Знак Истинного Пути - Елена Михалкова

– Эдуард, откуда он взялся? Вы его знали? –спросил Макар, глядя на Эдика.

Они сидели после похорон в гостиной. Все зеркала в доме былизанавешены, цветы убраны, но здесь, в гостиной, не было ни зеркал, ни пустыхваз, и на секунду можно было представить, что ничего не случилось за последниймесяц. Что в массивном кресле сейчас появится Игорь Сергеевич Бобров, а надиван присядет, исключительно прямо держа спину, Евгения Генриховна. Но надиване сидели Наташа с Эдиком, держась за руки, а в креслах расположилисьБабкин с Илюшиным. Алла Дмитриевна и ее супруг исчезли куда-то сразу послепоминок, Мальчик Жора, как и Ольга Степановна, не появлялись даже на похоронах.Тимошу Наташа с утра отвела в садик, и сейчас во всем особняке были они одни.

– Так вы его знали?

Макар подумал, что Эдуард Гольц держится неплохо послетакого удара, как смерть матери. Хотя еще вопрос, что его потрясло больше – то,что она погибла, или то, что похитила его сына. То есть не сына, а племянника.Хотя в тот момент вообще-то сына…

– Знал, – вздохнув, ответил Эдик. – Это оченьдавняя история. Когда-то у мамы была подруга, Ирина Волейчук, а у той был сын.Борис попал служить в Афганистан и вернулся оттуда… вернулся конченымчеловеком. Тетя Ира показывала его психиатрам, ему прописывали какие-толекарства, но ничего не менялось. Она как-то раз говорила, когда была у нас вгостях, что Боря стал пустой внутри. Да, я хорошо запомнил, так и сказала – чтоон стал пустой внутри. Тетя Ира думала, что хуже уже быть ничего не может, нопотом Борис сел на иглу, и у нее в доме начался кромешный ад. Вы представляетесебе бывшего афганца, который стал наркоманом?

Макар с Сергеем синхронно кивнули – они представляли.

– Тетя Ира снова пыталась его лечить, и опять безвсякого результата. Тогда подключилась мама – нашла хорошую клинику, оплатилалечение, и он вышел оттуда совершенно другим. Правда, тетю Иру предупредили: отвсего предыдущего лечения – а Борис много по больницам лежал, и впсихиатрической тоже – у него в голове произошли необратимые изменения. Честноговоря, я никаких изменений не заметил, он всегда был молчаливый и какой-тостранный. Но он все стал воспринимать на веру. Однажды тетя Ира ему сказала,что он матери моей должен быть по гроб жизни обязан, – так он каждый раз,когда она приезжала, глаз с нее не спускал. Просто сидел молча, ничего неговорил – только смотрел. Но все, что мама просила, делал. Сразу же, каксобачка. А через несколько лет тетя Ира заболела и умерла, причем очень быстро.Борис остался один, и тут выяснилось, что он один не может – нужно, чтобы егокто-то направлял. Понимаете? Он даже за квартиру по счетам не мог платить, да инечем было. Тогда мама ему помогла: отправила в дом деревенский, который ещеродителям тети Иры принадлежал, а квартиру его стала сдавать. Вот на те деньгион и жил. Я его не видел много лет и даже не знал, что мама с ним какие-тоотношения поддерживает. Думал, он сам постепенно научился жить. Как выяснилось,ошибся. Что с ним будет?

– Не знаю, – пожал печами Макар. – Наверное,ничего хорошего.

– Но как вы поняли, что… – Эдик запнулся, потомсправился с собой и продолжил: – Что Тима похитила мама?

Макар с Бабкиным переглянулись.

– Мы до последнего не были уверены, – призналсяСергей. – Все стало окончательно понятно, только когда ваша мама бросиласьк машине. Но вообще-то мы шли методом исключения. Степан Затрава не подходил –кстати, не он убил Илону, – и в любом случае от него пришли бы какие-тотребования. Я подозревал жену вашего дяди…

– Аллу Дмитриевну, – подсказал Эдик.

– Да, ее. Или ее супруга. Но у них совершенно не быломотива, чтобы похищать ребенка.

– А у мамы был.

– Да, – подтвердил Бабкин, – у вашей мамыбыл. Правда, пока мы догадались, что это может быть мотивом, прошло слишкоммного времени. Она считала мальчика Знаком. И Знаком плохим.

– А я-то, наивный, думал, что мама даже начинает к Тимупривязываться, – горько усмехнулся Эдик.

– Нет, она не привязывалась, – покачал головойМакар. – Думаю, в последнее время она очень плохо себя чувствовала:сначала возникли проблемы с бизнесом, причем серьезные, потом в доме убилидевушку… К тому же у нее перед глазами постоянно был такой серьезныйраздражитель. Извините, Наталья Ивановна, что я так говорю о Тимоше, но этоправда.

– Я понимаю. И глупо, что мы сами ничего незамечали. – Наташа задумалась ненадолго. – Знаете, как-то раз нас сТимом испугала машина… Точнее, не нас, а меня. Мы с ним возвращались из садика,и мне показалось, что на нас кто-то смотрит и хочет сделать что-то плохое.

– Ты мне не рассказывала, – насторожился Эдик.

– Да теперь-то уж дело прошлое, – махнула рукойНаташа. – А тогда я бросилась бежать от какой-то машины, потому чтоподумала, что она нас хочет задавить. Большая такая машина, джип, кажется.Водитель на меня посмотрел как на круглую дуру. Да я и сама так про себяподумала. А сейчас мне кажется, что я тогда была права.

– Только на тебя смотрела из сада мама, да? –поморщился Эдик.

Наташа кивнула, виновато глядя на мужа.

– Или из окна, – вздохнула она. – В общем,если бы я себе самой больше доверяла, то мы с тобой, Эдя, не занимались бытаким самообманом.

– Не думаю, – возразил ей Макар. – В смысле,не думаю, что вы смогли бы понять, чего хотела ваша свекровь. ЕвгенияГенриховна свои чувства тщательно скрывала, но она больше не могла видетьвашего сына. Зла ему не хотела, а просто желала, чтобы его не было. Предложилаотправить его к знакомым, но вы, Эдуард, отказались, что стало последнейкаплей. Ей, видимо, было очень плохо, если она пошла на такой шаг. А главное,совершенно непонятно, что она собиралась делать дальше. Уже одно этодоказывает, как плохо ваша мать себя чувствовала, ведь госпожа Гольц, насколькомне известно, всегда просчитывала все на два шага вперед. А здесь ей былоневажно, что будет дальше, – важно, чтобы сейчас жизнь хоть на какое-товремя вошла в обычную колею. В конце концов, она в любой момент могла попроситьБориса подбросить мальчика к дому. А Тимофей все равно не смог бы рассказать,кто его похитил и где он был.

– Река без берегов… – задумчиво проговорил Эдуард,вставая с дивана и подходя к окну.

– Что, простите? – не понял Макар.

– Нет, ничего, – ответил Эдик, глядя на начинающиезеленеть деревья. – Постойте! – спохватился он. – Вы сказали,что не люди Затравы убили Илону. Но кто же тогда? Вы узнали?

– Узнали, – пробасил Сергей, доставая тетрадку.