Фиговый листочек от кутюр - Дарья Донцова

– Если все наследники умрут, то деньгидостанутся мне, – наконец решилась Стася. – Собственно говоря, ну ктоостался? Кара, Макс, Тина и Роза Константиновна… В конце концов, кое-кто можети в живых остаться, моя доля все равно окажется большой. Мы подумали и решили,что Роза Константиновна очень старая, нажилась уже, да и противная она. А отКары какой толк? Что ей делать на земле? Детей у нее нет, толку от тетки чуть…

Я смотрела в приятное, даже красивое лицоСтаси. Надо же, пару минут назад мне было ее жаль, но сейчас добрые чувствамигом испарились. Ладно, пусть девушка никого не убивала, но она собиралась этосделать!!!

– Есть один крохотный, меняющий всенюансик, – тихо сказала я несостоявшейся леди Макбет. – Вдруг Радувыпустят? Обломятся тебе тогда денежки, жадная ты наша.

– Нет, – мотнула головойСтася. – Радка убила Глеба Лукича, кто же еще? Больше некому. Это не яжадная, а она, решила все денежки заграбастать!

– Чем же ты травишь несчастнуюстаруху? – пошла я в атаку. – Стрихнином? Подсыпаешь в кофе?

– Это не я, – заблеяла Стася, –не я.

– А кто же?

– Роберт.

– Ну послушай, не нужно считать всехвокруг идиотами! Сюда даже муха не пролетит незамеченной, охранник целый деньпялится в монитор. Или твой Астер умеет перевоплощаться в мошку?

Стася вспыхнула огнем:

– Кстати, насчет посторонних ты не права.Ночью, в тот день, когда убили Глеба Лукича, сюда приезжала Ольга, мать Тины.

– Врешь!

– Чтоб мне сдохнуть! – Откудазнаешь?

– Так я видела ее.

– Когда?

– Я пошла около часа на кухню…

– Зачем?

– Бессонница замучила, думала теплогомолока выпить, оно на меня как снотворное действует. Дошла до лестницы, а внизувдруг свет зажегся, но не большая люстра, маленькое бра.

Стася осторожно глянула в холл и увидела, чтоГлеб Лукич впускает в дом Ольгу. Девушка быстренько убежала к себе, не желаяпопадаться на глаза «деду». Если он предпочел встретиться с бывшей любовницей встоль неподходящий час, значит, хочет, чтобы их свидание осталось тайной.

– Утром ее и след простыл, –пояснила Стася.

– Почему милиции не рассказала об этом?

– Меня не спрашивали.

Оно правильно, дознаватели беседовали на этутему с охранниками. Вот почему тот, кто впустил Ольгу, промолчал! Этоинтересно.

– Что же ты сама не заявила о визитеОльги?

Стася помолчала, потом тихо ответила:

– Роберт не велел.

Все ясно, думал небось потом шантажироватьтетку, собирался содрать с телевизионной дивы доллары за молчание!

– Так что ты подмешиваешь в еду старухе?

– Это Роберт.

– Ой, перестань!

– Нет, правда, хочешь, поклянусь? –быстро затараторила Стася. – Роберт включает свой «усилитель психическойэнергии» и внушает Розе Константиновне, что ее сердце останавливается. Ему дляэтого совсем не нужно никуда ездить. Психическая энергия свободно перемещаетсяв пространстве, минуя все препятствия, даже стальные стены ее не остановят.Главное, чтобы человек в этот момент не сидел, скрестив руки или ноги.

– Почему? – только и сумелапоинтересоваться я.

– Тогда он закрывает свое поле, –без тени улыбки заявила Стася. – Меня Роберт давно научил: когданаходишься в общественном месте, в метро, например, всегда скрести ноги и руки,ни один вампир не присосется, я теперь всегда так делаю. Муж прав, раньше диков подземке уставала, а теперь еду спокойно, хоть бы хны. Небось у меня преждеэнергию скачивали. Знаешь, сколько энергососов в транспорте трется? Но РозаКонстантиновна оказалась очень астрально защищенной, у Роберта пока ничего невышло. Правда, старухе стало пару раз плохо, но и только. Роберт говорит, что уусилителя маленькая мощность, надо строить сильный, вот с ним он станет всемогущим.

Она продолжала рассказывать какие-то глупостиоб эфирных и ментальных полях человека, о «коридорах смерти» и демонахзазеркалья… Мне понадобилось минут десять, чтобы понять: Стася непридуривается, она и впрямь верит в эту чепуху и считает, что РозуКонстантиновну можно отправить на тот свет посредством «усилителя психическойэнергии».

– Ну вот что, – хлопнула я ладоньюпо столу, – хватит!

Стася испуганно примолкла.

– Теперь слушай меня внимательно, –велела я.