Синдром жертвы - Чингиз Абдуллаев

– Больше никаких зацепок. Семинар закончился примерно в три часа дня. В пять она должна была вернуться домой. Ее друг начал беспокоиться, звонил ей на мобильный, но он был отключен. В семь вечера он поехал в Павловск, но там уже никого не было: утром в кустах нашли тело. Врачи определили, что она погибла между тремя и пятью вечера.

– Фотографии есть? – спросил Гуртуев.

Сабитов подвинул к себе другую папку и достал пачку фотографий.

– На ней почти ничего не было, – пояснил он, а одежду обнаружили в кустах. Она была не порвана, а аккуратно сложена, как будто женщина добровольно согласилась на подобный контакт с насильником. Ее гражданский муж утверждает, что это невозможно. Она была очень брезгливой и никогда бы не позволила себе заниматься сексом в кустах, на голой земле.

– Мужья обычно не знают своих жен, – меланхолично заметил Резунов. – Некоторые способны и не на такие «подвиги».

– Он ее задушил во время полового акта, – продолжал Сабитов. – На руках были видны следы от веревок, поэтому она, очевидно, не могла сопротивляться. Но самих веревок на месте преступления не было.

– В Челябинске и Уфе веревок тоже не было, – вспомнил Гуртуев.

– Посмотрите на погибшую, – мрачно произнес Дронго. – Наши жертвы были гораздо миниатюрнее, чем эта. Он, видимо, опасался, что она может вырваться или позвать на помощь.

– Мы тоже так считаем, – кивнул Сабитов. – Скорее всего, он назначил ей свидание, придумав историю с книгой Камерона, а затем воспользовался ситуацией и убил несчастную.

– Но как он сумел так ловко и быстро раздеть ее? – поинтересовался Дронго. – В ваших местах даже ранней осенью бывает уже достаточно холодно.

– Да, непонятно. Получается, она его знала, если пошла на такой контакт.

– Он готовит преступление, затем приводит свою жертву в бессознательное состояние, раздевает, насилует и убивает ее, – сообщил Дронго. – И это уже не первый случай. Просто тогда вы, очевидно, искали в своем регионе, а надо было объявлять всесоюзный розыск!

Он посмотрел на карту и спросил:

– Сколько минут нужно, чтобы добраться от железнодорожной станции до места, где было совершено преступление?

– Если по основной дорожке мимо комплекса – минут двадцать, а если напрямик через Круглый зал – минут двенадцать, – ответил Кокоулин.

Дронго еще раз посмотрел на карту.

– Сколько ехать в Павловск из центра Санкт-Петербурга?

– Больше получаса, если от Витебского вокзала. Но до Павловска можно доехать и на электричке от станции метро «Купчино».

– Витебский вокзал – это, кажется, метро «Пушкинская»? – вспомнил Дронго.

– Да, правильно.

– Если пассажир прибывает на Московский вокзал, он может довольно быстро добраться на метро до Витебского или даже взять такси.

– Если на такси, то совсем быстро, – ответил Сабитов. – С Невского проспекта поворачиваете на Владимирский и дальше по Загороднему проспекту до вокзала. Буквально минут десять.

– Думаете, что он приехал на Мовсковский вокзал и отправился в Павловск этим маршрутом? – уточнил Кокоулин.

– Нет, наоборот. Я как раз уверен, что он приехал в Санкт-Петербург загодя, может, даже за день до преступления. Или за два. А вот обратно ему нужно было уехать как можно быстрее. На электричке он доезжает до Витебского вокзала, а оттуда – быстро на Московский. У вас есть расписание электричек?

– Хотите узнать, были ли поезда в центр города около пяти вечера? – понял Кокоулин. – Да, были. Мы проверяли. Четыре поезда после пяти, и все шли в центр.

– Ее мобильный проверяли? Посторонних звонков там не было?

– Проверяли. Были. Два телефонных звонка с автомата, установленного недалеко от Московского вокзала. Как раз утром в день убийства, – ответил Сабитов.

Дронго тяжело вздохнул.

– Сколько ей было лет?

– Тридцать шесть. Коллеги очень ее хвалят, говорят, была увлечена своей работой и считалась очень компетентным специалистом.

– Какие были отношения с гражданским мужем?

– Говорят, что превосходные. Мы опрашивали соседей, родственников, коллег. Все в один голос утверждали, что отношения были замечательные. Он даже попал в больницу с сердечным приступом после ее смерти. Ему уже под пятьдесят, довольно большая разница в возрасте. Мы думали, что она могла иметь более молодого любовника, но все, знавшие ее хорошо, категорически отвергали эту версию.

– Он применил «крючок» в виде книги Камерона, – задумчиво произнес Гуртуев.

– Верно, – согласился Дронго. – Нужно узнать, есть ли вообще такая книга?

– Есть, – вмешался Сабитов. – Мы тоже кое-что сделали. Такая книга существует, но это большой раритет. В Санкт-Петербурге – всего лишь несколько экземпляров. Мы проверили каждый; ни один не мог попасть в руки убийцы, это исключено. Подобная книга, выпущенная в конце девятнадцатого века, сегодня стоит больше сорока тысяч рублей. Примерно полторы тысячи долларов.

– Он знает, что именно следует предлагать женщинам, чтобы они согласились на встречу с ним, – кивнул Дронго. – Если бы Попов согласился выдать нам дневник своей убитой супруги... Интересно, чем все же убийца мог соблазнить жену вице-губернатора?

– Остается только гадать, – недовольно заметил Гуртуев.

– Кто нашел тело? – спросил Дронго.

– Охранник. Он как раз утром обходил территорию. Обнаружил тело случайно, просто увидел мелькнувшую среди кустов одежду.

– Одежда лежала рядом с ней?

– Да.

– Отпечатки пальцев?

– Кроме ее отпечатков, других не было.

– В тот вечер шел дождь?

– Нет. Была ясная сухая погода, прохладная только.

– Тогда почему нет отпечатков? Неужели он работал в перчатках? Сексуальный маньяк не стал бы надевать перчатки.

– Он раздевал ее в перчатках, – подсказал Гуртуев. – Я начинаю все больше и больше опасаться этого типа. Он просто аккуратист, пытается предусмотреть каждую мелочь, каждый штрих в своем варварском плане.

– Вы сами говорили, что подобный тип рано или поздно должен будет появиться, – напомнил Дронго. – Когда мы можем выехать в Павловск?

– Прямо сейчас, – предложил Сабитов. – Машины нас ждут.

В первый автомобиль сели сам Сабитов и двое приехавших экспертов – Гуртуев и Дронго, во втором разместились оба офицера – Резунов и Кокоулин. До Павловска было двадцать семь километров.

– Не знаю, что у вас получится, – признался по дороге Сабитов, – но это дело нас всех очень достало. Всегда обидно, когда не можешь найти преступника, а тут обидно вдвойне. Уже тогда мы понимали, что речь идет не о случайном нападении на искусствоведа, не о бомже, который затащил ее в кусты и изнасиловал. Нет, этот мерзавец тщательно подготовился. Он каким-то образом воздействовал на нее, чтобы она не кричала, сумел осторожно, я бы даже сказал бережно, раздеть. И не убил сразу, мерзавец. Ждал, пока она очнется, чтобы получить удовольствие в процессе насилия и самого убийства. Я бы таких негодяев собственноручно душил, – процедил он сквозь зубы.