Призвание – опер - Вячеслав Жуков

– Банкир твой – такая же сволочь, как и этот Мономах. Ты его не жалей. Тут уж, как говорится, вор у вора дубинку украл. Теперь ты о себе побеспокойся. Это поважнее будет.

Лена вначале не поняла. Она пьяная. Игоряша уже глазом косит от выпитого. Ведь то и дело прикладывается к бутылке, и все из горлышка. Научился водку лопать из горла.

– А чего мне о себе беспокоиться?

– Дискета у тебя?

– Ну, у меня…

– И чего ты с ней делать собираешься? – поинтересовался Игоряша.

Вот так вопрос: не в бровь, а в глаз. Чего с ней делать? Лена не знала и призналась в этом брату.

– Ну и дура, раз не знаешь! – пожурил ее Игорь за слабую смекалку и посоветовал: – Ты сейчас позвони этому князю Мономаху, цену предложи за дискету. Поняла? Пусть денежки выложит. Да побольше.

Лена хмельным глазом уставилась на часы.

– Время час ночи. Неудобно как-то беспокоить…

Но Игоряша долго уговаривать ее не собирался. Отпив еще водочки, достал из ее дамской сумочки сотовый, вложил сестре в ладошку.

– Плевать тебе на время. Тоже мне, королева. Звони, – настойчиво произнес он, имея во всем этом скрытый замысел поживиться за счет сестры. Она ему подкидывает каждый месяц к скудной инвалидной пенсии по три тысячи. Но если не ошибается, то дискета дорого стоит. Значит, можно сорвать с этого Мономаха солидный куш. Может, осуществится давняя мечта Игоря: будет на что заказать импортные протезы. Сколько думал о них.

При одной мысли об импортных протезах он чуть не расплакался. Главное, потом привыкнуть к ним и научиться ходить. Но он постарается. И так еще будет отплясывать на Ленкиной свадьбе, что никто и не догадается о его инвалидности. Он сумеет.

– Звони, дура! – рявкнул Игоряша на нерасторопную сеструху.

Лена набрала номер и после нескольких томительных звонков услышала знакомый старческий голос. Разбудила старичка.

– Владимир Борисович, это я, – теряясь от жуткого волнения, сказала она. Тут же и подумала: «Может, зря я послушала Игоря. Пьяный он сейчас. Молотит языком чего не надо. А такие дела делаются на трезвую голову».

После разговора с девчонкой Мономах позвонил на сотовый Зубку, но узнал, что опоздал. Зубок прикончил Архангельского.

– Экой ты скорый на такие дела, – проскрипел старик, но осуждения в голосе не чувствовалось. – Дискета у девчонки. Сука! Решила сорвать с меня за дискету деньжат. Пять штук «зелени» просит. – И старичок добродушно засмеялся.

Зубок решил уважить вора и захихикал тоже.

– Хорошо, что она не знает настоящую цену этой дискетки, – сказал Мономах, отсмеявшись.

А Зубок осмелился спросить:

– И что вы собираетесь предпринять? Я могу узнать? – Он думал, что старик пошлет его к девчонке сейчас, немедленно. Но удивился, услышав неторопливое:

– А что тут предпринимать? Завтра пошлю к ней ребяток. Пять штук – это не деньги. Пусть заплатят, а там посмотрим.

– Может, мне к ней съездить?..

– Нет. Я сам ее проучу. А потом, знаешь, она – девка редкой красоты. Понадобится еще нам. Подложить под кого-нибудь. А ты, Зубок, если сделал дело, отдыхай пока. Завтра позвонишь мне.

Лена заночевала у брата. Не хотелось ночью возвращаться домой. А утром узнала, что Архангельского убили. Его сотовый не отвечал, сколько девушка ни звонила. Тогда она поехала к нему домой, а там уже милиция.

Напуганная случившимся, она тут же позвонила брату и рассказала.

– Знаешь, – сказал протрезвевший Игоряша, – мы, кажется, вчера с тобой лишку хватили. Наверное, не надо было звонить, торговаться насчет этой дискеты. – Теперь голос его звучал неуверенно. Чувствовалось, он раскаивается перед сестрой за то, что заставил ее звонить.

– Кретин! Зачем же ты меня заставлял?

– Ну, не ругайся, сестренка. Спьяна чего не сделаешь. Бывает.

– Спьяна? Дурак! Идиот! А ты не подумал о том, что меня могут так же легко убить за это, как Архангельского?

– А зачем ты брала эту чертову дискету? – в свою очередь, огрызнулся брат. Было чем укорить. Хотя, может, и несправедливо это.

Лена услышала бульканье. Поняла, он допивает остатки водки. «Вот гад!» – разозлилась она и сказала:

– Я тогда не думала, что все так серьезно. Понимаешь? Вроде бы на дискетке ничего такого… Списки. Фамилии. Суммы…

– Это для тебя ничего. А для знающих людей эта дискета имеет ценность. Знаешь, сестренка, я тебя защитить не смогу. Инвалид я. Так что извини, Ленок. А ты позвони в ФСБ. Организация серьезная. Скажи им про дискету. Про этого убитого банкира скажи. И попроси, чтобы приехали к тебе. Скажешь, что дискету оставила у меня. Приедут, я им и отдам. Поняла?

– Да, поняла, – без настроения ответила Лена. Но советом Игоряши решила воспользоваться. Деваться некуда. Не станешь же сидеть и дожидаться, пока тебя убьют.

Но, кажется, к ее звонку отнеслись не слишком серьезно. «Вот тебе и серьезная организация», – вспомнила она слова Игоря.

Разговаривала она с дежурным офицером, и тот, как капризная тетушка, задавал массу вопросов и напоследок пообещал, что передаст ее сообщение начальнику оперативного отдела, и велел находиться дома. Еще он записал номер ее телефона.

Лена так и поступила, никуда не уехала, осталась дома. Но, когда к подъезду подъехал серый «Вольво» и из него вылезли четверо мордоворотов, поняла, что это совсем не те, кого она ждала. И единственное, что она еще успела сделать, это позвонить брату Игоряше, предупредить.

Мономах послал к ней четырех «быков». Но парни оказались не очень понятливыми, из новичков, и с легкой работой не справились. Жестоко избили девушку, не забывая при этом еще и насиловать ее. Не пропадать же красоте. А такую каждому охота попробовать.

И Лена, перед тем как умереть, призналась, что дискета осталась у брата. Не вынесла пыток и назвала его адрес. Когда она умерла, ее тело опустили в ванну, предварительно налив туда холодной воды и всыпав три пачки стирального порошка. Только после этого бандиты поехали к ее брату-инвалиду.

Игорь не стал дожидаться, пока бандюки к нему приедут. Окинув взглядом квартиру, он пришел к мысли, что не будет лучшего места для тайника, чем под дерматином внизу двери. Какому идиоту придет на ум шарить по пыльной, засаленной обивке, до которой и дотронуться-то противно?

Спрятав туда дискету, Игоряша выкатился на коляске из квартиры. Дверь запирать не стал. Сейчас это было бессмысленно. Бандюки церемониться не будут. В подобных случаях они поступают просто – вышибают ногой дверь. Даже отмычкой пользоваться для них западло.

Игорь уже свернул на соседнюю улицу, когда серый «Вольво» едва не влетел на ступеньки подъезда. Четверо амбалов выскочили из машины и побежали в подъезд. Влетели в квартиру.