного рода. Именно она изобрела рецепт вечной молодости и красоты. Хотя, справедливости ради, надо сказать, что это удалось ей случайно, когда она, наказывая молоденькую горничную, измазала руку в ее крови. Нежная кожа графини, на которую попала эта кровь, стала еще свежее и моложе…

– Так вот почему у девочек почти полная потеря крови? – С ужасом прошептала я. – Это вы забрали их кровь, чтобы сохранить свою молодость? Чудовище!

Не помня себя, я снова бросилась на нее, и вновь была отброшена неведомой силой прямо к подножию отвратительной статуи.

– Ну, хватит. – Неожиданно резко сказала ведьма. – Ты слишком резвая. Посмотрим, надолго ли тебя хватит. Снимай одежду.

– И не подумаю. – Огрызнулась я, даже не пытаясь подняться с пола. – Если вам это надо, можете сделать это сами.

Я надеялась, что она действительно подойдет ко мне и тогда мне, возможно, удастся с ней справиться, но она поступила совсем иначе: вскинула руку и ткнула пальцем в мою ногу. Туфля, на которую указал ее палец, немедленно вспыхнула и загорелась ярким огнем.

– О, черт! – Закричала я, скидывая туфлю. Тем временем вспыхнула и вторая. Мне пришлось остаться босиком. Но колдунья только начала развлечение. Секунда – и на мне заполыхала блузка, пока я стягивала ее, обжигая руки, начали тлеть джинсы. Таким образом она заставила меня остаться голой еще до того, как я успела бы сосчитать до трех.

– Ну и что теперь? – Заорала я, с ненавистью глядя на нее.

– Теперь познакомься с «Железной девой». – Со смехом сказала ведьма. Она быстро подошла ко мне и распахнула железные дверцы. Я растеряла остатки самообладания, увидев нутро ужасного устройства. Вся внутренняя поверхность «Железной девы» была утыкана острыми шипами. Только пол, как в душевой кабинке, был усеян маленькими отверстиями.

– О, Господи, нет! – Прошептала я, вскочила на ноги и бросилась бежать. Ведьма, неизвестно как, в то же мгновение оказалась впереди меня. Она схватила меня за руку и поволокла, упирающуюся, за собой. Мои ноги скользили по полу, она обладала невероятной силой для такой хрупкой женщины и я была бессильна что-то сделать. Я только громко кричала и звала на помощь, хотя понимала, что ждать ее неоткуда.

Но самый страшный крик вырвался из моей охрипшей глотки в тот момент, когда она втолкнула меня внутрь «Железной девы» и захлопнула двери. В ту же секунду сотни маленьких жал вонзились в мое тело и я закричала. Не думала, что могу ТАК кричать. У меня самой заложило уши от этого звериного воя. Я чувствовала, как по моей коже струится теплая кровь, невыносимый запах забивал ноздри, ужасная боль казалась невыносимой. Самое жуткое – я не могла даже пошевелиться!

Я сорвала голос и больше не могла кричать. Да у меня и желания больше не было. Жизнь вытекала из меня по капле, но мне было уже все равно.

На уровне глаз были прорезаны отверстия, а сама «Железная дева» установлена таким образом, что я видела, как ванна наполняется кровью через прозрачную трубку. До меня с трудом доходило, что это моя собственная кровь…

Глаза ведьмы были прикованы к ванне. Они горели каким-то нечеловеческим восторгом, на кроваво-красных губах блуждала улыбка наслаждения. Эта тварь возбуждается от вида крови. – Мелькнула мысль.

Ведьма была настолько зачарована этим зрелищем, что не заметила еще одного человека, бесшумно появившегося в комнате. Мне показалось, что у меня начинается предсмертный бред, потому что этим человеком, как мне показалось, был Тим. В руках он сжимал пистолет. Или нет, не пистолет, что-то гораздо большее по размеру. Конечно, в бреду все предметы кажутся неправдоподобными большими или меньшими, чем на самом деле. Откуда-то издалека я услышала громкий назойливый треск, посыпались искры, ведьма вдруг взмахнула руками, словно собиралась взлететь, но не взлетела, а наоборот, упала лицом вперед, прямо в наполненную кровью ванну.

А потом я потеряла сознание.

* * *

Возвращение в реальный мир было мучительным, как будто кто-то выталкивал меня из самой глубины мутного озера на поверхность. С большим трудом разлепив тяжелые веки, я увидела яркий свет, который невыносимо резал глаза, и застонала.

– Доченька! Ты вернулась! – Раздался незнакомый голос. Я снова открыла глаза и увидела склоненное лицо женщины в белом. Голубые глаза в лучиках морщинок смотрели на меня с жалостью.

– Кто вы? – Прошелестела я. Эти два слова отняли последние силы и я снова погрузилась в небытие.

Когда сознание вернулось в следующий раз, я все еще испытывала сильную боль во всем теле, но глаза открыть смогла и даже узнала ту же самую женщину возле своей постели.

Она почувствовала мой взгляд и ласково улыбнулась, затем протянула руку, от которой восхитительно пахло душистым мылом и убрала с моего разгоряченного лба прилипшую прядь волос.

– Ну вот и хорошо, вот и умница. – Сказала женщина. Мне так не хотелось, чтобы она убирала руку и она как будто поняла, положив мне на лоб прохладную ладонь.

Поправлялась я медленно. Медсестра рассказала мне, что я четыре дня пролежала без сознания. Врачи даже боялись, что мне не выбраться, но я все же улизнула от смерти и теперь возвращалась к жизни, хотя это требовало неимоверных усилий.

Говорить я смогла только через три дня после того, как очнулась, но из-за сорванных связок, голос больше походил на шипение. Врачи на мой вопрос, смогу ли я когда-нибудь разговаривать как прежде, отвечали уклончиво. Но я смогла. Постепенно голос возвращался ко мне. Так же как и силы.

От той же доброй сиделки, которая почти не отходила от меня и кормила с ложечки жидким супом, уговаривая как несмышленого ребенка, я узнала, что спасенные мной девочки тоже идут на поправку. Их состояние стабилизировалось и врачи больше не опасаются за их жизни.

Как-то раз мне принесли огромную корзину фруктов и букет поздних астр. Сиделка прочла мне вложенную записку: