Последнее испытание - Мэри Бёртон

– Мне нужно расспросить вас о Бет Уотсон.

Он скрестил руки на груди.

– А что с ней?

– Этой ночью ее нашли убитой.

Он замер; затем сделал глубокий медленный вдох.

– Это ужасно. Господи… Что произошло?

– В данный момент я не вправе раскрывать вам подробности. Вы не знаете, у нее были проблемы на работе?

– Нет. Она была милой девушкой. Домоседкой. Я ей симпатизировал. Она напоминала мне о том, каким был я сам в ее возрасте.

– Может, какой-то человек или какое-то событие показалось вам необычным?

– Несколько месяцев назад к нам забрались воры. Украли мелкую наличность из кассы и несколько бутылок крепкого из кафе.

– Я этого не помню.

– Я говорил об этом происшествии с шерифом Грином.

– Вы позвонили ему напрямую?

– Мы давно знакомы. Он всегда поддерживал команду.

Беннет достала из кармана пробирку с тампоном.

– Кстати, о команде. Это вторая причина моего визита. Специальный агент Кроу попросила меня взять образцы ДНК всех футболистов команды две тысячи четвертого года.

– Она думает, это сделал один из нас? – Шоу удивленно вскинул бровь.

– Проверяет все варианты. Вы не против?

– Конечно, берите.

– Может, вы хотите сделать это в более приватной обстановке?

– Мне нечего скрывать.

Она быстро натянула перчатки, извлекла тампон из пробирки. Шоу широко раскрыл рот.

Приблизившись к нему, она уловила запах пота – вероятно, после интенсивной тренировки. Мышцы спины вдруг напряглись, рука дрогнула. Сердце забилось быстрее.

– Вы в порядке? – спросил Шоу. – Вы какая-то бледная…

– Все нормально. – Поджав губы, Брук провела тампоном по внутренней стороне его щеки и быстро вернула тампон в пробирку.

Он пристально смотрел на нее.

– Это все?

– Все.

– Рад был помочь. Звоните в любое время.

Брюс Шоу махнул рукой и направился к входной двери. Звонок телефона заставил его остановиться, и тело доктора внезапно напряглось. Он говорил тихо и отрывисто, и Беннет не могла разобрать слов. Шоу быстро удалялся от нее. Когда он входил в здание, лицо его было злым.

– Что, черт возьми, происходит?

Она помассировала шею, села в машину и набрала номер матери. Звонок переключился на голосовую почту.

– Мама, позвони мне. У меня к тебе несколько вопросов о Брюсе Шоу.

* * *

Было уже одиннадцать, когда Невада высадил Мэйси у ее номера в мотеле.

– Спасибо, что подвез.

– Предложение переночевать у меня остается в силе.

– Я не засну.

– Это плохо?

Она улыбнулась, прижалась к нему и поцеловала в губы.

– Спокойной ночи, Невада.

– Последний раз я подвозил тебя в аэропорт. И услышал о тебе снова только тогда, когда мне позвонили и сказали, что ты в коме.

Кроу вгляделась в его лицо.

– Я взрослая девочка.

– Которая любит рисковать.

– Именно так я и сказала Рамси.

Нахмурившись, он покачал головой. Мэйси догадывалась, о чем он думает.

– Я подожду, пока ты войдешь.

Она взяла рюкзак, вышла из машины и направилась к двери номера. Вставила ключ в замок, толчком распахнула дверь и окинула взглядом комнату. Потом оглянулась на Майкла и махнула рукой, показывая, что все в порядке. Он моргнул фарами и подождал, пока она закроет и запрет дверь.

Мэйси подтащила к двери тяжелый стул. Потом сняла кобуру, положила ее на маленький туалетный столик рядом с ванной, скинула ботинки. Включила горячий душ, разделась, шагнула под тугую струю воды и едва не всхлипнула от облегчения, когда вода заструилась по коже.

Она стояла под душем, пока окончательно не согрелась, потом растерлась полотенцем, надела футболку с надписью «ФБР», положила на тумбочку пистолет, телефон и зарядку, схватила рюкзак и забралась под одеяло.

Следующие полчаса Кроу провела перед ноутбуком, записывая подробности дела и составляя список свидетелей, которых следовало допросить завтра. Затем пришло письмо по электронной почте. От Энди, с темой «Синди Шоу».

Энди исследовала базу департамента транспорта и нашла водительские права, выданные Синди Шоу в 2004 году. С цветной фотографии на нее смотрела юная девушка с длинными темными волосами, широкой улыбкой и россыпью веснушек, которые не могли смягчить настороженность во взгляде ее карих глаз. Мэйси видела много сбежавших подростков с таким взглядом.

Синди была похожа на Тоби и жертв изнасилования.

– Боже, девочка… Что с тобой случилось?

Энди писала, что больше никаких сведений о Синди найти не удалось – ни в полиции, ни в базах государственных органов.

Мэйси закрыла ноутбук и ущипнула себя за переносицу. Потом откинула голову на спинку кровати и закрыла глаза.

Шарк-шарк-шарк.

Звук был тихим, но настойчивым. Звук скребущих по земле ногтей. Кто-то пытался выбраться из могилы.

– Я еще здесь, – сказала Синди. – Не оставляй меня.

– Чего ты хочешь?

– Найди меня, как нашла других. Я хочу домой.

– Каких других?

– Найди меня.

– Где ты, черт возьми?

…Хлопок автомобильной двери на улице разбудил Мэйси, и она рывком села. С бешено бьющимся сердцем окинула взглядом комнату, ожидая худшего, схватила пистолет и спустила ноги с кровати. Стул перед запертой дверью был на месте.

– Если я и хотела бы поговорить с умершим человеком, то точно не с тобой, Синди Шоу. – Мэйси провела рукой по волосам. – А как насчет тебя, папа? Почему ты не приходишь? Мы с тобой не говорили по душам. А ты, мама? Могла бы мне сказать пару слов в утешение…

Она передвинулась на край кровати, положила пистолет рядом с собой и закрыла лицо руками.

– Ну вот, теперь мне нужно поговорить с умершими родителями. Я точно сошла с ума.

Этому должно быть рациональное объяснение. Мэйси не сомневалась, что МРТ и хороший невролог все выяснят. На этом этапе может оказаться полезным даже мозгоправ. Любой, кто сумеет объяснить, почему ее мозг обрабатывает информацию в виде голоса мертвой девушки, с которой она никогда не встречалась.

Кроу осторожно легла, откинувшись на подушки и несколько минут, а может, и полчаса разглядывала потолок. Сердце постепенно замедлило свой ритм, напряжение спало. Глаза закрылись, и Мэйси наконец заснула.