Огуречный рай - Марина Серова

Я была уже почти готова, когда позвонила Ленка:

— Ты чего копаешься, Тань? Я уже заждалась.

Ох уж эта ее пунктуальность! На минуту не даст опоздать.

— Бегу, бегу! — Я прихватила сумочку и выпорхнула из квартиры.

* * *

По дороге я все время поглядывала, не появится ли чернильная «девятка». Нет, не появилась. Правда, мне другая машина подозрительной показалась, но я отнесла это на счет собственной излишней мнительности.

Малиновая «Ауди» ехала за нами до кафе. Прибывшие на ней вошли вместе с нами, но, ничего не заказывая, поговорили о чем-то с метрдотелем и удалились. Больше мы в этот вечер их не видели.

Мы облюбовали столик в углу у окна и, сделав заказ, стали ждать, болтая о том, о сем.

Когда нам наконец подали «шедевры французской кухни», мы были несколько разочарованы. Вряд ли французам понравилось бы то, что здесь готовили по их рецептам. Зато шампанское не подкачало.

И все-таки зря мы потащились за тридевять земель. Можно было бы и где-нибудь поближе посидеть, причем гораздо душевнее.

Но все плохое, как правило, уравновешивается чем-нибудь хорошим, и наоборот. Так случилось и на этот раз. Мы даже не заметили, когда они появились в кафе, поскольку были увлечены обсуждением «хвоста».

Играла легкая музычка. Несколько пар танцевали.

— И никакой свежей мысли по поводу этой «девятки» у тебя нет? — допытывалась Ленка.

— Не-а. Ничегошеньки в голову не приходит.

— Дамы танцуют?

Мы обернулись.

Их было двое. Один приблизительно нашего возраста, а другой постарше, лет, наверное, около сорока. Приятные мужчинки, ничего не скажешь, и оба мило улыбаются. Ленка вопросительно посмотрела на меня. Я пожала плечами.

— Можем и потанцевать, если приглашают.

Тот, что постарше, протянул мне руку. Я поднялась, несколько разочарованная. Мне больше понравился тот, что помоложе.

После танца они попросили разрешения перебраться за наш столик. Мы не возражали. А что? Может, это и есть та самая встреча, о которой мечтают все одинокие женщины.

— Минуточку, милые дамы, — произнес тот, что постарше, и ненадолго исчез. Появился он через пару минут с двумя розами и вручил их нам с Еленой.

— Давайте знакомиться, — предложил он. Мы с Ленкой назвались.

Сам он представился Евгением Петровичем, добавив при этом:

— Можно просто Женя, если вы, конечно, не возражаете. Мы не возражали.

Второго звали Анатолием.

Теперь я уже не жалела, что мы отправились к черту на кулички. Вечер получился просто потрясающий. Ленка с Анатолием пили гораздо больше, чем мы с Евгением. Оказалось, он тоже за рулем.

Подруга моя основательно окосела и то и дело хихикала без особого смысла. Толик, скажем прямо, не отставал.

Евгений Петрович слушал их болтовню, снисходительно улыбаясь, потом сказал:

— У меня к дамам предложение.

Мы уставились на него, ожидая продолжения.

— Давайте исчезнем отсюда и завалимся в одно классное место, где можно искупаться, даже без купальников.

Звучало соблазнительно. Чисто женское любопытство — «а во что это выльется?» — сразу заговорило во мне. Но я была не настолько пьяна, чтобы сразу купиться.

А вот Ленка, как ни странно, — обычно она не приветствует случайные знакомства, — похоже, купилась.

— Тань, а может быть, правда, поставить твою «девятку» и отправиться купаться?

— По-моему, нам пора домой. Тебе не кажется? Поздно уже.

Ленка обиженно надула губы и пожала плечами.

* * *

Мы вышли из кафе все вместе. Я открыла дверцу своей «девятки» и села за руль. Подружка моя все никак не могла наговориться с новым знакомым, а Евгений Петрович стоял около моей машины и все уговаривал продолжить вечер.

Я покачала головой и повернула ключ зажигания.

— Е-хо-хо-хо, — пропела моя «девяточка», вовсе не собираясь заводиться. Я попробовала подгазовать — безрезультатно.

— Вот, черт! — выругалась я. — Аккумулятор, что ли, сел? — Попробовала завести машину еще раз, не получилось.

Евгений Петрович, который уже собирался сесть в свою машину, захлопнул дверцу и подошел ко мне.

— Проблемы, Танечка?

— Похоже на то. Не заводится.

— Откройте-ка капот.

Я дернула ручку замка капота на себя и вышла из машины.

Евгений Петрович, не заботясь о том, что может испачкать костюм, поднял капот и внимательно принялся изучать внутренности моего автомобиля. Ничего особенного он не сделал, просто потрогал какие-то проводки. Зашел сзади, присел, повозился. Потом опять к проводочкам вернулся.

— А ну попробуй теперь, Танюш.

Я села за руль, только повернула ключ зажигания, и… моя ласточка завелась с полпинка. Чудеса да и только!

— Вы просто добрый волшебник. И что же это было?

— Да так, ерунда, мелочь. Не забивай себе голову.

Елена с Анатолием, втайне надеясь, что машина так и не заведется, наблюдали за тем, что происходит, продолжая болтать. Уж очень им хотелось продолжить вечер.

— Теперь вы моя должница, Танечка, и так просто не отделаетесь, — пошутил Евгений Петрович. — Не дадите же вы умереть от скуки двум порядочным одиноким мужчинам. Тем более здесь совсем недалеко. И не потребуется «Антиполицаем» закусывать. На девичью честь посягать не будем, — приложив руку к сердцу, шутливо закончил он.

Я улыбнулась. Вот умеет мужик по ушам ездить.

— Ладно, считайте, что уговорили. В какую сторону ехать?

— За моим автомобилем. А чтобы не потерялись по дороге, я к вам своего друга посажу.

Все сели, я уже собралась отпустить педаль сцепления, но, взглянув в зеркало заднего обзора, вспомнила, что собиралась протереть заднее стекло и забыла.

— Минуточку, ребята. — Я поставила рычаг переключения скорости в нейтральное положение и вышла с тряпкой из автомобиля.

Под ноги попалось что-то мягкое. Я даже испугалась. Но это оказалась обыкновенная масляная тряпка, которая валялась на асфальте.

И тут меня осенило. Я поняла, почему не заводилась моя машина. Они заткнули выхлопную трубу. Вот так. Сигнализацию на объем надо включать даже в людных местах. Наш новый друг без труда это обнаружил. Вот только почему не сказал.

Он сам уже вылез из «мерса» и, улыбаясь, направился ко мне.

— Ну вот, Танечка, вы сами нашли «неисправность». Кто-то над вами подшутил, наверное. Не слишком удачно, правда? Я не хотел портить вам настроение. В общем-то, это мелочь.