Азиатский рецепт - Кристофер Мур

– Осторожно, милая, – проворковал Владимир, подняв пистолет.

Тиффани вытащила шприц, потом, немного порывшись в сумке, – коричневую ампулу. Она проткнула мембрану иглой и медленно оттягивала поршень, пока шприц не наполнился. Не сказав ни слова, Тиффани уколола пиявку и до отказа нажала на поршень. Минуту спустя пиявка взорвалась, словно в ней была бомбочка. Дювел, обрызганный собственной кровью, отпрянул. Он весь перемазался.

Дювел потрогал себя за бок и поднял руку.

– Меня ранили.

Тодд рванул к нему и помог сесть на пол.

– Никто в тебя не стрелял.

– Я кровью истекаю. Если не выживу, передайте Мае Лек, что я ее люблю. И Доктора Любовь ей обязательно передайте, – попросил Дювел, потянувшись к Тодду.

– Кровь из пиявки. Тиффани спасла тебе жизнь.

– Из пиявки? С каких пор пиявки убивают? – вопрошал Дювел, окуная палец в кровь.

Никто его не слушал.

– Отлично! – похвалил Владимир.

Алиса была в таком же восторге и впервые подумала, что Тиффани и впрямь ценнее, как пятый номер команды, чем как очередной труп.

– Что за хрень ты вколола? – полюбопытствовал Владимир.

– Сухую крокодилью кровь.

– Разве она не для собак с плохой кожей? – спросила Алиса, глотнув пива.

– Пиявок она тоже убивает. – Тиффани была в своей стихии и жестикулировала шприцем на глазах у завороженной публики.

Она покорила Владимира своей эрудированностью.

– Теперь вспомнил, – проговорил он. – Ты на доктора учишься.

– На ветеринара, – уточнила Тиффани.

– Это, конечно, плюс, но отпустить тебя мы не можем, – заявил Владимир.

– Почему?

– Ты вернешься в Паттайю и нажалуешься Пиву, – пояснила Алиса.

– Не нажалуюсь. Я с ним порвала.

– А он с тобой?

– Другое дело, если бы ты из Таиланда уехала, – заметил Владимир.

Тиффани стала рыться в сумке, наклоняя ее и так, и эдак.

– Не суетись, – посоветовала Алиса, потому что в пупок Тиффани прицелились как минимум пятеро.

Катои с улыбкой раскрыла свой паспорт, перелистала страницы и подняла всем на обозрение.

– Вот австралийская виза. Я уезжаю в Перт со своим австралийским бойфрендом. Это он написал текст моей сегодняшней речи.

Алиса глянула на визу, показала ее Владимиру, и тот кивнул.

– Предложи я тебе поехать со мной, ты согласилась бы? – спросил Владимир.

– В противовес чему, смерти?

– Смерть лучше Австралии. Мы ведь понимаем друг друга?

Минт и подружки еще не сдались – окружили стеллаж с «РПГ», и Поп ломиком вскрывала ящик, чтобы добыть боеприпасы для своей мини-банды.

– Минт считает, что должна была сегодня победить, – проговорил Владимир. – Ты с ней согласна?

Похоже на университетский тест или вопрос, который задавали на конкурсе красоты. Тиффани задумалась. Минт выпятила нижнюю губу, уперлась руками в бока. Ноздри трепещут, взгляд безумный – Мисс Талант ждала ответа Тиффани. Поп протянула подруге «РПГ».

Минт подняла гранатомет на плечо и прицелилась Тиффани в грудь. Дювел с Тоддом отпрянули в разные стороны. Алиса с Владимиром не шелохнулись, а их русские помощники курили и со скучающим видом потягивали пиво. Чем не наглядное проявление свободы выбора?

– Там вышла лотерея. На деле победительниц три – Минт, Поп и я.

Типичное политическое заявление по-тайски – безвредное, бессмысленное, бесполезное, полное липового дружелюбия и доброжелательности.

– Это тебе тоже австралийский бойфренд написал? – спросила Минт.

– Нет, – покачала головой Тиффани, – это от чистого сердца.

«В сердце четыре камеры, а в них пустота», – подумала Алиса. Она не подозревала, что на деле Тиффани – та еще плутовка. Шприц в сумочке, виза в паспорте, ответ на каверзный вопрос – потенциальный номер пять в команде убийц Владимира убедительно доказывала, что она ого-го какая штучка.

Пиявки дохли одна за другой, а жизнь Тиффани из тоненькой хлипкой ниточки превратилась в канат американского авианосца в Сиамском заливе. Профессиональное мастерство завораживало, спокойствие и блестящая импровизация в сложный момент доказывали: Тиффани – девушка не промах. На кураже она наносила один точный удар за другим и все больше претендовала на победу. Чем же ответит Минт?

Владимир коснулся плеча Мисс Талант.

– Сейчас ты станешь победительницей, – шепнул он.

Обещание прозвучало тихо, по-отечески, и Минт успокоилась.

– Да, но как? – спросила она, не сводя глаз с «РПГ».

Владимир снял корону с Тиффани и медленно водрузил ее на голову Минт.

– Объявляю тебя Мисс Белый Сад!

Поп и Гифт зааплодировали, за ними Владимир, за ним его помощники, за ними Тодд. Хлопала и Алиса, не выпускавшая из рук девятимиллиметровый пистолет, и даже бледный, окровавленный Дювел, который лег на пол и перевернулся на живот.

– Прекрасно выглядишь, – похвалила Алиса, а Гифт и Поп пожали ей руку.

Тиффани наблюдала за ними, завидовала их дружбе и чувствовала себя почти как Дювел.

– Минт, ты красавица, – проговорила она, выступив вперед. – Поздравляю!

«РПГ» с грохотом упал на цементный пол – Минт разрыдалась в объятиях Тиффани. Алиса опустила пистолет. Финала а-ля «Убить Билла» не получилось, но развязка Владимира устроила.

– В лошадях разбираешься? – спросил Владимир.

– Более чем. Я даже курсовую писала о заболеваниях копыт и стоматите у лошадей. Академический руководитель советовал заняться буйволами, но они скучные. Лошади куда красивее и дружелюбнее.

Дювел сидел на полу и стонал – Тодд осматривал ему раны. Казалось, Дювела пырнули ножом.

– Какую оценку тебе поставили? – поинтересовался Дювел.

– Три с минусом, – ответила Тиффани. – Но это потому, что я не захотела специализироваться на буйволах.

Владимира отметки не волновали. Тройку с минусом он считал приличным результатом. Еще он видел перспективы, которые открывали профессиональные знания Тиффани.

– Тиффани работает на меня, – объявил он.

Никто не возражал, и Владимир решил, что молчание – знак согласия.

– Никаких разногласий. Никаких ссор. Мы семья. Это касается каждого из вас.

Русские головорезы озадаченно хлопали глазами; в основном, разговоры велись на английском и изредка на тайском – когда Минт обращалась к подружкам или к Тиффани. Головорезы глянули себе на руки, потом на ноги, потом поплелись к погрузчику.