Самоучитель Игры - Алексей Синицын

Кто такой Сунь Ятсен, Ричард прекрасно знал. А вот что за важная птица Ся Бо? Это ему было неизвестно.

– Раньше заведение принадлежало, откровенно говоря, тайному обществу Саньхэхуэй, попросту говоря, одной из Триад. Бандиты всегда сотрудничают с революционерами, а революционеры с бандитами. Их всегда друг к другу тянет…

– А теперь, кому принадлежит «Усталый Дракон»? – перебил американец.

– А теперь мне! – Джозеф Кроуз от души расхохотался.

– Неужели! – Ричард был немного озадачен. Он не слишком-то хорошо минуту назад отзывался о собственности мистера Кроуза. – Что, без дураков?

– Как без дураков? Со всеми дураками в придачу! – нынешний хозяин от своего каламбура залился ещё сильней и раскатистей, не обращая ни малейшего внимания на посетителей. Впрочем, и посетители не обратили на него никакого внимания, наверное, привыкли. Только две китайские красотки, обе с длинными чёрными волосами и в европейских платьях томно посмотрели в их сторону.

Ричарду тоже стало впервые за сегодняшний день весело.

– Ладно, «утка по-пекински» с меня, угощаю, – расщедрился хозяин. – А виски, Вы, мистер Воскобойникофф, должны честно выиграть у Сянь Пина.

«Ага, Сянь Пин – это сатирик-бармен, – догадался репортёр. – Ну, держись, сейчас я тебе задам!» – Ричард в третий раз направился к барной стойке, недобро пожёвывая губами. А через минуту вернулся за столик к Кроузу довольный, с двойным «Джонни Уокером». (Китаец, как всегда дурачился и упорно делал вид, что проиграл только по недоразумению, так как отвлекался на протирку бокалов).

Привожу пример этой гроссмейстерски разыгранной партии:

Ричард: 1, 12, 23, 34, 45, 56, 67, 78!

Сянь Пин: 2,14, 26, 38, 49, 60, 68, («чёрные» сдались).

– Ну, что ж, поздравляю! – радушно поприветствовал его Джозеф Кроуз. – Теперь, самое время выпить за знакомство, а Цы Си скоро принесёт нашу утку.

– Как Вы сказали, Цы Си? – репортёр присел за столик.

Кто же не знал, что именно так звали коварную и жестокую китайскую императрицу-самозванку, полвека сумасбродно правившую Китаем?

– Да, девчонку официантку я назвал так, когда спас её от виселицы. В 14 лет она отравила крысиным ядом брата своего отчима, а самому отчиму во сне перерезала горло и отрезала яйца опасной бритвой.

– Та милая девушка?! – опешил Ричард.

– Именно. – (Репортёр заметил, что хозяин «Дракона» любит говорить «именно»). – Та самая, что подсказала тебе, как обыграть Сянь Пина.

«Значит, он всё слышал…»

– Она умная девчонка, схватывает всё на лету. И очень мне преданна. Между прочим, чемпионка Гонконга по шахматам среди женщин! – похвастался Кроуз.

– Кто бы мог подумать! Охренеть!

Гонконг не переставал удивлять американца своими жителями.

– Она бы могла достичь большего, если бы мне удалось отучить её от курения опиума и неконтролируемого стихосложения.

– Неконтролируемого стихосложения? Как это?

– Да, она может прямо во время обдумывания позиции на шахматной доске вдруг начать, ни с того, ни с сего сочинять лирические стихи. Сентиментальна, как жирафа. Если ей вовремя не напомнить, она попадёт в жуткий цейтнот и может проиграть.

– В самом деле, удивительная девушка, – задумчиво проговорил Ричард.

Двойной «Джонни Уокер» на голодный желудок быстро ударил в голову и привёл все мышцы в приятное расслабление.

– Каким же ветром к нам? – поинтересовался Кроуз, снова хитро сощурившись и внимательно всматриваясь в американца.

– О, я обычный русский шпион, провалившийся в Иокогаме и переброшенный теперь в Гонконг, – Ричард и сам не понял, зачем отпустил эту глупую шутку.

– Похоже на правду. – Ничуть не смутился Кроуз. – В том смысле, что в Гонконге полным-полно самых разных засветившихся резидентов. Этакий разведотстойник. Но, скоро японцы будут и здесь, – он снова отправил в рот сигару.

– Как скоро, Вы полагаете?

– Это зависит от развития событий в Европе. Думаю, падение Гонконга случится не завтра, но точно в ближайшую пару-тройку лет.

– Вы меня успокоили, мистер Кроуз. Это значит, что у меня есть ещё примерно 2 года, чтобы вкусить всех прелестей жизни в свободном мире, отстукивая время от времени в «Центр» шифровки о ходе местных фортификационных работ, – он изобразил, как ключом выбивает радиограммы.

Ричард понял, что визит к своему новому шефу мистеру Пикфорду откладывается до завтра. Откуда Пикфорду знать, сколько ещё он мог бы проболтаться на «Коннектикуте» из-за шторма? Хорошо, что вообще остался жив, а не пошёл на корм рыбам. А этот случай с чуть не сбившем его «Паккардом»! Всё к одному – шторм, костюм, «Усталый Дракон», Джозеф Кроуз…

– Каждой собаке хочется доказать, что она не напрасно всё время лаяла, – философски заметил его новый знакомый и тут же сменил тему. – Как ты думаешь, сколько человек из десяти предпочитают немного поломать голову, чтобы выиграть бесплатный виски? Я не имею в виду постоянных клиентов, эти играют в другие игры, – он махнул рукой в сторону кучки китайцев шумно галдящих за картами.

– Хм, трудно сказать, – почесал затылок Ричард, – наверное, немного таких придурков, как я.

– Сколько? – повторил свой вопрос Кроуз.

– Ну, скажем, трое или четверо.

– Ни одного! – он медленно и важно откинулся на спинку кресла. – Из десяти – ни одного! Их всего четверо на сотню.

– Честно говоря, не ожидал. – Ричарду польстила такая статистика.

– Но и это ещё не всё, – продолжил Кроуз. – Выигрывает только один.

– А остальные?

– А остальные отказываются после одного или двух проигрышей, – хозяин «Дракона» щёлкнул дорогой позолочённой зажигалкой с фирменным вензелем.

– И о чём же это, по-вашему, говорит, мистер Кроуз?

– О том, что мало кто из людей любит играть, и ещё меньше тех, кто любит выигрывать.

– А как же процветающие игорные заведения, казино? – усомнился репортёр.

Ричард вспомнил, как четыре года назад просадил на Кубе двести долларов за рулеткой! В тысяча девятьсот тридцать первом, сказал один его приятель, ставший свидетелем проигрыша, за двести долларов можно было купить штат Арканзас. Странно, но его слова тогда Ричарда даже приободрили.

– В них играют эти самые четверо из ста, а выигрывает всё тот же единственный. Поверь мне, Рич, этого вполне достаточно для процветания, – Кроуз со знанием дела засмеялся, чуть подёргивая плечами. – Думаю, мы успеем выпить ещё до «утки по-пекински».

– Один.

– Один.

Сянь Пин скорчил недовольную мину и поставил на столик два двойных виски. Он тоже видел, как Цы Си подсказывала Ричарду, и, видимо, считал себя обманутым, ведь проигранные гостями заведения порции, должны были по праву достаться ему.