Свои продают дороже - Ольга Некрасова

Аккуратные наклейки на папках так и стреляли в глаза. На душе было отвратительно. Если бы не надежда найти завещание, Татьяна, может быть, выбросила бы их, не читая. Или не выбросила бы. Потому что подсознательно начала с папки, в которой завещания быть не могло: «Сохадзе».

В папке лежали фотокарточки и листки с расчетами Змеевой рукой, дебет-кредит. Фото были гнусными: Сохадзе на девках, девки на Сохадзе. А вот с ним Игорева Наташка, издатель-бабник плывет, у Наташки лицо сосредоточенное, и она… Татьяна захлопнула папку. Это же надо, что вытворяет папина дочка. А папашенька-то ее что?

«Игорь». Педантичный Змей все разложил в хронологическом порядке и листки пронумеровал. Змеевой рукой черновики писем: «Контр-адмиралу Савельеву…» Так это же Димкин отчим! Вот это клубок! «Петр Кириллович, убедительно прошу посодействовать в устройстве моего племянника Васильева И. Н, в Военный институт иностранных языков». А Петр-то Кириллович каким флотом командовал в этом институте? И змееплемянник хорош: любит хвастаться, что сам, без блата поступил! Вот, кстати, открытки от племянничка: привет дорогому дяде из Багдада, привет из Каира. Фото: Игорь с маленькой Наташкой на плечах и с женой Маринкой на фоне египетских пирамид. А дальше все долговые расписки: «взял у моего дяди», «дал мне мой дядя».

И последнее, непонятное, свежее. Бланк РГТРК. «Васильева Марина Николаевна 1955 года рождения работает зав редакцией РГТРК… Капилевич Леонид Ефимович, 1970 года рождения, ассистент режиссера… Нач. отдела кадров…» Трахается Маринка с этим Капилевичем, что ли?

Папка «Вика» была пухлая, с вложенными папочками «Отец» и «Левашов». Ну, бугай, и до тебя Змей добрался.

А ты-то ершился: «Какой, к хренам, жизни он меня научит!»… Ох, научил бы он тебя, Сереженька. Только тебе самому вряд ли захотелось бы.

Татьяна отложила «Вику» и ее мужа на потом и начала с «Отца». Так, листок номер один — на официальном бланке Академии наук: "На ваш запрос сообщаем, что Вознесенский Борис Владимирович действительно состоит членом-корреспондентом АН СССР по секции «Ядерная физика». Список открытых научных трудов и монографий… — "

Значит, проверил Змей, а то, может, девочка ему насвистела. Абы на ком не женится!

Отпечатанный на пишущей машинке лист номер два оказался бальзамом на разъедаемую ревностью душу:

"Гражданин Кадышев! Возвращаю ваше бессовестное. послание. Не желаю ц думать, что вы способны толкнуть мою дочь к неравному браку. Предлагаю в трехдневный срок вернуть мою дочь по месту жительства. В противном случае буду вынужден известить ГлавПУР и парторганизацию Союза писателей.

Профессор, член-корреспондент АН СССР Вознесенский Б. В.".

Лист номер три. «Дорогой Владимир Иванович! Поздравляю с юбилеем. Надеюсь, что мой подарок цвета твоего парадного мундира будет залогом нашей бесперебойной связи…» Ну вот, уже не партком, а «дорогой» и на «ты».

И гарантийный чек приложен — телефонный аппарат.

Надо полагать, тот, черный, который Змей не давал выбросить, хотя корпус разбит и склеен по кусочкам. Не иначе Вика и швырнула под горячую руку подарок отца!

Фото во дворе змеедома: Змей и очкастый толстяк в обнимку. Конечно, профессор: Вика — вылитый отец.

Некролог: "Комитет по атомной энергетике и Академия наук сообщают о смерти известного ученого… — " Февраль 92-го. Вырезка из Сергеевой газеты — значит, уже тогда они были связаны. А Татьяна со Змеем познакомилась в 95-м, после развода и Змеева инфаркта!

Она заглянула в папку «С. М. Левашов». Первым было письмо, отпечатанное на пишущей машинке, без подписи:

«Господин Кадышев! Как вам не совестно, вы же русский офицер! Я столько лет ждал, боялся к ней подойти, надеясь, что она с вами счастлива. Вы ее совсем не понимали, она была для вас игрушкой, домашним зверьком… Развод 24 марта в 10 часов. Настоятельно рекомендую вам явиться в загс и не доводить дело до суда».

Ксерокс: «Из личного дела лейтенанта Левашова».

Фото Сергея с высокой костистой брюнеткой и маленькой девочкой, еще одно — Вика с Сергеем в церкви под венцом.

Пачка разных фирменных бланков — редакции газет:

С. М. Левашов — обозреватель, зав рекламным отделом, зам главного редактора — и везде оклад и алименты дочке.

Змей ревниво следил, как новый муж обеспечивает Вику.

Из конверта «Вика» посыпались фотографии. Вика в розовом платье и диадеме под руку с Сергеем Михалковым. На прошлом юбилее, наверное. Вика с папой. Вика с Наташкой, Вика со Змеем летом и Вика со Змеем зимой. Некоторые снимки были разорваны на кусочки, а потом склеены. А вот Вика с животом! Ну да, Сергей говорил: выкидыш, бесплодие. Но Татьяна и подумать не могла, что Вика была так сильно беременна!

Из содержимого следующего конверта ей стало ясно, что случилось с Викиным ребенком: «Глубокоуважаемый Владимир Иванович! Убедительно прошу Вас прекратить расследование по поводу полученных в дорожном происшествии травм Вашей жены. Готов всячески компенсировать Ваши расходы». Прикреплена визитка «Внешнеторговое объединение „Винэкспорт“. Куров В. В., эксперт».

«Я, Кадышев В. И., получил от Курова В. В. в чеках Внешторга: в оплату страховки автомобиля 700 (семьсот) чеков, на лечение моей жены 200 (двести) чеков». Вот это по-кадышевски: на машину семьсот, а на жену двести.

Это тебе не «твой Вовчик», а настоящий Змей. Можно обидеться.

Так, еще один почтовый конвертик, заклеенный. Татьяна разорвала его, тряхнула, выпали обручальное колечко и записка. Торопливым женским почерком: «Мне не жаль того, что было, но ты меня только используешь в своих целях. Я так больше не могу. Я встретила друга детства. Прощай».

Вот и вся лав стори — довольно банально, с облегчением вздохнула Татьяна. Нет, не все, еще открытка: «Володя, привет из Парижа! Стажируюсь в IFG — Французском институте управления. Плевала, как ты велел, на весь мир с Эйфелевой башни. Ты мной гордишься? Верная змееученица Вика Левашова». Верная, черт ее возьми, с другим-то мужем! Татьяна глянула на дату: три года назад, уже при мне!

Дрожащими руками она открыла «Татьяну».

Фотографий у нее тоже хватало. Со Змеем в санатории в Трускавце, куда он в первое их лето примчался за ней на машине, и это было счастье. В Варшаве, в Кракове, в Вавеле.

Само собой, копия листка по учету кадров.

Справка из исполкома: «Усольцевы Александра Ивановна и Петр Иванович проживают в собственном доме площадью 82 кв. м., участок…» Тоже родителями интересовался.

Брачный контракт во всех вариантах: что он ей в случае смерти, а Татьяна ему в случае ее смерти: все имущество и даже свою часть родительской усадьбы.

Письма о переводе Сашки в Софрино. График ее дежурств в госпитале. Товарные чеки на сапоги, на пальто.

Счета междугородных переговоров с родителями. Ксерокопии рецептов, которые она ему выписывала, и этикетки с лекарственных пузырьков. Собирал. Может, думал, что она его травит?