Игра с огнем - Мария Жукова-Гладкова

Зина также очень хорошо знает тему «Глобальное потепление» и готова говорить о нем часами. Она не пользуется пластиковыми пакетами и ходит в магазин с большой холщовой сумкой и небольшими тканевыми мешочками. Она с гордостью говорит, что ее знают во всех окрестных магазинах. Еще бы! Конечно, она за раздельный сбор мусора и уже достала местных депутатов с требованием установить соответствующие контейнеры. Правда, соседи сказали ей, что если у них в подъезде запаяют мусоропровод, то они будут бросать пластиковые пакеты, так не любимые Зиной, у подъезда. И это – в лучшем случае. Некоторые будут бросать у Зининой двери. Обо всем этом дед узнавал от правнука, Зининого сына семи лет, активную борьбу за которого ведет его отец. И Зинин экоэнтузиазм играет против Зины – бывший муж утверждает, что ребенок растет в нездоровой обстановке. Сейчас Зинин сын рабочую неделю живет с Зиной, а выходные – с отцом, а Зина в выходные участвует в каких-то «зеленых» акциях. Даже она понимает, что не нужно таскать на них ребенка.

И это еще не все! Можно было бы ожидать, что Зина – вегетарианка, но оказалось, что моя кузина с соратниками придерживается особой диеты, полезной для здоровья планеты. Зина утверждает, что теперь во многих развитых странах есть люди, соблюдающие «климатическую» диету. Они не вегетарианцы в традиционном смысле, и руководствуются они другими принципами – говядина, баранина и свинина вредны для климата Земли. Многие из них едят мясо птицы, рыбу и морепродукты, потому что рыболовы очень мало загрязняют атмосферу, в особенности в сравнении с производителями мяса. Также сторонники диеты для здоровья планеты не едят сильно переработанные продукты, потому что любая переработка – это дополнительные выбросы в атмосферу вредных веществ. И это использование воды, электричества, в общем, природных ресурсов. Они отдают предпочтение продуктам, выращенным или изготовленным в их местности, потому что любая транспортировка – это расход топлива и электроэнергии. То есть это целая философия, и ее адепты подсчитали, что вся пищевая индустрия дает тридцать процентов выбросов парниковых газов в атмосферу (именно из-за этих газов и идет глобальное потепление).

Игорь же увлекается археологией, но на любительском уровне. Я знаю, что он участвовал в раскопках в Ленинградской области на местах боев Великой Отечественной войны, даже нашел с товарищами родственников погибших солдат, потом ездил в Новгород на раскопки. Вроде его не интересует никакой конкретный период, у него нет археологической специализации, его просто увлекает это дело. Не исключаю, что он занимается и «черной» археологией, но если и делает это, то из чисто спортивного интереса. Денег, конечно, много не бывает, но Игорь хорошо зарабатывает. Я могу представить, что он поедет рыть территорию какой-то старой усадьбы, но чтобы что-то найти, а не продать.

– Я не могу ездить на общественном транспорте! – заорала Яночка.

– Почему? – хором спросили Софья Михайловна с сыном и дочерью, две любимые женщины моего отца, его незаконнорожденная дочь, тетя Майя и Зина.

Адвокат усмехнулся.

– Потому что выпендрежница. И всегда была выпендрежницей, – сказал Игорь, с аппетитом уплетая мясную нарезку.

– Машина – это необходимость в наше время! Я должна ездить к клиентам на машине. Да со мной никто разговаривать не будет, если я приеду на общественном транспорте!

Тут взгляд Яночки упал на меня.

– На что ты собираешься потратить завещанные дедушкой двести тысяч? – спросила сестрица.

– На мебель, – честно ответила я.

– На какую мебель? – удивилась Яночка и вместе с ней наша мать.

– Пока не могу сказать. Я буду это решать через полгода. И это будет зависеть от того, что я уже приобрету к тому времени.

– А куда ты собираешься ставить мебель? – спросила сестрица.

И тут я поняла, то есть вспомнила, что большинство присутствующих за столом не знают о том, что у меня теперь своя квартира. Об этом знали адвокат, бабушка и Софья Михайловна с Надей.

Я ответила куда. И тут мамочка бросила фразу, которая жутко вывела меня из себя – «А у Яны до сих пор нет своей квартиры. Она так и живет с нами».

– А кто мешает Яне взять ипотеку? А кто мешает Яне накопить на первый взнос? Она живет с вами на всем готовом. Вы все трое работаете. Куда у вас уходят деньги? – я разозлилась.

Меня поддержали двоюродный брат Игорь и его отец, дядя Миша. Они сказали, что я – молодец, и спросили, что я уже купила в квартиру. Я честно ответила. Игорь тут же сказал, что купит мне диван, дядя Миша добавил, что надо покупать с креслами, и он тоже поучаствует, и предложил прямо после этого поминального обеда отправиться в мебельный магазин, где я сама выберу и диван, и кресла, а они оплатят и съездят посмотреть мою квартиру.

– Я поеду с вами, – сказала тетя Майя. – И тоже вложусь в подарок Ане. А то все всегда почему-то было для Яны.

– У вас разве не общие деньги с Мишей? – встряла бабушка. – У мужа и жены должны быть общие деньги!

«Чья бы корова мычала», – подумала я. Дед всю жизнь жил в бабушкиной квартире, то есть квартире тестя и тещи, а деньги имел свои – и тратил на того, на кого хотел.

Тут выяснилось, что дядя Миша и тетя Майя разведены. Бабушка выступила с воспитательной речью. Тетя Майя и дядя Миша не желали, чтобы их воспитывали. Встряли их дети, Игорь и Зина. Потом встряли мои мать с отцом. Начался скандал. Все забыли, что мы поминаем деда, что сегодня девятый день после его смерти. И я не понимала, из-за чего сыр-бор! Кому какое дело, если двое взрослых людей развелись? Ладно бы еще дети маленькие были. А тут дети большие. Кстати, Игорь считал, что его родителям давно надо было развестись и жить своей жизнью, а Зина считала, что не нужно.

Мы встретились глазами с Софьей Михайловной и улыбнулись друг другу. Это заметила бабушка и переключилась на нас. Ей не понравилось мое общение с «этой». Я ответила, что буду общаться с тем, с кем хочу. Бабушка заявила, что если я буду общаться с «этой», то она лишит меня наследства.

– Да пожалуйста, – ответила я. – Я не претендую на твою квартиру, как, впрочем, и на дачу.

– Квартира нужна Яночке, – встряла наша с Яночкой мать. – Раз у Ани теперь есть квартира.

– А разве я не такая же внучка бабушки, как Яночка?! – рявкнула я.

Игорь с Зиной одновременно напомнили, что и они являются бабушкиными внуками. Этот скандал получился гораздо более бурным, чем тот, что был из-за развода дяди Миши и тети Майи. Тут на кон была поставлена дорогая недвижимость.

– Почему это квартира Яночке? – рявкнул Игорь. – Я тоже с мамой живу. Я – мужчина. Мне нужнее квартира.

– А у меня ипотека, – напомнила Зина. – Мне нужна моя доля. То есть деньги за долю. Я не собираюсь жить в бабушкиной квартире. Я возьму деньгами.

Зина выразилась не совсем точно насчет ипотеки. Квартиру они покупали вместе с бывшим мужем, но после развода квартира по обоюдному согласию была переоформлена на их сына, и его отец платил ипотеку в качестве алиментов.