Непобедимая жара - Ричард Касл

Она сидела на крышке унитаза в просторной ванной комнате Рука; он, склонившись над ней, осторожно раздвинул пряди волос, чтобы осмотреть рану. Никки, глядя в зеркало на свое лицо, перепачканное засохшей кровью, заметила:

— На самом деле все не так плохо, как кажется.

— О, если бы только мне давали пять центов всякий раз, когда я произношу эту фразу…

— По какому поводу, Рук? Обращаясь к наивной подружке, которая ловит тебя с посторонней девушкой в баре?

— Низкая клевета. — И он добавил: — Обычно это бывало в спальне. — Он снова повернулся лицом к зеркалу, чтобы Никки могла увидеть его торжествующую ухмылку. — А один раз даже в антикварном шкафу. Боже, как я скучаю по старшим классам! — Он направился к раковине и взял приготовленную миску с теплой мыльной водой.

— Как вы считаете, доктор, зашивать нужно?

Рук обмакнул в воду комочек ваты и начал осторожно смывать кровь.

— К счастью, это скорее царапина, чем рваная рана, так что никаких швов. Хотя… когда тебе в последний раз вводили противостолбнячную сыворотку?

— Недавно, — ответила она. — Сразу после того, как серийный убийца поработал надо мной стоматологическими зондами вон там, в твоей гостиной.

— Да, у нас много общих приятных воспоминаний, верно, Никки?

Двадцать минут спустя, приняв душ и переодевшись в свою свежую блузку и джинсы, найденные в шкафу Рука, Хит появилась на кухне.

— Превращение завершено, — сообщила она.

Он подвинул ей чашку с двойным эспрессо.

— Значит, ты не шутила. Когда тебя сбивают с ног, ты действительно поднимаешься.

— Ты меня еще не знаешь.

— Могу сказать, что начало неплохое, — крикнула Никки, осмотрев Доску Убийств Рука. Он возник из коридора, держа в руках пластмассовый ящик для молочных бутылок, полный офисных принадлежностей, и подставку из алюминиевых трубок, предназначенную для большой офисной доски. Пока что доска стояла на кресле в ожидании того момента, когда ее пригласят принять участие в вечеринке. — Основная информация, на которой необходимо сосредоточиться, здесь присутствует.

— Подробные заметки — друзья журналиста, — отозвался он. — Хотя уверен, ей далеко до Доски Убийств Никки Хит. Она скорее похоже на вариант для филиала. Я называю ее Южная Доска Убийств.

— Сейчас здесь имеется больше сведений, чем там, в участке. — И Никки рассказала ему о капитане Айронсе и его некомпетентности, которая сделала больше, чем все препоны Монтроза, и помогла полностью затормозить расследование убийства священника. — Поэтому сейчас мы единственные, кто занимается делом Графа.

— Тогда не будем терять времени зря, — отозвался Рук.

Следующий час они провели, обновляя информацию на Доске, заполняя ее новыми «ниточками» и интересующими людьми. Рук занимался самой доской: он разделил ее на части для каждого направления расследования, переделал временную шкалу, добавив обнаруженные недавно сведения; Никки создала каталог из карточек, найденных в ящике Рука, и заполнила их подробными описаниями и вопросами в соответствии с разделами на доске. Сосредоточившись на работе, они совсем забыли о своих разногласиях, обидах и недомолвках. С самого начала, без лишних церемоний, они вернулись к прежним отношениям. И наконец, когда доска была готова, а карточки снабжены номерами и разложены по порядку, они сели передохнуть и полюбоваться своей работой.

— А мы неплохая команда, — заметила Хит.

— Лучше не бывает, — согласился Рук. — Дополняем друг друга.

— Не зазнавайтесь, мистер Журналист, самое трудное еще впереди. С нашими ограниченными ресурсами, вдвоем, мы никогда не сможем разработать все версии и заняться всеми людьми, которые нам нужны.

— Никаких проблем, — возразил Рук. — Надо просто взять и арестовать одного из них. Это сузит круг поисков. Или, еще лучше, применим метод Каддафи и арестуем сразу всех.

— Кстати, ты напомнил мне о том, что я — то есть ты — должен постоянно помнить: я не могу никого арестовать. Забыл? У меня нет ни жетона, ни пистолета.

Переварив это, он заявил:

— Не нужны нам никакие вонючие жетоны. А что касается оружия, то ведь сейчас зима, и ты превосходно справишься с бандой киллеров при помощи сосульки.

Никки ткнула в его сторону ручкой.

— Постарайся не забывать об этом.

— Понял.

— Поскольку нас всего двое в упряжке, нужно вычленить главное. — Она поставила доску для презентаций на подставку и, сорвав упаковку, открыла чистый лист. — Вот наши основные цели. — Хит взяла маркер и печатными буквами написала список главных подозреваемых, объясняя Руку причины выбора: — Серхио Торрес… Если он и не убивал Графа, то в любом случае как-то связан с убийцей, — к тому же его боевые навыки слишком хороши для уличного грабителя; Лоренс Хейс… У него были не только мотив и возможность убить, он угрожал отцу Графу. И что такого интересного ты хотел рассказать мне вчера вечером о «Лансер стандард», прежде чем я на тебя налетела?

— Я вспомнил, что слышал кое-что нехорошее о компании Хейса, поэтому вчера связался со своим источником в Гааге; мы познакомились, когда я писал статью о «сердечном приступе», случившемся со Слободаном Милошевичем перед вынесением приговора.[87]В яблочко. Смотри сюда. — Он показал на экран своего ноутбука и прочитал вслух: — «Международная организация по защите прав человека подала в суд на „Лансер стандард“, обвиняя его сотрудников, действующих в Ираке и Афганистане, в издевательствах сексуального характера, пытках водой, а также — внимание! — пытках с применением электрического миостимулятора». — Он поднял голову и спросил: — Где мы слышали подобное название, мальчики и девочки?

— Неплохо, — отозвалась она. — Ты определенно привлек мое внимание. — И Хит продолжила свой список: — Хорст Мюллер… Наш немецкий стриптизер угрожал Графу, а потом его по какой-то причине пытались убить. Даже если пуля на самом деле предназначалась мне, я хочу знать, почему он пытался сбежать. Алехандро Мартинес… Его грязные деньги были спрятаны в доме священника, и мы должны выяснить, как они туда попали. «Justicia a Guarda»… Воинствующие фанатики с революционным уклоном — не забывай, отца Графа в последний раз видели у них в штабе. Эмма… Не знаю, кто такая Эмма, у меня так и не появилось возможности это выяснить, — однако Граф удалил всю переписку с ней. Поэтому Эмма тоже попадает в мой список. Человек с татуировкой… Неизвестный мужчина, мелькнувший на видеозаписи в компании девушки — соседки «госпожи» из секс-клуба. Не могу оставить его в покое. Капитан Монтроз… Итак, на него можно взглянуть с двух сторон. Во-первых, его подозрительное поведение незадолго до смерти, связь с делом Графа. Во-вторых, так называемое самоубийство, в которое я не верю. — И она, закрыв маркер, отступила от доски.