Новая весна - Рита Романова

На самом деле Пашку Вера не помнила. Когда он решил свести счеты с жизнью, она был совсем маленькой. Узнала эту страшную историю гораздо позже, от этой самой Машки, с которой вроде как дружила. Но на всякий случай она согласно кивнула, чтобы не сбить сплетницу с основной нити повествования и не увести ту в словесное блуждание.

— Там ведь жить невозможно, — продолжила Машка. — Сама знаешь. Избушка совсем на бок завалилась, давно мхом поросла. Не понимаю, чего его сюда занесло. Явно, прячется от кого-то. А мужик-то видный — высокий, черноволосый. Худоват, правда, но на деревенских харчах быстро отъестся.

— Ты его что ль откармливать будешь? — холодно усмехнулась Вера.

— А почему бы нет, — смешно подбоченилась Машка. — Я еще девка хоть куда. Еще и детей ему нарожать смогу.

— Молод он слишком для тебя, — не подумав, брякнула Вера и тут же поняла свою оплошность. Но было уже поздно.

— Ты же сказала, что его не видела, — сощурила глаза Машка. — Откуда узнала про возраст? И во двор меня не пускаешь, хотя Дружок давно меня за свою признает. Неужели уже подсуетилась? Ну, Верка, ну, дрянь. А все из себя скромницу корчит! Видали мы таких скромниц! Понятно теперь, какой весне ты радовалась! Так ты поди и не одна! Он у тебя, да? Говори, у тебя?!

Вера отчаянно подыскивала оправдательные слова — почему-то она считала себя искренне виноватой перед этой одинокой, замученной женщиной. Но едва раскрыла рот, как тяжелый руки легли сзади ей на плечи, а Машкино лицо вытянулось и покраснело, вмиг став похожим на молодую редиску, столь любимую Верой.

— У нас гости? — весело поинтересовался Слава. — Так чего ж ты, Верочка, подружку у калитки держишь? Зови ее в дом. Посидим, поговорим. А если вам о девичьем посплетничать нужно, так я во дворе с Дружком посижу. Нужно же псу ко мне привыкать.

Услышав свое имя, Дружок поднял лохматую морду вверх и зарычал. До этот он молча обнюхивал штанину чужака и недовольно фыркал.

— Спасибочки за приглашеньице, — Машка неуклюже попятилась назад, переводя круглые глаза с Веры на Славу. — Но не хочу вам мешать. И так уж всю малину вам подпортила. Вон вы как ржали. Вся деревня слышала.

— Чего же в этом плохого? — игриво поинтересовался Слава. — Если люди смеются, значит у них все хорошо.

— Вот и я говорю, что вам и без меня хорошо. Чего я в чужой дом попрусь. Только людям праздник портить.

— Машк, а молоко! — спросила Вера и хотела было кинуться к дому, но соседка ее остановила.

— Не суетись, Верк, я и без молока обойдусь, — холодно сказала несостоявшаяся покупательница и рысью бросилась прочь.

— И чего тебе в доме не сиделось, — тяжело вздохнула Вера, грустно глядя на улепетывающую соседку. — Теперь она по всей деревне разнесет, что я к себе в дом незнакомого мужика пустила. Позора не оберешься.

— Так уж и на всю! — звонко, раскатисто засмеялся Слава и, развернув Веру лицом к себе, смачно поцеловал ее в губы. — На все ваши десять ветхих домишек. Обалдеть! Так ты, Верка, теперь на весь мир опозорена. Пошел-ка я отсюда. Зачем мне нужна падшая женщина!

— Дурак! — отчего-то покраснела Вера. — К тому же ты у меня покупательницу отбил. Теперь она будет молоко у бабы Клавы покупать. Хотя у нее оно и не такое вкусное. Машка — злопамятная очень и дурная немного. Как мысль какую себе в голову вобьет, так ничем ее оттуда не вышибешь.

— А тебе это надо? — Слава потянул Веру за рукав, увлекая ее в дом.

Дружок вновь оскалился на непрошенного гостя и приготовился цапнуть его за штанину. Но Вера вовремя пресекла порыв его негодования грозным «нельзя». Пес обиженно поджал хвост и поплелся в конуру, всем своим видом выражая горькое разочарование в обожаемой хозяйке.

— Чего надо? — задумчиво глядя на Дружка, поинтересовалась Вера.

— Вышибать, — с готовностью пояснил молодой мужчина.

— Даже не знаю, — озадаченно протянула Вера. — У нас деревенька крошечная совсем. Все друг другу, как родные. С одним отношения испортишь, и себя словно обделенным чувствуешь. По крайней мере, я.

— Какая же ты у меня добрая, — протянул Слава и, втолкнув девушку в дом, рывком распахнул телогрейку на ее груди. — Добрая и отзывчивая. Самой-то не противно?

— Почему мне должно быть противно? — часто задышала Вера.

— Потому что противно быть доброй и отзывчивой по отношению к людям, которые этого не ценят, — хрипло отозвался он.

— А ты будешь ценить? — еще успела спросить Вера до того, как волна наслаждения захлестнула ее сознание. Но ответа она уже не услышала.

Глава 5

Теперь ласковый весенний луч играл на его лице, оставляя ее в тени. Слава забавно морщился и отворачивался от него, но тот был настолько настойчивым, что находил его смешную физиономию повсюду. Вера даже приревновала любимого к этому неугомонному лучику. Лучше бы он по- прежнему преследовал ее.

К девяти утра она, как обычно, уже покормила скотину, подоила Буренку и приготовила легкий деревенский завтрак. Потом она мягкой кошкой вновь проскользнула в объятия Славы и замерла, боясь пошевелиться и нарушить его крепкий сон. Хотя нарушить его было практически невозможно. Веру это веселило и умиляло. Ни утренний призывный крик петуха, ни мычание недовольной коровы, ни ее утренняя суета совсем не беспокоили его. Слава дышал ровно и глубоко. И даже не шевелился.

После Машкиного визита прошло три дня. Но злопамятная баба, как и предполагала Вера, больше не приходила. Значит, бегает за молоком к бабе Клаве. Следовательно, девушка лишилась части своего заработка. Но ничего, теперь она не одна. Теперь ей есть на кого положиться. Рядом с ней настоящий мужчина. Именно настоящий! А не тот, которого Вера рисовала в своих мечтах и который сопровождал ее по жизни последние лет пятнадцать. Он обязательно будет ей помогать. По-другому просто не может быть.

Словно прочитав ее мысли, Слава недовольно заворчал во сне. Вера невольно прислушалась.

— Живым не дамся, суки, — невнятно бормотал он. — Не удастся меня за решетку упечь. Всех перестреляю.

От этих слов Вере стало жутко. Как же не вязался этот монолог с его нежной и ласковой натурой! Видимо, насмотрелся ее любимый боевиков. Вот и снятся ему самые яркие эпизоды из фильмов, где в роли главного героя не Арнольд Шварцнегер, а он — Слава, Слава… Интересно, а какая у него фамилия? Надо будет обязательно спросить.

Полностью убедив себя в безгрешности любимого, Вера расслабилась и задремала. А разбудил ее грубый толчок кулаком