Страшила - Майкл Коннелли

— Знаешь, что я говорил им, Джек? «Дышите как можно глубже, и все это закончится для вас гораздо быстрее».

Он снова засмеялся, и смеялся долго и натужно, словно хотел, чтобы я слышал в трубке только его зловещий смех. Когда он закончил разговор и в трубке послышались гудки, я еще некоторое время сидел без движения, продолжая прижимать телефон к уху.

— Эй!

Я поднял голову и увидел Лэрри Бернарда, смотревшего на меня поверх одной из стенок, окружавших мою ячейку.

— Ну что, долго еще? — прошептал он.

Я отнял телефон от уха и прикрыл ладонью микрофон.

— Еще несколько минут, и я в полном твоем распоряжении.

— О'кей. Я тогда пойду отолью.

Как только он ушел, я мгновенно набрал номер Рейчел. Трубку сняли после четвертого гудка.

— Джек, я не могу сейчас говорить, — произнесла она вместо приветствия.

— Ты выиграла пари.

— Какое пари?

— Он только что позвонил мне. Этот «несуб». У него сотовый телефон Анджелы.

— Что он сказал?

— Не много. По-моему, он пытается выяснить, кто ты.

— Что ты хочешь этим сказать? Как он узнал обо мне?

— Он ничего о тебе не знает и пытается выяснить, кто была женщина, оказавшаяся в номере отеля в Элае. Своим присутствием ты разрушила его планы, и он, ясное дело, проявляет по твоему поводу любопытство.

— Послушай, Джек. Что бы он ни сказал, ты не можешь цитировать его в газете. Такого рода вещи лишь подбрасывают топливо в огонь. Если он попадет в заголовки, то это станет для него побудительной причиной еще больше активизировать свои действия. Он может начать убивать только для того, чтобы попасть в заголовки.

— Не беспокойся. Здесь никто не знает, что он звонил мне. А так как репортаж пишу не я, то он не будет в нем фигурировать. Я приберегу его для другого случая — когда сам возьмусь за перо. Когда начну писать книгу.

Я впервые упомянул о возможности создания на этом материале книги, но при сложившихся обстоятельствах это казалось мне вполне реальным. Так или иначе, но я должен написать эту историю.

— Ты записал разговор на пленку? — спросила Рейчел.

— Нет, он позвонил совершенно неожиданно.

— Нам нужен твой телефон. С его помощью мы попытаемся определить, откуда он звонил, по крайней мере установим расположение транслятора.

— Он говорил приглушенным голосом, почти шепотом, и я подумал, что он не хочет привлекать к себе внимания. Возможно, находился в каком-то офисе или подобном месте. И еще одно: разговаривая со мной, он допустил ошибку.

— Какую?

— Я хотел задеть его, вывести из себя и…

— Джек, это безумие! Зачем?

— Он пытался меня запугивать, и я здорово разозлился. Короче, я начал наезжать на него, а он подумал, что я говорю согласно сценарию, разработанному в полиции. Он считал, что я намеренно оскорбляю его, чтобы заставить начать охотиться за мной. И проговорился. Сказал, что я с благословения полиции изображаю из себя наживку, пытаясь выманить его в Лос-Анджелес. Так именно он и сказал: «Выманить меня в Лос-Анджелес». Стало быть, он живет за пределами города.

— Хорошо, что ты это заметил, Джек. Но тебе не приходило в голову, что он, возможно, играет с тобой? И сказал это по той именно причине, что обитает в Лос-Анджелесе? Вот почему этот разговор следовало записать. По крайней мере мы смогли бы его проанализировать.

Увы, я совершенно упустил это из виду.

— Извини, записи нет. Зато я заметил еще одну вещь.

— Что именно?

Она говорила коротко и по-деловому, и у меня закралось подозрение, что наш разговор, возможно, прослушивается.

— Он или взламывает всякий раз сайт, или установил там шпионское устройство, передающее нужный ему материал.

— Ты имеешь в виду веб-сайт «Таймс»? Что навело тебя на эту мысль?

— Он в курсе планов выпуска завтрашнего номера. Знает, к примеру, что завтра под моим именем не выйдет ни одной статьи.

— Если это правда, мы сможем это проверить, — произнесла Рейчел с волнением.

— В таком случае позволь пожелать тебе удачи в плане кооперации с руководством «Таймс». И еще одно: если этот парень так умен, как ты говоришь, он знает, что этот разговор станет достоянием властей, и по этой причине или уже снял свое передающее устройство, или считает его слишком хитроумным или продвинутым, чтобы его можно было обнаружить.

— Попытаться тем не менее не помешает, верно? Я встречусь с кем-нибудь из наших офицеров по связям с прессой, чтобы урегулировать вопрос с «Таймс». По-моему, дело того стоит.

Я согласно кивнул.

— Кто знает? Возможно, это станет началом новой эры сотрудничества между средствами массовой информации и представителями сил правопорядка. Вроде нашего с тобой, Рейчел, сотрудничества — только на более высоком уровне.

Я произнес это с улыбкой, надеясь, что она тоже улыбнется.

— Ты неисправимый оптимист Джек. Кстати, о сотрудничестве. Я могу сейчас прислать человека за твоим телефоном?

— Несомненно. Но как насчет того, чтобы прислать собственную особу?

— Я не смогу приехать. Мне надо заниматься своими делами. Я же тебе говорила.

Я задумался, не зная, как истолковать ее слова.

— У тебя неприятности, Рейчел?

— Еще не знаю. В любом случае мне пора идти.

— Скажи, ты входишь в состав объединенной следственной группы? Твое начальство не сняло тебя с этого дела?

— Пока не сняло.

— Что ж, уже хорошо.

— Да.

Мы договорились, что я встречусь с ее агентом за пределами главного входа в здание «Таймс» через полчаса. Настала пора расставаться.

— Что же ты не вешаешь трубку, Рейчел? — спросил я.

— А ты, Джек?

Мы отключили телефоны почти одновременно. Несмотря на то что за последние тридцать шесть часов была убита Анджела, я сам подвергся нешуточной опасности, а несколько минут назад слышал угрозы убийцы, этот разговор по какой-то непонятной причине вдохновил меня. Более того, я давно уже не чувствовал себя таким счастливым и полным надежды.

Правда, почти сразу после этого у меня появилось чувство, что продлится это очень недолго.