Жокей в маске - Марсель Аллен

Вошедший тоже был весьма известен в преступном мире. У многих при одном упоминании имени Сторожа пробегали мурашки по телу. Но тот, кого называли Хозяином, даже не удосужился посмотреть в его сторону. Он молча ждал. Вошедший приблизился и сел рядом на высокий табурет.

– Вот и я.

– Вижу, – буркнул Хозяин.

Он повернулся к официанту:

– Пойди-ка, погуляй. Для твоей же пользы лучше ничего не слышать.

Не говоря ни слова, официант вышел под дождь. Было ясно, что с мужчиной в темном плаще спорить не принято. Дверь негромко хлопнула, и в зале остались только двое.

Вошедший снял мягкую шляпу, наполовину скрывавшую его лицо.

– Давно не виделись, Фантомас, – произнес он. – Я к твоим услугам.

Его собеседник усмехнулся:

– Ну, так уж и давно… Впрочем, у нас такая жизнь, что каждый день может оказаться последним. Ну, рассказывай. Удалось что-нибудь?

Сторож поскреб в затылке:

– Кое-что удалось. По крайней мере, я знаю, где он. И как с ним связаться.

Король преступников оперся на стойку и прищурил глаза:

– Подробней.

Сторож сделал глоток.

– Меня предупредили, что за твоим сыном пожаловали легавые, – произнес он. – Я сам попался к ним в руки, по собственной воле. Прикинулся мелким жуликом. Спасти Владимира я не мог, но когда его посадили в тюремный фургон, я уже был там. И ехал с ним вместе до тюрьмы предварительного заключения.

– Большое достижение! – хмыкнул Фантомас. – Понятно, что его повезли туда.

Сторож обиженно сморщился:

– Но я же хотел быть к нему поближе! Думаешь, приятно встречаться со следователем?

Фантомас нетерпеливо махнул рукой:

– Ладно, ты – герой, жалую тебе орден Почетного легиона. Что дальше?

– Дальше… Ну, меня допросили, взяли штраф и выпустили. Потом я добрый час подпирал стенку во Дворце правосудия, пока не увидел, как Жюв повел твоего сына в антропометрическую лабораторию…

Сторож смолк, увидев на лице собеседника довольную улыбку.

– Чему это ты так радуешься? – спросил он.

– Своей предусмотрительности. В лаборатории на Владимира ничего нет. Я позаботился перехватить его карточку, которую заказывал Жюв. Ее больше не существует. Воображаю, как расстроился бедный полицейский! Единственное доказательство пропало!

Тут Фантомас взглянул в лицо Сторожу, и улыбка сползла с его лица.

– Что такое? – медленно проговорил он.

Сторож обреченно вздохнул:

– Значит, ты зря старался. Жюв попросту взял парня на пушку. Тот признался, кто он такой, еще не доходя до лаборатории.

Фантомас скрипнул зубами.

– Как меня угораздило произвести на свет такого болвана! – воскликнул он. – Сколько раз ему говорил, что нужно стоять до последнего!

Бокал в его руке хрустнул. Это немного отрезвило преступника.

– Ладно, – бросил он. – Что дальше?

Сторож покачал головой:

– Ничего хорошего. Его отправили в Санте.

– Номер камеры?

– Четыреста двадцать два по коридору Е. Между прочим, пришлось поставить бутылку охраннику, чтобы узнать это.

– Не волнуйся, верну сторицей, – сухо улыбнулся Фантомас. – Ты это заслужил. Разнюхал все не хуже полицейской ищейки.

Он помолчал.

– Что ж, информация ценная. Теперь – как с ним связаться?

Сторож с гордым видом достал из кармана кусок картона.

– Потратившись на бутылку, я извлек из этого максимальную пользу. Вот бланк пропуска. Я спер его из кармана моего охранника. Такие выдаются электрикам. Их там сейчас человек пятьдесят. Они работают круглосуточно – идет реконструкция всей системы энергообеспечения. Так что ты можешь попасть в тюрьму хоть сегодня ночью!

Фантомас положил руку на плечо собеседника и легонько сжал ее.

– Ну что ж, дружище, – проговорил он. – Ты оказал мне незабываемую услугу. Если что понадобится, скажи. Я у тебя в долгу.

Сторож польщенно улыбнулся. Не каждый день тебя благодарит величайший преступник Франции, а может, и всего мира!

В четыре часа ночи князь Владимир не спал. Он снова мерил шагами камеру.

– Отец предупреждал, что меня всегда могут схватить, – бормотал он. – И в этом случае самое главное – установить между нами связь. Он говорил, что я должен быть постоянно начеку, чтобы не пропустить весточки от него. Значит, спать нельзя!

Он потер виски:

– Без помощи Фантомаса мне конец. Надо ждать. Надо ждать!

Тянулись бесконечные часы. Не доносилось ни звука, все заключенные спали. Только Владимир бродил в своей камере, словно дикий зверь в клетке. Он чувствовал себя так, словно его погребли заживо. Надежда оставалась только на Фантомаса.

Издалека послышался бой часов, находившихся в центральном коридоре тюрьмы. Будто подчиняясь их сигналу, лампочка под потолком погасла и тут же снова зажглась. Владимир вздрогнул:

– Что это, случайность? Или это отец подает мне знак?

Лампочка снова погасла и зажглась. Стало понятно, что свет включается то через длинные, то через короткие промежутки. Задержав дыхание, Владимир чуть слышно прошептал:

– На что-то это похоже…

И он понял.

– Точка – тире, точка – тире… Азбука Морзе! Это отец!

В свое время Фантомас научил сына множеству вещей, казавшихся тогда ненужными. В их число входила и азбука Морзе. И вот теперь она пригодилась. Найдя где-то провод, питающий лампочку в камере Владимира, Фантомас передавал ему информацию. Владимир принялся расшифровывать сигналы.

– Не тебя нет улик, – мигала лампочка. – Я уничтожил твою карточку. Ни в чем не сознавайся. Не отчаивайся. Я делаю все, чтобы спасти тебя. Помни об этом. Держись.

Владимир сжал кулаки. Еще не все потеряно! Отец помнит о нем!

Тем временем лампочка потухла. Затаив дыхание, Владимир ждал. Наконец снова замигал свет.

– Самое главное – не признавай за собой никакой вины. Это погубит тебя в первую очередь. И жди от меня вестей.

Лампочка вспыхнула ярче, затем передала еще несколько коротких сигналов. Владимир прочитал зловещие буквы. Это была подпись:

«ФАНТОМАС».