Танец над пропастью - Ирина Градова

Лицо Игоря пылало, глаза сверкали, словно угли, губы кривились, а ноздри раздувались, как у скаковой лошади перед стартом. Рита поднялась из отцовского кресла и подошла к нему. Взяв в ладони лицо Байрамова, она ощутила жар, пульсирующий под ее пальцами, и заглянула в глаза. Он тяжело дышал, даже дрожал, как ей показалось, а она просто смотрела на него и улыбалась. Постепенно напряжение в его теле начало спадать.

– У тебя руки холодные, – едва слышно пробормотал он. – Как ледышки.

– Это ты горишь, – возразила Рита. – Тебе нельзя так выходить из себя – до инсульта допрыгаешься!

Они были практически одинакового роста, и их глаза находились на одном уровне. Рита потянулась к нему первая, даже не думая о том, что будет дальше. Она коснулась губами его губ, пересохших от напряжения и долгого разговора, и провела по ним языком, пытаясь вернуть им мягкость. Игорь схватил ее за плечи и, прижав к стене, впился в ее рот, жестко и грубо, но в данный момент ей как раз этого и хотелось. Она отдалась на волю его сильных рук, не выказывая ни малейшего сопротивления, словно в ее теле не было костей, словно все оно состояло из мягкой, желеобразной массы, способной принять любую форму, какую бы он ни захотел. Именно здесь ее место, в его объятиях. Все эти годы, вдали от него, она ощущала гулкую пустоту внутри. С ним было нелегко – вряд ли легче, чем с отцом, но Игорь был ее половинкой, как бы банально это ни звучало. Они знали друг друга с детства, знали мысли и чувства друг друга, и, несмотря на годы разлуки, не стали чужими.

– Прости меня, – прошептала она, уткнувшись лицом в его свитер. – За мои подозрения, за то, как вела себя в последнее время… Ты заметил, что я все время перед тобой извиняюсь?

– А ты заметила, что я постоянно прощаю тебя?

– Как прощал папу?

– Но по разным причинам. Я никогда не любил его, как тебя… Я никогда и никого так не любил!

Она прижалась к нему, чувствуя, что готова так провести всю жизнь – не шевелясь, ощущая только его пальцы в своих волосах. Он еще раньше вырвал шпильки из ее «пучка», и теперь волосы свободно рассыпались по плечам и спине.

– Пошли куда-нибудь? – предложил он.

– Куда?

– Ко мне. Или в гостиницу. Или… да куда захочешь!

Она вспомнила те времена, когда они жили все вместе, а потому практически не имели возможности встречаться наедине. Денег на отель у них тоже не было, поэтому приходилось гулять по улицам или надеяться на доброту друзей и знакомых, знающих об их бедственном положении и время от времени предоставлявших свои квартиры на пару часов для интимного свидания.

– Может, домой? – спросила она. – Ко мне?

– Наталья Ильинична…

– Она будет только рада.

– Хорошо… Черт! – воскликнул он внезапно, похлопав себя по карманам джинсов. – Зажигалка осталась в гримерке. Я сейчас!

– Я пойду машину погрею! – крикнула она уже ему вслед.

Рита решила выйти через дверь кабинета, чтобы не столкнуться с толпой папарацци и поклонников Игоря, о которой предупреждал Миша. Ее «Фольксваген» стоял во дворе театра в гордом одиночестве: все артисты разъехались. Она открыла дверцу и плюхнулась на сиденье. В салоне было холодно, как в рефрижераторе, и она, включив двигатель, стала шарить рукой в поисках кнопки обогревателя сидений.

– Классно выглядишь с распущенными волосами!

Взвизгнув от неожиданности, она попыталась обернуться, но с удивлением поняла, что не может: чья-то сильная рука буквально вдавила ее в сиденье, а нос и рот оказались накрыты какой-то вонючей тряпкой. Господи, чем же это пахнет… Хлороформ!

Этот запах Рита знала по занятиям по криминалистике, но она не могла себе представить, что когда-нибудь испытает его действие на себе! Будучи достаточно сильной и спортивной девушкой, Рита полагала себя в состоянии справиться с нападавшим, однако на его стороне было «химическое» преимущество. Через несколько секунд у нее потемнело в глазах, а руки упали плетьми вдоль тела. Темное, удушливое облако накрыло Риту словно одеяло. Последним, о чем она подумала, было: ЭТОГО ПРОСТО НЕ МОЖЕТ БЫТЬ!