Метка смерти - Андреас Грубер

Сестра Магдалена описала им лесную дорогу к территории монастыря. В старой кирпичной стене находилась арка, через которую можно попасть на заброшенное кладбище. Там они должны ее ждать.

Томас и Грит оставили машину недалеко от монастыря, обогнули здание и нашли кладбище. Уже четверть часа они стояли рядом с монастырской стеной. Влажность медленно поднималась из долины, и Грит застегнула молнию своей темно-синей мембранной куртки. Они не произносили ни слова, просто ждали, но с каждой минутой все больше нервничали.

Наконец послышались приближающиеся по гравию шаги. Раздался скрип металлической калитки, и на кладбище вошла высокая женщина в черном платье, черном головном покрывале и с четками на поясе. Она шла, склонив голову, на шее у нее висел серебряный крест. Подойдя к ним, она распрямилась.

– Сестра Магдалена? – спросил Томас. В его голосе послышалась странная хрипота.

Грит лишь молча смотрела на женщину. Белые волосы, высокие скулы, полные губы, серые глаза – внезапно они наполнились слезами, которые потекли по щекам.

У Грит больше не было сомнений. Она почувствовала связь.

– Мама… – произнесла она, и ее сердце скакнуло вверх.

В следующий момент женщина обняла ее, и сердце Грит забилось так стремительно, словно хотело разорвать грудную клетку. Она не могла дышать, у нее перехватило горло.

– Все хорошо, дитя мое. – Магдалена погладила ее по волосам. – Какой большой и красивой ты стала… – Казалось, на мгновение у нее отказал голос. – Все эти годы я надеялась, что у тебя все сложится в жизни. – Она крепко прижала Грит к себе, затем отпустила и вытерла слезы. Моргая, она рассматривала Томаса. И улыбнулась, как будто испытала огромное облегчение.

Но Томас стоял словно окаменевший, неожиданно усомнившись, что все это происходит на самом деле.

– Это Томас, твой сын. – Грит всхлипнула.

Магдалена взяла его за руки, но он продолжал недоверчиво смотреть на нее. Когда же наконец заговорил, его голос прозвучал жестко.

– Почему ты нас отдала?

– Это единственный вопрос, который пришел тебе в голову? – одернула брата Грит.

– Оставь его, – мягко сказала Магдалена. – Это справедливый вопрос. – Она все еще держала Томаса за руки. – Я сделала это ради вашей безопасности, иначе вы прожили бы не больше года.

– Что?! – Томас нахмурился.

Магдалена посмотрела на надгробные камни.

– Где-то здесь похоронены ваши братья и сестры. – Она выпустила руку и погладила мраморную доску. – Но я не знаю где.

– Братья и сестры? – Томас взглянул на Грит, словно опасаясь, что женщина сошла с ума.

– Я должна так много вам рассказать, – вздохнула она. – Но не уверена, хотите ли вы это вообще слышать.

– Я хочу услышать все, – сказала Грит.

– А я просто хочу узнать, кто мой отец, – пробурчал Томас. Очевидно, он представлял себе их встречу по-другому.

– Этого я не знаю.

– Нет? – вырвалось у Томаса.

Магдалена отвернулась. Ее вгляд переместился с кирпичной стены на обгоревшие черные руины.

– Я хорошо помню изнасилования… но все это в прошлом. Я научилась с этим жить. – Она снова повернулась к ним. – Важно лишь то, что с вами все в порядке.

Изнасилования?

У Грит снова перехватило горло.

– Но… почему?

– Вы действительно хотите это услышать?

– Поэтому мы здесь. – Томас сохранял самообладание.

– Их было много, и они прекращались, лишь когда мы были на пятом месяце беременности, – начала рассказывать Магдалена. – А через три месяца после родов все начиналось снова. Однако не со мной. Потому что во время ваших родов парник сгорел. – Она кивнула на черные руины.

– Парник? – спросил Томас, но взгляд Грит заставил его замолчать.

– После пожара все прекратилось. – Она посмотрела на своих детей, ее взгляд был полон нежности и любви. – Я расскажу вам, как и почему я отправила вас отсюда. Идите за мной. – Она вышла через арку.

Томас и Грит последовали за ней вверх по тропе.

– Это была грозовая ночь. Я лежала на матрасе на втором этаже. Начались схватки. Вспышки молнии озаряли все вокруг как днем, а раскаты грома были такими оглушительными, что мы думали, колокольня обрушится. И тут Бог послал мне план, как отправить вас отсюда, чтобы вы избежали судьбы, постигшей всех остальных…