Маленький мудрец - Борис Штейн

– Олег, репетиция «Снов о Воланде» состоится? Артисты волнуются.

Он вздрогнул, вскинулся, словно его огрели плетью, и затравленно взглянул на меня.

Это продолжалось лишь одно мгновение.

Но и одного мгновения оказалось достаточно.

Валерий вцепился в кисть руки, державшей пистолет и навалился на руку всем своим маленьким, ловким телом.

Финская шапка налезла ему на глаза. Но это было уже не важно.

Раздался выстрел.

Это был бы совсем безвредный выстрел, если бы пуля не отрикошетила от асфальта и не прошила выше колена ногу милиционера.

Оперативник, оттолкнув меня, кинулся к машине. Толчок был такой силы, что я упал на покрытый снегом асфальт.

Я падал, как учил меня когда-то Валерий: пригнув голову и согнув в коленях ноги, то есть сгруппировавшись.

Поэтому я не ушибся.

Я просто перекатился кульбитом и быстро вскочил на ноги.

Картина за это мгновение резко переменилась. Валерий стоял на снегу, сняв финскую шапку и расстегнув девчоночью шубку.

Ему было жарко.

Оперативник вытаскивал на свет божий Олега Ленца. Олег Ленц не сопротивлялся, потому что на его руке уже было защелкнуто кольцо наручников, и всякое дергание стягивало это кольцо туже.

Раненому милиционеру кто-то жгутом перетягивал ногу. Его штанина и ботинок были в крови.

Подкатил белый микроавтобус с синей полосой. Из него выскочили люди.

Фотовспышки, обмен деловыми репликами, кто-то аккуратно укладывал пистолет в полиэтиленовый мешок.

Я подошел к Валерию и опустился на корточки. Мы обнялись.

Я зажмурился, чтобы скрыть волнение и, не дай бог, не выпустить из глаз «скупую мужскую».

Открыв глаза, я увидел перед собой не одно лицо, а два: Валерия и Тани.

Юку Тамма освободили через два дня. Именно столько потребовалось, чтобы установить, что у Олега Ленца отобрали тот самый пистолет, из которого убили Коку. Выйдя на свободу, бравый эстонский офицер не выказывал признаков особой радости. Напротив, был угрюм и озабочен.

– Ты что, не рад? – спросил его Валерий.

– Не рад, – ответил несгибаемый островитянин. – Я не выполняю план культурной программы. Третьяковскую галерею я буду посещать, а балет «Щелкунчик» уже ушел.

– Прошел – поправил я.

– Какая разница? – возразил Юку. – Ушел, прошел, все равно не догонишь.

Когда Юку уехал, я из чистого любопытства решил подъехать к казино «Язон». Огни не горели. Не горели огни казино! Около запертой входной двери маялся охранник в теплом камуфляже. К двери скотчем был прикреплен лист бумаги, на котором компьютерным шрифтом N 18 было написано слово «ПЕРЕУЧЕТ».