Не все кошки серы - Наталья Александрова

— Ну ты даешь! — Леня удивленно присвистнул.

— В нашем бизнесе наблюдательность требуется, —усмехнулся старик, — нищенство — бизнес психологический! Разбираться вовсем надо — и в людях, и в машинах… Вот, к примеру, если человек на битой«копейке» подъехал или, извиняюсь, из переполненного троллейбуса вытряхнулся —можно изображать жертву перестройки, ветерана ВПК, ослепшего при испытанииотечественной крылатой ракеты. А ежели клиент на дорогой иномарке прибыл — тутлучше косить под бизнесмена-неудачника, потерявшего весь капитал на дефолте илина акциях «МММ»…

— А как же в этом случае объяснять слепоту? —поинтересовался Маркиз.

— Выплакал глаза, наблюдая за стремительным падениемрубля! — с большим чувством произнес старик.

Леня посмотрел на нищего с уважением и спросил:

— Вы никогда не пробовали сниматься в кино? У васдолжно неплохо получиться!

Что слава! продекламировал нищий. — Яркая заплата нажалком рубище певца! А заработки там ерундовые, я со своими очками гораздобольше заработаю! — И он горделиво приосанился.

— Ладно, бизнесмен-психолог, — Леняпосерьезнел, — перейдем к делу… При вашей наблюдательности и прекрасномзрении вы, маэстро, не могли не заметить, как подъехал этот самый красный«фольксваген»…

— Естественно, — «слепой» кивнул, — васкоторый раз интересует — первый или второй?

— То есть как — он что, два раза сюда приезжал?

Старик замолчал, и Леня совершенно правильно понял этомолчание. Он достал из кошелька еще одну купюру и протянул нищему.

Тот с достоинством принял ее и продолжил:

— Первый раз «фольксваген» остановился буквально насекунду, из него выскочила девушка в красном костюме и побежала в сторонусквера, а «фольксваген» уехал…

— Постой, дед, если девушка в красном костюме вышла, токто же уехал на машине?

— Вы слушаете, или вам интереснее меняперебивать? — Нищий обиженно уставился на Маркиза. — Я говорю, чтовидел. Чего не видел — не говорю. Кто был за рулем — не разглядел… Мне можнопродолжать?

— Да-да, конечно…

— Минут через двадцать эта машина снова подъехала,остановилась на прежнем месте. Девушка в красном костюме вышла, закрыла машинуи быстро пошла в сторону сквера…

— Постой! — перебил нищего Маркиз. — Ничегоне понимаю! Ты же только что сказал, что девушка в красном уже вышла и побежалак скверу, а теперь — снова то же самое… Что-то ты, терминатор, путаешь!

«Слепой» выразительно замолчал.

Леня вопросительно взглянул на него и, когда продолжения непоследовало, поинтересовался:

— В чем дело, ветеран психологического бизнеса?

— Дело в том, молодой человек, что у меня оплатаповременная, как у адвокатов и некоторых других людей свободных профессий.

Оплаченное вами время закончилось, да вы еще с недовериемотноситесь…

Леня полез в карман за следующей голубой купюрой, недовольнопробормотав:

— Ну, держи, человек свободной профессии, раз у тебясчетчик, как в такси, только уж не заливай, говори, что видел!

— Я вам еще раз повторяю, — с еще большимдостоинством проговорил нищий, молниеносно спрятав очередную бумажку, —мой бизнес психологический и требует особого внимания и наблюдательности. Еслия вам говорю, что я видел — значит, я это действительно видел. Когда красный«фольксваген» подъехал сюда второй раз — из него тоже вышла девушка в красномкостюме, только это была уже другая девушка…

— Как — другая? — Леня окончательно запутался.

— Может, кого-то другого они и ввели взаблуждение, — продолжил нищий, выдержав эффектную паузу, — только неменя! У меня глаз наметанный. Обе девушки были в красных брючных костюмах,довольно коротко пострижены и выкрашены в два цвета, только у первой костюм,хоть и неплохой, но не очень дорогой и прическа слегка растрепана, а у второйкостюм из очень дорогого магазина и волосы только что уложены… Разница междуэтими двумя дамами была примерно такая, как между бриллиантовым украшением истеклянной бижутерией!

«Так, — подумал Леня, — если этот старикан ничегоне путает и не подвирает, то Лолка — это вторая девица: у нее вся одеждаисключительно из дорогих бутиков и самого высокого качества. Правда, волосы унее только вчера вечером были довольно длинные и замечательного натуральногокаштанового цвета, но как раз это она могла запросто изменить у парикмахера;кажется, она именно к нему и собиралась сегодня с утра».

— Кроме того, — продолжал «слепой», — перваядевушка была очень взволнована, страшно спешила, а вторая, хотя тожеторопилась, но была гораздо спокойнее, заперла машину и направилась к скверубыстро, но без всякого волнения. Вот когда она обратно прибежала — тогдадействительно неслась, как будто за ней черти гнались, и прическу растрепала…

— Как, значит, она вернулась? — удивленнопереспросил Леня. — Почему же машина осталась на месте?

— Молодой человек! — Нищий недовольнопоморщился. — Ну когда же вы наконец научитесь слушать?

— Все, молчу! — Леня прижал руку к губам. —Рта не раскрываю!

— Вот так-то лучше! Она прибежала обратно, только всвою машину сесть не успела, потому что ее перехватили двое парней…

— Что значит — перехватили? — перебил старикаМаркиз, но тут же спохватился и замолчал.

Нищий укоризненно взглянул на него поверх очков, нопродолжил:

— Один из них слегка приложил ее по голове, а когда онаначала падать — аккуратненько подхватил под локти, так, чтобы со стороны выглядело,будто он ее обнимает. Второй помог своему приятелю затащить девушку на заднеесиденье машины. Парни самые обыкновенные, братки низшего разряда — бритые,накачанные, морды тупые… Как только девушку втащили в машину, уехали…

— А машина, машина какая? — в чрезвычайномволнении воскликнул Леня. Если до сих пор он думал, что Лолка просто забыла обовсем, занявшись какими-то обычными дамскими делами, вроде прически или костюма,то теперь он понял, что его боевая подруга попала в настоящую переделку и ее немедленнонужно спасать.

— Машина такая же обыкновенная, как сами братки, —черная «BMW» третьей серии, выпуск девяносто шестого года, видимо, была ваварии — левое крыло подкрашено, хотя довольно аккуратно.

Маркиз собрался восхититься наблюдательностью «слепого», нотот еще больше удивил его:

— Если дадите сто долларов, я и номер машины скажу!

Маркиз без колебаний сунул в морщинистую руку зеленую купюрус изображением одного из американских президентов и получил в обмен на нееобрывок бумажки с криво записанным номером.

— До чего же вы, дедушка, наблюдательный! — решилМаркиз подольститься к нищему.