Любопытство наказуемо - Энн Грэнджер

Мы не слышали шаги в коридоре, но вдруг в мою дверь постучали, и мы обе вздрогнули.

— Откройте, Лиззи! — велела Люси, подталкивая меня к двери. — Это ваша комната; я спрячусь за кроватью.

— Не надо… — крикнула я, но она уже спешила прочь. Когда я открыла дверь, Люси присела за кроватью и скрылась из вида.

В коридоре стояла Кристина Роуч; как и следовало ожидать, уловка племянницы ее не обманула. Возможно, она из-за двери слышала, как мы разговариваем. Несомненно, мрачно подумала я, страсть к подслушиванию в этой семье передается по наследству.

— Где моя племянница? — осведомилась мисс Роуч. — Люси! — Она прошла мимо меня, как мимо пустого места. — Выходи немедленно!

Люси робко встала и принялась отряхивать юбку.

Мисс Роуч бесстрастно взирала на нее.

— Спускайся вниз. Приехал твой дядюшка; он хочет с тобой поговорить.

— Насчет Джеймса? — вдруг спросила Люси со страхом в голосе. — Что-нибудь случилось с Джеймсом? Только не говорите, что он умер! Если он умер, я выброшусь из окна!

— Не говори чушь! — сухо ответила тетка. — Если хочешь убедить нас в своем здравомыслии, ты выбрала очень странный способ. И чтобы я больше не слышала от тебя таких глупостей, ясно? Насколько мне известно, мистер Крейвен не умер и не заболел. — Она отвернулась и шагнула к двери. — Пойдем, Люси!

— Ах, Лиззи, пойдемте со мной! — взмолилась Люси, хватая меня за руку.

Мисс Роуч остановилась и посмотрела на нас вполоборота.

— Нет, — отрывисто сказала она. — Мы будем говорить о семейных делах. Мисс Мартин — не член нашей семьи. Поэтому, мисс Мартин, мне бы очень хотелось, чтобы вы сходили на прогулку.

— В отличие от других я за дверью не подслушиваю! — вспылила я.

— Надо надеяться, — последовал сухой ответ. — Однако моя племянница по случаю приезда дядюшки способна закатить истерику; я бы предпочла, чтобы вас в это время дома не было. Прошу вас гулять не менее получаса, мисс Мартин.

С этими словами она вышла, прямая как палка. Люси с жалким видом поплелась за ней.

Мне хватило времени прошептать:

— Люси, ничего не говорите и не делайте!

Но я понятия не имела, слышала ли она меня. Во всяком случае, виду она не подала.

Встревоженная и сердитая, я натянула ботинки, нахлобучила на голову шляпку и отправилась на вторую в тот день утреннюю прогулку.

Высокомерный тон мисс Роуч, фактически выгнавшей меня из дому, так взбудоражил душу, что мне пришлось едва ли не бежать, чтобы избавиться от распиравшей изнутри дурной энергии. В таком состоянии нельзя думать здраво, а мне нужно было соображать как можно лучше. Я шагала совершенно не так, как подобает настоящей леди, и развила такую скорость, что не успела оглянуться, как очутилась на кладбище. Я заглянула за ограду проверить, там ли церковный сторож, но не заметила никаких признаков Джарвиса. И церковь оказалась заперта. Я подошла поближе и подергала железное кольцо. Так и есть, закрыто. Значит, Джарвис отправился обедать домой… или в «Желудь». Я вздохнула с облегчением и повернула к крытым воротам, где собиралась немного посидеть.

Вдруг краем глаза я заметила какое-то движение справа. Кто-то, согнувшись почти пополам, бежал от могилы ребенка Люси. Я невольно вспомнила краба на берегу моря, который перебегает от одного камня к другому, везде ища укрытия. Фигура, которая так украдкой передвигается, всегда возбуждает любопытство, но мне показалось, что она стремится под тень тиса, туда, где я уже кого-то видела. На сей раз я решила выяснить, кто это.

— Стойте, погодите! — крикнула я и понеслась между холмиками, придерживая юбки обеими руками. Я непочтительно перепрыгивала через надгробные плиты, памятники и урны в греческом стиле, в которых стояли увядшие цветы; если бы старый Джарвис сейчас меня увидел, его бы удар хватил.

Теперь я различала женскую фигуру в темной одежде и заметила знакомую клетчатую шаль.

— Миссис Бреннан! — позвала я наудачу.

Услышав свою фамилию, женщина споткнулась, ухватилась за ближайший памятник, чтобы не упасть, и остановилась. Мне удалось догнать ее. Я увидела, что передо мной в самом деле вдова крысолова. Она по-прежнему сутулилась и избегала смотреть на меня. Ее взгляд был устремлен в землю.

— Дорогая миссис Бреннан, — сказала я, задыхаясь, — я мисс Мартин, компаньонка миссис Крейвен из «Прибрежного». По пути сюда несколько дней назад мы обогнали вас и вашего мужа на пустоши. Гринуэй вез меня и еще одного джентльмена в двуколке.

Она нехотя выпрямилась и, по-прежнему не глядя на меня, хрипло ответила:

— Да, мисс.

— Примите мои соболезнования… и все же я рада вас видеть. Мы все очень волновались за вас, — продолжала я. — Никто не знал, где вас искать и не нужно ли вам что-нибудь.

— Мне ничего не нужно, — по-прежнему хрипло отвечала она.

Кожа у нее была смуглая, обветренная; на лице выделялись маленькие бегающие глазки. Подойдя к ней вплотную, я почувствовала, что от ее одежды сильно пахнет дымом. Может быть, это она тогда разводила костер на берегу? Вдруг меня осенило. Гринуэй намекал на цыганское происхождение Бреннана; по пути в «Прибрежный» мы обогнали цыганскую кибитку; в дом заходила цыганка, которая продавала прищепки…

— Вы живете с цыганами, — сказала я. — В трудную минуту вы обратились к мужниной родне.

Она глянула на меня с удивлением:

— Откуда вы знаете, мисс?

— Догадалась, — смущенно призналась я. — Зачем вы убегали? Зачем скрывались от полицейских?

Она покачала головой, и длинные сальные патлы упали ей на лицо. В черных волосах заметны были седые пряди.

— Я ни от кого не убегаю, мисс. Мне больше некуда было пойти, кроме как в цыганский табор. Констебль не велел мне никуда отсюда уходить, вот я и осталась.

— Но вы не сказали констеблю, где вас искать! — сердито возразила я.

Она съежилась, и я тут же пожалела о своей несдержанности.

— Я ничего плохого вам не сделаю, — пообещала я. — Прошу вас, миссис Бреннан… по-моему, вам многое известно, и вы должны кое-что рассказать… и полицейским, и мне! Скажите, позавчера, когда мы с миссис Крейвен были на кладбище, это вы следили за нами из-за тиса? Почему вы…

Я замолчала; мысли в голове путались и неслись вперед такими огромными скачками, что я едва поспевала за ними. Я повернулась и окинула взглядом детскую могилку. На ней лежал свежий букет полевых цветов.

Заметив, куда я смотрю, жена крысолова негромко застонала и схватилась за свою шаль у самой шеи.

Я схватила ее грязную, но безвольную руку:

— Милая миссис Бреннан, значит, там похоронен ваш ребенок?! Там не малышка миссис Крейвен!

Она снова застонала и покачала головой.