Он все видит! - Марина Серова

Пройдя неспешным шагом по центральной аллее, я остановилась, огляделась по сторонам и двинулась в обратную сторону. Навстречу мне пружинящей походкой двигался невысокий мужчина средних лет. Я подумала, что это и есть Аркадий Савин, но, кажется, ошиблась. Поравнявшись с молодой женщиной, катившей коляску с грудным ребенком, он остановился и наклонился к малышу. Так поступают только родственники или очень хорошие знакомые. Общение с малышом и его мамашей длилось недолго – всего-то несколько секунд, после чего женщина покатила коляску дальше, а мужчина приблизился ко мне. Когда расстояние между нами сократилось до одного метра, он спросил:

– Простите, вы не подскажете, где тут можно купить огнетушитель?

– За углом, – ответила я.

– Значит, ты и есть Оля? – Савин оценивающе оглядел меня с ног до головы. Я ответила ему тем же. – Ну и что у тебя за дело ко мне?

– Давайте присядем, – предложила я, указав зонтом-тростью на скамейку, с которой только что поднялись две старушки.

– Ну, давай, – согласился он и плюхнулся на скамью буквально впритирку ко мне.

– Отодвиньтесь, – тихо, но строго сказала я. – Со мной этот номер не пройдет.

– Какой номер? – Аркадий улыбнулся мне такой же – ничего не выражающей – улыбкой, которую я так усердно репетировала с Сержем.

– Вы думаете, я не поняла, зачем вы сюсюкали с ребенком? Стянули под шумок у его мамочки пару сотен рубликов, которую она взяла с собой, чтобы купить ему пачку подгузников, и радуетесь. Человека вашего уровня совершенно не красит такой мелкий улов.

– Ой-ой-ой! Какая ты умная, – Савин как бы невзначай положил руку на спинку лавочки, почти коснувшись моего плеча.

– Уберите руку, – тут же сказала я. – Я пришла сюда, чтобы сделать вам заказ, а не для того, чтобы позволить себя обокрасть!

– А кто тебе сказал, что я принимаю какие-то заказы?

– Огнетушитель и сказал. Мы с Олегом были очень близки.

– Понятно, откуда такой траур и трагизм в глазах. До сих пор его оплакиваешь? А может, я тебя смогу утешить? – спросил Аркаша, выпятив вперед острый подбородок.

Я вдруг поймала себя на мысли, что Савин и Соловьев – оба относятся к одному мужскому типажу. Правда, первый был повыше ростом, но это не имело никакого значения. А что имело значение? Пожалуй, сходство в чертах их лиц…

– Эй, ты меня слышишь? – карманник пощелкал пальцами у меня перед носом.

– Слышу, но не собираюсь отвечать на глупые вопросы.

– Ну, ладно, тогда не будем зря трепаться. Чего ты конкретно от меня хочешь?

– Мне надо наказать одного человека.

– А я при чем здесь?

– Когда Огнетушитель был еще жив, он оказался примерно в такой же ситуации, как я сейчас. Одним словом, его кинули. Олег все думал о том, как наказать того человека, и сказал – жалко, Аркадия нет в Горовске, он бы его пощипал! На всякий случай он попросил меня позвонить вашей маме, но она сказала, что сама давно хочет видеть своего сына. Ее номер остался в памяти моего мобильника, и я вчера решила ей позвонить, так, на удачу – а вдруг вы вернулись в Горовск…

– Тебя что, тоже кинули? – спросил Савин едва ли не с сочувствием и снова придвинулся ко мне поближе.

– Прошу вас, держите дистанцию!

– Оля, а ты ведь и сама не промах, – заметил карманник, отодвигаясь. – Неужели кто-то смог тебя кинуть?

– Я и сама думала, что такое невозможно. Но тот нотариус, к чьим услугам мне пришлось обратиться, был подкуплен…

– Ах, вот в чем дело? От него ты не ждала подвоха, поэтому и вляпалась, а от меня каждую секунду ждешь, поэтому сидишь вся такая напряжная… Расслабься!

– Как-то не получается, – сказала я и со значением посмотрела на женщину с коляской: она сделала круг по скверу и вновь вернулась на центральную аллею.

Когда она миновала нашу скамейку, Аркадий вдруг встал, вышел на середину аллеи, наклонился, разогнулся и громко крикнул:

– Девушка, постойте! Вы кошелек обронили.

Молодая мамаша остановилась, сунула руку в задний карман джинсов, поняла, что он пуст, и оглянулась.

– Ой, как же я его выронила? Не понимаю, – сказала она, забирая из рук карманника свой кошелек. – Спасибо вам большое!

– Не за что. Будьте повнимательней, – посоветовал ей Аркадий и вернулся на скамейку. – Значит, говоришь, нотариус… Он что же, твои документы с собой носит?

– Нет, мои документы он с собой точно не носит.

– Тогда это не мой профиль. Я по кабинетам и сейфам не шарю.

– И не надо. Я хочу, чтобы вы почистили карманы этого человека.

– Так… И много бабла он с собой таскает?

– Наверное, уж побольше, чем эта женщина с ребенком! А еще – паспорт у него наверняка всегда при себе имеется. А вы с ним, между прочим, чем-то похожи… Не хотите купить в кредит телевизор или холодильник?

– Оля, что я слышу?! Это же чистейшей воды авантюра!

– Ладно, можно пойти по проторенной дорожке. Бумажник так бумажник. Но если месяца через полтора нотариус получил бы по почте квитанцию за просроченный платеж по потребительскому кредиту, я бы за него очень порадовалась.

– Если мы действительно так похожи, то провернуть все это вполне возможно, – сказал Аркадий, немного поразмыслив над моей «вводной». – Только что я с этого поимею?

– Как что?! Собственно, то, что вы и купите в кредит!

– Это для меня малоинтересно.

– А что вас может заинтересовать?

– Ты! – тут же ответил Савин. – Ты мне понравилась.

– К сожалению, я не могу ответить вам тем же.

– Интересно, чем же Огнетушитель был лучше меня?

– Это вопрос не по существу дела.

– А дела никакого и не будет. Я соглашусь на твое предложение только в том случае, если ты пообещаешь быть со мной поласковее. В противном случае…

– Ну, нет так нет. Договориться все равно стоило попробовать, – сказала я и поднялась со скамейки.

– Подожди, я ведь тебе серьезные отношения предлагаю, а не так, на один час… Мы бы с тобой ужинали в лучших ресторанах, в театр бы ходили…

– В театр? – переспросила я и села обратно. – А знаешь, попробовать-то действительно стоит! – повторила я свои слова.

– Ты нравишься мне все сильнее! Ну, так как же зовут твоего нотариуса?

– Соловьев Леонид Алексеевич, а сидит он в конторе на углу Шишкина и Мясниковской.

– Усек.

– Аркаша, – ласково сказала я, – сколько тебе надо времени, чтобы его окучить?

– Ну, недельку надо за ним походить, – важно произнес Савин, – а потом, как только подходящий случай представится, так я сразу… и все!