Волонтер - Павел Астахов

Ее каблучок с силой вошел в его левую ступню.

– Это только подзадорило меня, – кряхтя от боли, произнес Виктор Анатольевич, отдергивая назад стреляющую болью ногу.

Он преисполнился решимостью наказать вздорную пленницу, замахнулся, но тут же замер, услышав голос Павлова:

– Оставьте ее.

Коробов осекся, тяжело дыша, повернулся к адвокату и охнул, наступив на поврежденную ногу. Он сам не знал, почему послушался адвоката, но в уверенном голосе Павлова было нечто такое, что заставило бизнесмена безоговорочно подчиниться ему.

– Что там у тебя, адвокат? Опять какое-то признание? Чем ты меня еще можешь удивить, перед тем как отбросишь коньки?

– Который сейчас час, Виктор Анатольевич? – как ни в чем не бывало осведомился Артем. – Вы уж простите, но мои часы, похоже, забрал ваш друг Ремезов.

– Он мне не друг. – Коробов фыркнул и скользнул взглядом по циферблату дорогих швейцарских часов. – Уже утро, адвокат. Скоро петухи запоют, только ты их не услышишь. Зачем тебе это?

– Не тратьте на нас время. Бегите, Виктор Анатольевич, поскорее уносите ноги из Москвы и даже из страны.

Коробов засмеялся, но в глазах его промелькнула тревога.

– Ты что, обкурился, Павлов? У меня все в порядке, комар носа не подточит.

– До сегодняшнего дня – да. Но вас сдали. Слили, как сейчас модно говорить. Причем сделал это ваш подчиненный – господин Ремезов. На свободе вы пробудете совсем недолго.

– Ты врешь! – сказал Коробов, пристально вглядываясь в лицо юриста, пытаясь распознать в нем признаки блефа. – Придумай что-нибудь получше, Павлов.

– Я не шучу. Вам знаком почерк Михаила Викторовича?

– Допустим, – настороженно ответил Виктор Анатольевич, который вроде бы уже совершенно забыл об Алле.

– У меня во внутреннем кармане пиджака лежит копия его заявления о согласии на сотрудничество со следствием. Вы заметили, как он изменился за последние дни?

– Это брехня, Павлов. Если он с вами заодно, то почему же вы подрались сегодня? – неуверенно произнес Коробов.

– Для конспирации. Он сам попросил меня спровоцировать конфликт. Вот, к примеру, вы. Каков будет ваш выбор? Разбитая физиономия или пожизненный срок?

Виктор Анатольевич почесал затылок.

– Такой умный, да? Давай сюда письмо, – потребовал он.

– Не могу при всем своем желании. Оно у меня в правом кармане, рука пристегнута, а я не Гудини.

В руке Коробова появился пистолет.

– Если попробуешь шутить, я снесу тебе башку! – предупредил он.

Артем чуть отвел полу пиджака, демонстрируя Коробову краешек листка, сложенного вчетверо.

Держа пистолет правой рукой, Коробов потянулся к адвокату, сделал маленький шажок, еще один. На красном лице проступили капли пота.

В тот момент, когда кончики его пальцев коснулись бумаги, Павлов что есть силы тряхнул левой рукой. С потолка посыпалась штукатурка, Коробов инстинктивно задрал голову, щуря глаза. В ту же секунду Артем резким движением свободной руки выбил пистолет, оттолкнулся от пола и нанес противнику сокрушительный удар ногой в грудь.

Грузное тело мецената благотворительного фонда всколыхнулось, как тающее желе, и стекло на пол. При этом Павлов явственно услышал гулкий стук. Затылок Коробова резко ударился о плитку, покрывающую пол склада, превращенного в тюрьму. Глаза Виктора Анатольевича закатились, и он замер.

– Артем, ты убил его? – подала голос Алла, посматривая на Коробова округлившимися глазами.

– Нет. Такие негодяи, как этот тип, запросто не умирают, – откликнулся Артем, свободной рукой подтаскивая к себе бесчувственную тушу.

Это было сложно, учитывая вес нокаутированного бизнесмена. Наконец он смог добраться до карманов Коробова.

– Ну вот, – с удовлетворением отметил Павлов, извлекая наружу крохотные ключики.

Лицо Аллы озарилось надеждой.

За дверью послышались торопливые шаги. Артем едва успел справиться с наручниками и бесшумно встал у выхода. Он посмотрел в испуганные глаза Аллы и приложил указательный палец к губам.

Дверь отворилась.

– Где он?! – раздался визгливый мужской голос, по которому Павлов узнал Ремезова. – Куда подевался этот адвокатишка?

– Он убежал, – выдавила из себя Алла.

Михаил Викторович бросил взгляд на Коробова, лежащего в беспамятстве, и выругался. Он повернулся лицом к выходу, увидел перед собой Артема и застыл на месте. Его рот превратился в гигантскую букву «О», но крикнуть Ремезов не успел, так как кулак адвоката отбросил его от двери. Владелец медицинского центра потерял сознание. Из порезов от разбитых линз потекла кровь.

– Я же говорил, что в следующий раз буду бить по очкам, – со вздохом сказал Павлов, наклонился, внимательно осмотрел раны на лице Ремезова. – Глаза целы, – пояснил Артем остолбеневшей Алле.

– Ты мало похож на юриста, – только и смогла проговорить девушка, пока Павлов освобождал ее от наручников.

– Тебе придется в это поверить, – произнес адвокат, вынимая из брюк Ремезова ремень.

Он так профессионально связывал руки бандита за спиной, что у Аллы вырвалось:

– Где ты всему этому научился?

На лице Артема заиграла легкая улыбка.

– Как-нибудь потом расскажу. Сейчас главное – найти выход.

Павлов связал таким же образом Коробова, взглянул на пистолет, валяющийся на полу, поднял его, проверил обойму. – Идем.