Слеза дьявола - Джеффри Дивер

Для Кеннеди он олицетворял будущее в политической жизни округа Колумбия.

— Есть версии? — спросил молодой помощник.

— Пока никаких, — ответила Лукас. — Мы задействовали программу идентификации лиц, совершавших преступления с применением насилия, окружную полицию, спецов по поведенческому анализу из Квонтико, а также силы полиции округов Фэрфакс, Принц Уильям и Монтгомери. Но зацепиться все еще не за что.

— Господи Иисусе! — только и ответил Джеффрис, сверяясь с часами.

Кеннеди тоже бросил взгляд на часы в бронзовом корпусе, стоявшие на его столе. Начало одиннадцатого.

— 12.00 часов… Что за странная фраза? Почему не написать просто «полдень»? — принялся вслух размышлять он, не понимая, почему шантажист воспользовался шкалой времени, принятой скорее в Европе или среди военных. — Нам осталось всего два часа.

— Тебе придется выступить с заявлением, Джерри. И очень скоро, — сказал Джеффрис.

— Да знаю я, — огрызнулся Кеннеди.

Ну почему это должно было случиться именно сегодня? И почему здесь?

Он снова посмотрел на Джеффриса. Пока чересчур молод, подумал он, но перед ним открывается путь к блестящей политической карьере. Очень толковый и быстро соображает. Но сейчас привлекательное лицо Джеффриса исказила кислая гримаса, и мэр понял, что у помощника в голове вертится тот же вопрос: почему именно сегодня?

Кеннеди посмотрел на бланк приглашения пронаблюдать за новогодним салютом со специальной площадки на крыше торгового центра. Он вместе с Клэр, своей женой, должен был сидеть там в полночь рядом с конгрессменом Полом Ланьером в окружении прочих крупных хищников из вашингтонского зверинца.

И сидел бы, не случись всего этого.

«Почему сегодня? Почему в моем городе?»

— Что вы предпринимаете для его поимки? — спросил он затем.

Ему ответила Лукас. Быстро и четко.

— Мы на связи с тайными осведомителями и агентами Бюро, работающими под прикрытием, у которых есть информация о террористических ячейках внутри страны и за рубежом. От них пока не поступало ничего полезного. К тому же, по моему мнению, мы имеем дело не с террористами. Все это выглядит как классическое вымогательство денег. Я отрядила группу аналитиков, которые изучают случаи шантажа, имевшие место в прошлом, чтобы выделить черты сходства. Они рассматривают любые угрозы, которые получали власти округа или отдельные чиновники за последние годы. Пока ничего аналогичного не обнаружено.

— Мэру ведь тоже угрожали, если помните, — вмешался Джеффрис. — По поводу дела Мосса.

— Что за дело? — пожал плечами Кейдж.

— Это активист-разоблачитель из Совета по образованию, — ответила Лукас. — Мне приходится заниматься его охраной.

— Ах, этот Мосс! — снова пожал плечами Кейдж.

— О тех угрозах нам известно, — сказала Лукас, обращаясь к Джеффрису. — Мы их тоже приняли во внимание. Но никакой связи с нынешними событиями не обнаружили. Тогда это были заурядные звонки с руганью из телефонов-автоматов. Никто не вымогал денег и вообще не выдвигал никаких материальных требований.

«Заурядные звонки», — раздраженно подумал Кеннеди. Только что же в том заурядного, когда твоя жена снимает трубку в три часа ночи и слышит: «Закрой расследование Мосса, или, б…ь, ты — труп. Как и он сам»?

— Следуя стандартным процедурам, — продолжала Лукас, — мы проверяем номера всех машин, припаркованных в районе здания городского совета. То же относится к автомобилям в кварталах, примыкающих к площади Дюпона. Уже осмотрен район, где указано оставить деньги, участок окружного шоссе, а также отели, многоквартирные дома, передвижные домики и коттеджи, расположенные рядом.

— Не очень-то вы оптимистичны, — буркнул Кеннеди.

— Для оптимизма нет повода. У нас нет свидетелей. По крайней мере показаниям которых можно доверять. А в подобных делах без очевидцев обойтись очень трудно.

Кеннеди изучил записку еще раз. Странно, что у этого безумца и убийцы такой аккуратный почерк. Обращаясь к Лукас, он спросил:

— Стало быть, как я понимаю, вопрос теперь только один — должен ли я заплатить?

На этот раз Лукас предпочла, чтобы ответил Кейдж.

— По нашему мнению, если вы не заплатите выкуп или мы срочно не получим достоверную информацию об этом Диггере и его местонахождении, остановить его к четырем часам дня нам не удастся. У нас нет никаких наводок.

— Это не значит, что мы рекомендуем вам заплатить, — поспешно добавила Лукас. — Просто такова наша оценка возможного развития событий, если вы этого не сделаете.

— Двадцать миллионов, — задумчиво повторил цифру мэр.

Без предварительного стука в кабинет стремительно вошел рослый мужчина лет шестидесяти в сером костюме.

«Тебя только не хватало, — подумал Кеннеди. — Это как еще одна баба на общей кухне».

Член конгресса США Пол Ланьер пожал мэру руку, а потом представился агентам ФБР. На Уэндела Джеффриса он не обратил ни малейшего внимания.

— Пол возглавляет Комитет конгресса по управлению округом Колумбия, — уточнил для присутствовавших Кеннеди.

Хотя округ Колумбия по-прежнему пользовался известной автономностью, конгресс с недавних пор решил забрать себе прерогативу распоряжения его финансами и выделял средства на нужды Вашингтона, как осторожный папаша выдает карманные деньги слишком расточительному школьнику. А со времени скандального дела Мосса Ланьер превратился для Кеннеди в нечто вроде постоянно приставленного к бухгалтерии аудитора.

От Ланьера ускользнула слегка пренебрежительная интонация реплики мэра, хотя, как показалось, Лукас уловила ее.

— Не могли бы вы посвятить меня теперь в подробности ситуации? — попросил конгрессмен.

Лукас повторила свой отчет еще раз. Ланьер слушал стоя, пиджак его костюма от братьев Брук был надежно застегнут на все три пуговицы.

— Почему здесь? — спросил он затем. — Почему именно в Вашингтоне?

Кеннеди мысленно рассмеялся. Этот чурбан сумел украсть даже его риторические вопросы.

— Мы не знаем, — ответила Лукас.

— И вы действительно считаете, что он сделает это снова? — поинтересовался Кеннеди.

— Да.

— Надеюсь, Джерри, ты не рассматриваешь всерьез возможность выплаты денег? — спросил Ланьер.

— Я обдумываю все варианты.

Ланьер посмотрел на него с сомнением.

— А ты понимаешь, как это будет воспринято со стороны?

— Нет, и мне на это глубоко плевать, — резко ответил мэр.

Но конгрессмен продолжал своим профессионально поставленным баритоном:

— Это расценят как серьезную политическую ошибку. Как уступку террористам.