Лестница ведьм - Наталья Тимошенко

С каждым шагом ее слова только подтверждались. Дождь усиливался, грозя вот-вот перейти в настоящий ливень, а к тропинке они так и не вышли. Зато нашли несколько новых «лестниц», и среди них не было ни одной из тех, которые видели раньше. Каждый понимал, что они заблудились, но вслух ничего не говорил. И когда впереди в свете фонариков показалось что-то огромное, возвышающееся среди деревьев, формой напоминающее дом, все трое обрадовались. Наверное, просто вышли к деревне с другой стороны, не по тропинке.

Однако чем ближе они подходили, тем очевиднее становилось то, что это не деревня. За домом лес и не думал заканчиваться, а в самом доме не горело ни одно окно. Только когда они подошли совсем близко, поняли, что он и вовсе заброшен. Окна заколочены досками, стены потемнели, а крыша покрылась мхом.

– Кажется, мы вышли к дому ведьмы, – испуганно прошептала Катя, цепляясь за руку Егора.

– Едва ли, – покачал головой тот. – Уж слишком он велик для ведьмы. И довольно добротно сделан: старый, а еще не развалился. Может быть, нам переждать тут дождь?

– Он же заколочен, – напомнила Марина.

– Уж пару досок я как-нибудь оторву.

Но оказалось, что ничего отрывать не нужно: входная дверь была уже кем-то освобождена, а несколько гнилых досок с торчащими из них гвоздями валялись у порога. Видимо, они не первые нашли этот дом, кто-то уже «пережидал в нем дождь».

Егор уверенно толкнул дверь, которая распахнулась с натяжным скрипом заржавевших петель, и вошел внутрь первым, за ним двинулась Катя. Марина чуть замешкалась, но все же шагнула в темную прихожую. Кончики пальцев, когда она дотронулась до двери, почти болезненно кольнули невидимые иголочки.

– Ничего себе… – протянула Катя, когда они оказались в просторном холле.

Лучи телефонных фонариков выхватили из темноты ободранные стены, затянутые паутиной перила лестницы, убегающей на второй этаж, покрытый толстым слоем пыли небольшой столик. Справа и слева зияли провалы входов в темные коридоры, а впереди висели тяжелые портьеры, первоначальный цвет которых теперь уже было не угадать. Любопытный Егор подошел к ним, не обращая внимания на то, что пол скрипел под его весом при каждом шаге, и отодвинул в сторону. За портьерами обнаружились двери со стеклянными вставками. Комнату, скрывавшуюся за ними, сквозь мутное стекло было не разглядеть, а сами двери оказались заперты: Егор подергал за ручки, но они не поддались.

Катя смело шагнула в один из коридоров, Егор последовал за ней. Марина чуть помешкала, обернувшись и посветив своим фонариком в противоположный коридор. Ей показалось, что она услышала какой-то шум, но там было пусто.

– Обалдеть просто! – донесся до нее возбужденный голос подруги, и девушка поторопилась присоединиться к остальным.

И тут же поняла, чем был вызван последний комментарий: Катя и Егор забрели в комнату, которая когда-то, судя по всему, была столовой. Здесь сохранились и массивный деревянный стол, накрытый посеревшей от времени и грязи скатертью, и восемь стульев с высокими спинками. Один был выдвинут, как будто кто-то, встав из-за стола, забыл задвинуть его обратно. Вдоль стен тянулись невысокие деревянные шкафы с посудой, через стеклянные дверцы которых проглядывали изящные сервизы. Посреди стола и на шкафах стояли подсвечники с оплывшими свечами. Вся мебель была искусно сделана, покрашена, хотя краска и потрескалась от времени. Казалось, тот, кто жил в этом доме, не испытывал нужды.

Все выглядело так, как будто однажды жильцы просто покинули дом, оставив все вещи на местах покрываться пылью.

Марина подошла к одному из шкафов, внимательно разглядывая изящный кованный трехсвечник, потемневший от времени. Он имитировал букет из трех изогнутых роз, и каждый листик казался настоящим.

– Как можно бросить такую красоту? – пробормотала она, с трудом удерживая себя от желания прикоснуться к искусно сделанной вещи.

– Меня мучает другой вопрос: как это до сих пор не растащили? – подала голос Катя. – Ты видела фарфор?

Она уже успела открыть один из шкафов и достать оттуда тарелку.

– Да уж, богатый был дом, – резюмировал Егор, поднимая луч фонаря к потолку и направляя его на люстру. Ее тоже затянуло паутиной и припорошило пылью, но когда-то хрустальные подвески наверняка сияли и переливались в лучах дюжины свечей. – Хоть и деревянный. Странно, никогда о нем не слышал, а ведь вроде как с историей местной хорошо знаком.

– Может, хозяева домика были недостаточно интересны, чтобы войти в историю? – предположила Катя. – Состоятельные, но не так чтобы знатные?

– Видимо, они были не так интересны, как местная ведьма, – не удержалась от подначки Марина.

– Все может быть, – добродушно согласился Егор. – Я же все-таки не пошел на истфак…

За стенкой что-то громыхнуло. Приглушенно, но достаточно отчетливо, чтобы все обернулись на звук. Марина напряженно посмотрела на Катю, потом перевела взгляд на Егора. Тот состроил гримасу и загробным голосом возвестил:

– Кажется, мы потревожили покой местных призраков.

Он взглянул на Катю, как бы предлагая поддержать шутку, но та вовремя вспомнила, из-за чего Марина уже два месяца скрывается в пансионате. Поэтому попыталась ободряюще улыбнуться.

– Тут наверняка всякое мелкое зверье шастает, а то и птица могла залететь, – предположила она.

– В заколоченное окно? – усомнилась Марина.

– Мыши везде пролезут… Ох, – поморщилась подруга, – даже не знаю, что хуже: мыши или призраки?

– Призраки, – уверенно выбрала Марина, почувствовав на себе недоумевающий взгляд Егора.

– Сейчас посмотрим, что там, – заявил тот и уверенно шагнул ко второму выходу из столовой.

Подруги, стараясь держаться рядом, осторожно последовали за ним. Соседняя комната оказалась пуста: ни призраков, ни животных, ни посторонних людей. Пройдя по короткому коридору, они заглянули еще в пару комнат, но и там никого не нашли. Шум тоже не повторялся, поэтому, попав в небольшой кабинет, они позволили себе вновь тихо охнуть и задержаться.

Здесь обстановка тоже поражала воображение, но уже по другим причинам. На натянутых от стены к стене веревках висели давно высохшие травы, которые рассыпались в прах, едва только Катя прикоснулась к одному букету. На кресле лежали сплетенные косы, на письменном столе – птичьи перья, какие-то мелкие кости, те же сушеные травы, монетки… И длинные темные волосы, скрученные и завязанные в пять узелков. В углу притаился небольшой туалетный столик, на котором стояли прямоугольное зеркало в замысловатой позолоченной оправе и две черные свечи по бокам от него. Зеркало прикрывал полупрозрачный тюль, скрывавший отражающую поверхность.

Катя шагнула к столику с явным намерением стянуть тюль и полюбоваться зеркалом без преград, но Марина успела перехватить ее за руку.

– Не трогай здесь ничего, – попросила она, чувствуя бегущий по коже холодок. – Похоже, история про ведьму – не выдумка. Давайте уйдем отсюда.