Диверсия - Андрей Ильин

Наверное, проще было бы достать все требуемые подшивки совсем в других библиотеках, где меня ни разу не видели, но мне нужны были именно те газеты и журналы, которые листал мой покойный коллега. Так существовала хоть малая, но вероятность, что я наткнусь на какую-нибудь оставленную им пометку.

— Что вам, дедушка?

— Мне бы, дочка, газетку за этот, прошлый и еще до него год. И еще до него.

— Четыре подшивки?

— А? Да, четыре. Мне сказали, там про наш гвардейский, орденов Кутузова и Александра Невского артиллерийский полк написали. Целую статью. А когда написали — неизвестно. Хочу найти.

— Это же очень много, дедушка. Может, вам помочь?

— Нет, нет, я сам. Мне спешить некуда. Ветерану гвардейского орденов Кутузова и Александра Невского полка выволакивали из подсобки подшивки и помещали на самое удобное, ближе к свету, место.

Страницу за страницей, отсматривая абзацы текста через сильное увеличительное стекло (сдало зрение у ветерана, пришлось лупу приобретать), бывший артиллерист изучал подшивки. Его интересовала любая информация, связанная, да не с гвардейским полком — с порученным его коллеге членом Правительства. И еще он замечал любые отчерки, любые пометки на полях и в тексте.

— Ну что, дедушка, нашли что-нибудь?

— Нет пока. Но найду. Как не найти, раз писали.

Первая подшивка.

Прием в посольстве. Фамилии, имена, должности. Нужного нет… Заседание Правительства. Присутствовали… Опять мимо.

Открытие научной конференции. Так. Список фамилий. Вот он. Есть. Зафиксировать текст дословно. В общем контексте. Месяц, число, время.

Дальше.

Закрытие выставки… Есть.

Вручение наград… Есть.

Митинг… Отсутствует.

Официальный прием… Отсутствует.

Поездка делегации за рубеж… В наличии. Поехал председателем.

Встреча в верхах… Вот он.

Поездка по стране… Перечень городов…

Прием иностранных бизнесменов… Как без него.

Банкет… В первых рядах.

Открытие фестиваля…

Закрытие фестиваля…

Активная жизнь у первых лиц государства.

Вторая подшивка.

Прием… Банкет… Конференция… Выступление по телевидению… Поездка в Штаты… Во Францию… Бельгию… В Новосибирск… Брифинг с журналистами… Выступление в Йельском университете… Вручение премии Итальянской академии… Встреча с зарубежными предпринимателями…

Читать и то утомишься.

Банкет… Встреча… Встреча… Банкет… Отдых в Подмосковье… Банкет…

Третья подшивка…

Четвертая подшивка…

С этой библиотекой на сегодня все. Пока они о здоровье ветерана не забеспокоились.

— Нашли, дедушка?

— Нет. Может, еще завтра поищу. Другая библиотека.

— Мне нужны подшивки газет и журналов за…

— Зачем вам так много?

— Для диссертации. Уж такую дурную тему выбрал — «Динамика изменений средств массовой информации в период смены общественной формации». Кто же знал, что будет такой информационный взрыв.

— Ой!

— Вот-вот. Теперь приходится маяться. Не бросать же работу на полпути.

— Не повезло вам.

— Не повезло… Третья библиотека.

— Мы в таком количестве литературу в одни руки не выдаем.

— А сколько выдаете?

— Одну подшивку в одни руки на один день. Такой порядок.

— А если мне надо две подшивки?

— Приводите еще одни руки. Тогда получите две. Так все делают.

— А если мне очень надо?

— А мне не надо! Мне фонды беречь надо!

— Может, можно как-то договориться?

— Не можно! Не на базаре!

И все же как на базаре. Если платить за каждую дополнительную подшивку, как за килограмм свежих огурцов.

— Берите. Работайте.

— Спасибо.

Четвертая библиотека.

Пятая…

Шестая…

Дома ночами я сортировал добытую информацию. Визиты — к визитам. Встречи — к встречам. Поездки — к поездкам. Банкеты — к банкетам.

Потом на листах ватмана чертил замысловатые схемы и графики. Лицо главного моего интереса — жирная точка в центре. Все прочие — небольшие квадратные листочки с записанными на них фамилиями по периферии. Повторяющиеся фамилии накладываются друг на друга и сдвигаются к центру. Упоминавшиеся только раз или два смещаются к краю листа.

Таким образом каждый занимал свое, в зависимости от частоты встреч, место. Все очень наглядно и понятно.

Потом каждую такую стопку фамилий я соединил друг с другом с помощью разноцветных фломастеров. Это была горизонталь — контакты контактеров между собой. Лист ватмана покрылся паутиной сотен линий.

От точки в центре, словно круги по воде, расходились векторы десятков фамилий и должностей. Иногда они пересекались, иногда, встретившись и разбежавшись, уже не соединялись никогда.

Это было уже кое-что. И все же этого было мало. Нужна была дополнительная информация.

Я вызвал Семена Степановича. Своего нынешнего Шефа-куратора.

— Мне необходим доступ в архивы информационных агентств, а также пресс-службы некоторых министерств.

— Каких?

— Вот список.

— Какую информацию запрашивать?

— Все визиты, встречи, поездки и прочие контакты человека, за которым должен был наблюдать ваш погибший работник. Фамилии, должности, время, география.

— Это как-то относится к расследуемому вами делу?

— Возможно, нет. Но скорее всего да.

— Хорошо, мы рассмотрим вашу просьбу. Это все?

— Нет, не все. Прошу разрешения на реанимацию установленной моим предшественником звуко- и видео-записывающей аппаратуры.

— Это не входит в задачи расследования. Другого ответа я не ожидал. Я требовал почти невозможного — вновь запустить в работу «замороженную» в целях безопасности операцию до выяснения причин ее возможного провала, до завершения расследования.

— От этого может зависеть результат всей моей работы.

— Нет.

— Взгляните сюда, — показал я на переснятую с ватманского листа на слайд, отредактированную и приведенную в порядок схему.

— Что это?

— Центр — интересующий меня человек. Цветные точки — его контакты.

— Откуда информация?

— Только из открытых источников. Из журналов и газет. Из тех, которые просматривал мой коллега.