Безумная - Акулина

Костя в это время подсел к Анастасии.

– Мне бы узнать контакты Валентины Ивановой.

– Да, я уже всё подготовила, – кратко сказала она и придвинула к нему папку со вложенной пачкой исписанных листов. Вверху первого были указаны контактные данные. Костя переписал их и, продолжая держать в руках папку, задумался о том, что же сейчас происходит за дверью кабинета.

Вскоре недалеко стукнула дверь, послышались шаги. Он обернулся и увидел Валентину. Сегодня она не казалась такой растерянной и нервной, как в прошлый раз, и, заметив Мадаева, приветливо кивнула, вспомнив, что уже встречала его здесь.

– Здравствуйте, Валентина Осиповна! – обратился он к ней, чем весьма её удивил.

– О, вы знаете, как меня зовут?

– По долгу службы – я старший следователь, Константин Мадаев. Мы встречались с вами пару дней назад, когда я приходил к Дмитрию Никифоровичу.

– Да, помню. В прошлый раз вы говорили о Катеньке. Разве дело не было закрыто? Самоубийство… – она, было, закашлялась, но быстро справилась с эмоциями.

– Закрыто, но я здесь по другому вопросу – погиб Иван Бердников, её приятель. И мне бы хотелось о нём с вами поговорить.

– Погиб? Как?..

Анастасия нажала кнопку на телефоне и произнесла:

– Дмитрий Никифорович, подошла Валентина Осиповна.

– Мы могли бы поговорить позже? В кафе, например? – предложил Костя, но она покачала головой.

– Это не очень удобно. Приходите лучше ко мне домой – у меня как раз дочка вернётся после школы, не хочется её одну оставлять, – сказала она, смотря на дверь кабинета: та отворилась, выпуская помощницу следователя. На пороге стоял Зверев.

– Не прощаюсь! – ласково кивнул он довольной Свете и обратился к Валентине, – прошу в кабинет.

Та прошла за ним, а Мадаев со Светой отправились к выходу.

– О чём вы говорили? – спросил он.

– Да так, по мелочам, – воздушно улыбнулась она. – А вы узнали контакты Ивановой?

– Да, нужно будет к ней съездить.

– Она такая странная… – вдруг отметила Света.

– Чем это?

Она промолчала, смутившись.

– И всё-таки?

– Вы опять скажете, что я придумываю.

Костя засмеялся.

– Ну, не буду. Давай свою версию, молодёжь!

– Она как будто играет. Вот в прошлый раз была так растеряна, неистово нервна. Как говорит Дима, болезненно нервна… А сегодня – спокойна, даже после разговора с вами. А вы ведь про Зосимову с ней говорили, так?.. Странно это. Как будто тогда, в прошлый раз, она играла, что огорчена гибелью Зосимовой. Вам так не показалось?

«Дима?..», – удивился он, но вслух ответил:

– Вообще я тоже обратил внимание…

Когда они добрались в отделение, на рабочем месте Костю уже поджидал другой Дмитрий – оперуполномоченный Лосев.

– Что-то есть? – с надеждой спросил Мадаев, как только его увидел.

– Да уж, что-то есть, – ухмыльнулся тот, заметив его нетерпение. – Значит, про гостиницу ты и так знаешь, а вот с банковской картой интересно.

– Ну, что там? – обрадовался Костя: он уже решил, что нет совсем никакой информации. Это было бы особенно обидно узнать теперь, когда и опрос сотрудников гостиницы не принёс пользы: удалось выяснить только то, что мужчина с паспортом на имя Ивана Бердникова действительно снял у них хороший номер, но успел переночевать только дважды, то есть погиб на третьи сутки после приезда. Сотрудникам гостиницы он не запомнился ничем, кроме того, что был нагловат. И среди небольшого количества вещей, оставленных им в номере, также не оказалось ничего примечательного.

– Значит, наличных денег при себе у Бердникова почти не было – так, перекусить на день-два хватило бы. За гостиницу было оплачено заранее, сразу за несколько дней, – повторил Лосев уже известные сведения. – Кстати, он не поскупился, взял номер не из дешевых…

– Знаю, – нетерпеливо отметил Костя, – ну, что с картой?

– На ней денег нет вообще, – Дмитрий хитро посмотрел на собеседника.

– Это как? Приехал без денег, с пустой картой? Интересно… Банк в Болгарии, верно? Информацию уже получили?

– Да уж, пока вы там по клиникам разъезжали…

– Так что говорят? – перебил он его.

– Счёт был открыт два года назад. И сумма изначально там была ну весьма кругленькая, я тебе скажу!.. Но она постоянно уменьшалась, уменьшалась, пока полностью не исчезла, и теперь – совсем пустой счёт. И вот он без денег отправился в другую страну…

Мадаев задумчиво помахал указательным пальцем перед своим носом.

– А если учесть, что номер гостиницы оказался не из дешёвых, значит, Бердников был безумцем и тогда вполне мог желать прийти на сеанс к психоаналитику. Или же знал, где взять деньги, и за ними и вернулся… А сумма похожа на ту, что могла быть, по версии её родственников, у Зосимовой? Те деньги, что пропали…

– Нет, гораздо меньше, – понимающе кивнул Лосев. – Матвеевы-то считали, что должно быть минимум восемьдесят миллионов – им Зосимова как-то обмолвилась. Конечно, после её гибели денег нигде не оказалось, но, думаю, она могла их банально потратить или потерять на чём-нибудь, а они просто не хотят в это верить… Ну, а на счёте Бердникова максимальной была та сумма, что была начальной, а это двадцать миллионов.

– Да, не те цифры, конечно… Но откуда у обычного инженера даже такие деньги? – задумался Костя. – Проверили, с какого счёта они пришли на счёт Бердникова?

– Проверили, Костя, – развёл тот руками. – У него был давний счёт в Беломорском банке – с него на новый счёт в Болгарии он их и перевёл. А на Беломорский счёт деньги сам положил – поверишь ли, принёс в банк наличные.

Больше информации у него не было и, кивнув Мадаеву: «Бывай!», он вышел из отдела.

«Тупик… – с досадой подумал тот. – Конечно, можно долго искать того, кто бы мог дать Бердникову столько денег, ещё и наличными, но вдруг действительно – просто дали? И это, вероятно, не имеет отношения к пропавшему состоянию Зосимовой. В таком случае эта информация мне вообще не нужна… С другой стороны, могли ли убить его из-за денег? Из-за денег, которых нет… И как можно было за два года промотать двадцать миллионов?!», – мысленно воскликнул он и обратился к помощнице.

– Знаешь что, Света…

– Что? – она удивлённо подняла голову от журнала, за который взялась, как только они вернулись из клиники.

– Возьми-ка да позвони Семенову: пусть подготовят информацию обо всех местах работы Бердникова и обо всех его контактах – семье, друзьях, коллегах.

– Но вы ведь знаете – у него нет семьи в Петрозаводске.

– Да, но где-то она есть?! С кем-то же он общался? И ещё: уточни, получили ли, наконец, информацию, где именно в Болгарии проживал Бердников и чем там занимался? Список телефонных звонков с его домашнего номера достань, нужно проверить – вдруг он перед поездкой звонил оттуда кому-нибудь в Петрозаводск?