Фиговый листочек от кутюр - Дарья Донцова

– Хорошо вам, – покачал головойНиколай, – мне, наоборот, дико спать охота, да нельзя.

– Так обычно в жизни и бывает, –засмеялась я. – Думаю, кабы меня заставили ночью стеречь ворота, тоже быклевала носом. Скажи, пожалуйста, у вас график? Как вы с Сережкой работаете?

– Через сутки, – пояснил парень.

– Тяжело, наверное, никакой личной жизни!

– Зато зарплата большая!

– Верно, – вздохнула я, –только денег всегда мало, сколько ни дай. Небось трудно так сидеть и в экранпялиться.

– Скучно очень, – призналсяКоля, – прямо тоска. С другой стороны, куда деваться? Образования у менянет никакого, одно остается – либо рынок, либо охрана. Я ведь из бывшихспортсменов, борьбой занимался, даже чемпионом был, карате владею, стреляю хорошо.В профильную школу ходил. Знаете, как там учат детей? Восемь часов в деньтренировки и два уроки: русский с математикой. Там главное, какой результатпокажешь в зале, тройку всегда по общеобразовательным предметам поставят.

– И что, мимо тебя никто посторонний непройдет?

– Ни боже мой, – заверилКоля, – даже мышь.

– Ну это сквозь центральные ворота, аесли через забор?

– Такого тоже не случится, – пояснилохранник, – весь периметр подключен к сигнализации. Если человек обопретсяоб изгородь или попытается перелезть, у меня мигом сирена завоет, я в камерусразу и увижу. Вот так.

Он щелкнул каким-то рычажком, перед моимиглазами вспыхнул еще один экран, на котором виделся забор.

– Ясненько, – протянула я. – ИСережа такой же бдительный?

– Естественно, – кивнул Коля.

– И вы никуда не уходите?

– Только в туалет.

– Вот! А вдруг в это время…

Коля хмыкнул:

– Не-а, смотрите.

Парень встал, толкнул соседнюю дверь, за нейвиднелись идеально чистые унитаз и рукомойник.

– Вы зайдите и гляньте на стену.

Я повиновалась и ахнула. Сквозь висевшее вкомнате зеркало было видно экраны.

– Хитрое стекло, – сказал оченьдовольный охранник. – С внешней стороны можно собой любоваться, а свнутренней оно прозрачное. Сторожку-то специалисты делали, все предусмотрели,можете спать спокойно и ничего не бояться.

– А в тот день, когда убили Глеба Лукича,чье дежурство было?

– Мое, – тяжело вздохнулКоля. – Милиционеры вот тоже приходили и так же про постороннихрасспрашивали. Я им и туалет показывал, и камеры.

– Скажи, дружочек, – ласковопроговорила я, – каким же образом сюда ухитрилась ночью проникнуть Ольга,мать Тины?

Коля поперхнулся и закашлялся. Я подождала,пока он придет в себя, и осведомилась:

– Ты ведь ее знаешь? Наверное, видел тутне раз. Ольга такая красивая женщина, на телевидении работает.

– Ага, – кивнул охранник, быстровзяв себя в руки. – Только ошибочка вышла, не было никого.

– Милый, лгать бесполезно, я видела еесобственными глазами, и вот теперь интересно, отчего ты соврал милиции?

Глаза Николая заметались по моему лицу.

– Глупо молчать, – пожала яплечами. – Если расскажу об этом Карине, тебя мигом уволят. Кстати, вотсмотри, мое удостоверение.

Коля глянул на бордовую книжечку.

– Понимаешь, – как ни в чем небывало неслась я дальше, – я работаю частным детективом, поэтому приученадержать язык за зубами. От тебя требуется только одно, скажи: ты впускал сюдаОльгу? Ей-богу, все останется между нами, если не ответишь, поверь, это всеголишь формальность, мигом пойду на Петровку, и тогда тебе плохо придется.

Коля сглотнул слюну:

– Моей вины тут нет.

– Да?

– Да Глеб Лукич позвонил и велел: «СейчасОльга приедет, впусти». Я и выполнил приказ.

– Во сколько же она прирулила?

– Около полвторого, все спали давно.Кстати, она не первый раз в это время является. Дела у них какие-то с ГлебомЛукичом были.

– Что же так поздно?

Коля пожал плечами:

– Мое дело ворота отпирать, а нелюбопытничать.

– Когда же дамочка уехала?

Охранник нахмурился:

– Около четырех, еще темень стояла.Вылетела из двери, в машину хлоп! Чуть ворота не снесла, злая очень, видать,поругались.

Я молча смотрела на мужчину. Интересно,однако! Ольга уезжает на рассвете, когда все спят, а утром я нахожу ГлебаЛукича убитым. Это наводит на нехорошие подозрения. Я, думая о личности убийцы,вывела Ольгу за рамки своего расследования: во-первых, ее нет в завещании, гдеупомянуты родственники, во-вторых, я полагала, что она в момент убийстваотсутствовала. А оказывается, дамочка была последней, кто видел Ларионова вживых. И с завещанием сглупила. Имени самой Ольги там не указано, зато имеетсяТина, которая получит неплохой кусок. А ведь видно, что девочка любитнепутевую, бросившую ее мать…

– Отчего же ты не рассказал милицииправду? – тихо спросила я.

Коля не отвечал.

– Сколько тебе предложила Ольга замолчание?

Парень переменился в лице:

– Откуда вы знаете?

Оттого, что читала много криминальных романов,и потом, у тебя на лице все написано! Только говорить это я вслух не стану.

– Ты еще не понял, что мне известно все?

Коля побагровел:

– Ну, в общем…

– Сколько?

– Она не совсем деньги дала, то естьденьги, я хочу сказать, не сама расплатилась…

Он совсем запутался и захлопнул рот.

– Говори, говори, – улыбнуласья, – вытряхивай правду, если не желаешь быть уволенным и сидеть уследователя, а потом на скамье подсудимых за дачу ложных показаний.

Коля начал быстро рассказывать суть дела.

Глеб Лукич велел впустить Ольгу. Охранник,естественно, выполнил приказ. Ровно в четыре утра женщина вылетела вон, словноза ней гнались черти. Утром, еще до приезда милиции, она позвонила Коле всторожку и без долгих церемоний спросила: